– Разбились на пары, каждая женщина взяла за руки двух детей, те из детей, кто старше, взяли за руку по одному младшему, Юнас на тебе Дани. Мы должны успеть скрыться, сюда идет враг, бежим… – куда, блин, бежать? Почему этот обморочный не сказал, откуда они придут и куда надо нам?
– В пещеры, – подал идею мой сын, я глянула на него и решила довериться его интуиции или, как там, сущности творца, да и других идей все равно нет.
– В пещеры! Бойцы, вспоминаем наш поход, мы должны пройти самыми краткими тропами, помчались! – и народ, развернувшись, побежал в сторону сектора зимы, да, все верно, так будет ближе, я же развернулась к мужчине, не могу бросить его на земле, может, если его спрятать, не заметят и не убьют?
Попыталась тащить его, куда там, здоровый такой, им всем надо на диету, все мои потуги привели к продвижению на целый сантиметр.
– Я помогу! – рядом схватился Юнас, с другой стороны Дани, а еще Ингрид и два ее малыша, не помню, как зовут.
– Я что сказала? – рыкнула на их помощь, – Бежать в горы!
– Вот тебе поможем и побежим все вместе! – в ответ огрызнулась Ингрид, и я миролюбиво смолчала, тем более, что все вместе мы его дотащили к ближнему дому и, открыв внизу погреб, Ингрид толкнула мужика туда.
Я хотела вякнуть, что он может так пострадать, но благоразумно смолчала, хуже уже, наверное, не будет, тем более - они мясистые, не забьется.
Мы рванули в сторону сектора зимы, когда сзади послышался лязг металла и крики людей, оглянувшись, увидела толпу в латах, которая мчалась за нами, все внутри заледенело, не успеем…
Наперерез нам мчались воины, один из которых, выхватив меч, летел прямо на нас, попыталась дернуть Дани в сторону, уводя из-под удара, вот только не успеваю, слишком поздно заметила этих! Яростный рык и что-то сносит в движении нападавшего, мы даже не остановились, продолжили бежать. Вот Ингрид споткнулась один раз, второй, на третий чуть не упала, дети поддержали, а я осознала страшное: не успеем мы убежать и за собой приведем преследователей к остальным женщинам и детям.
Хотелось выть, как сделать выбор между жизнью своих детей и чужих, чья дороже?
– Бегите без меня, задержу, – хрипит Ингрид и останавливается, толкая детей вперед.
– Юнас, я надеюсь на тебя, береги их! – кричу сыну, и отпускаю руки детей, останавливаясь рядом с Ингрид. Бросить ее не могу, да и права она, преследователей надо отвлечь на себя, чтобы детвора смогла убежать.
Дани мгновенно останавливается, но я кричу на него, понимая, что, возможно, последнее, что он запомнит - это мои сумасшедшие глаза и крик на него:
– Я сказала, бегом! – спасибо Юнасу, у него такое перекошенное от ужаса лицо, но он изо всех сил дергает Дани и тащит упирающегося мелкого за собой.
Я поднимаю Ингрид и говорю, стараясь не реветь:
– Какой у нас план?
– Сдохнуть красиво, – смеется и ревёт одновременно она.
– Нет, чтоб героически или там памятно, красиво, пфф… – сквозь слезы смеюсь уже я, это истерика.
Судорожно шарю взглядом по сторонам, утягивая Ингрид в сторону, не знаю, что делать, от слова совсем.
– Как насчет партизанской войны? – предлагаю я.
– Может сдадимся в плен и устроим им веселую жизнь?
– Не, я пробовала, в этих пленах только влюбляешься, находишь новых детей и подруг, а веселую жизнь никому не устраиваешь, скукотища…
– Что за плен? – патетично вопрошает она и мы истерично хихикаем, – Где разврат и веселье?
Мы отошли в тень дерева, бдительно следя за дорогой, самая гениальная идея, которая пришла нам в голову, в случае обнаружения преследователей, максимально пошуметь и увести их за собой, не давай погнаться за детьми.
24
Вы, когда-нибудь видели, как страшное животное вспарывает когтями человека насквозь, нет? Это прекрасное зрелище, особенно если учесть, что за мгновение до этого этот человек пытался отрубить мечом голову вашей подруге.
– Киса, ты молодец, – шепчу я помертвевшими губами, глядя на окровавленную, некогда белоснежную гигантскую кошку, она решила получить ласку, поэтому прижалась ко мне своей кровавой башкой. Мамочки, я похожа на мясника или сумасшедшую убийцу. Киса порадовалась, что ее хвалят и любят.
Она пришла очень вовремя, за нами все-таки выскочил отряд и нам даже не пришлось шуметь, нас заметили и с улюлюканьем погнались, было жутко, но дети могли уйти как можно дальше. В тот раз мы заскочили за поворот и попали в тупик и именно там, наверное, нас бы и убили, но киса решила по-другому, спрыгнула с крыши ближайшего дома и расправилась с нападавшими. Что примечательно, остальных она только оглушила мощными ударами (я на это искренне надеюсь), а вот одного самого яростного ей пришлось убить. Она уже не успевала просто оглушить.
– Ингрид хватит умирать, планы меняются, бежим за кисой, ну, миленькая, не подведи, – последнее уже ей, и мы бежим за кошкой, которая уверенно уводит нас левее.
– Киса, там Дани и Юнас и другие дети, их надо спасти, слышишь меня? – у меня появилась идея отправить кису вперед, чтобы она защищала мелких, но она меня как будто не услышала, – Я тебя умоляю, их надо спасти, любой ценой!
Киса остановилась, рядом с нами на улицу выбежали несколько солдат, мы же притаились в тени дома.
– Мы будем неимоверно богаты! – кричит один и они ржут, пробегая вперед, киса глянула на меня, собираясь, видимо, напасть на этих, но я придержала ее.
– Нет, дети… – говорю одними губами, и она замирает, чтобы потом сорваться бегом, а мы за ней.
Дыхание опять сбилось, но мы, сцепив зубы, продолжали бежать, Ингрид уже хрипела, но старалась не отставать, мы уже выбежали на тропу, когда я увидела мелькнувшую вдалеке фигурку, это ребенок.
– Они близко, – сиплю я, а Ингрид только кивает. За следующим поворотом мы увидели детей, бегущих впереди, глаза автоматически выделили Дани и Юнаса и сердце перестало сжиматься, даже второе дыхание открылось.
Откуда на тропе появились эти четверо, не знаю, но они выпрыгнули из ниоткуда прямо наперерез детям.
– Хватай их всех! – командует самый смуглый и четверо остальных дергаются наперерез детям.
Дани хватает один из четверки и Юнас пытается ножом отвоевать младшего, «киса» злобно рыкнула и огромными скачками прыгнула вперед. Я, обезумив от ужаса, мчалась следом, второе дыхание открылось, а думала, что все, предел свой преодолела, а нет - я еще ого-го. Считанные секунды и на тропе лежат пять трупов, Дани вцепился в шарик меха, опознанный мною как нашу «собачку», а рядом с Юнасом покачивается змей.
– Я забыла закрыть загон, – говорю невпопад, это шок, я знаю, а все равно так странно.
– Отличный склероз, – рядом опершись на колени руками хрипит Ингрид и тут нас, наконец, все заметили.
Детвора полезла обнимать, женщины причитать, я вот ими восхитилась: никакой физической подготовки, а на одном страхе за себя и детей, побили все рекорды по бегу.
– Отряд, времени мало, продолжить движение! – командую я, перед этим поцеловав своих детей.
Теперь мы уже мчимся под защитой нашей живности, а я благодарю случай, что не закрыла их вольер, хотя в душе меня терзают смутные сомнения, но это не важно. Под конец пути, дети выбились из сил, мы стараемся некоторых самых маленьких взять на руки, вот только сами почти сдохли от этой гонки.
Киса хватает за рукав Дани и, дернув его сильно, забрасывает себе на спину, я просто не успела заорать, со стороны показалось, что она ему руку оторвала.
– Если не сдохну от бега и преследователей, сдохну от страха из-за зверья, – причитает Ингрид и я с ней совершенно согласна.
На спину к кисе перекочевало еще несколько совсем уставших детей, и мы чуть ускорились, чтобы минут через тридцать выйти к пещерке, в которую забежали и упали на пол с блаженством.
– Это мой рай, – счастливо выдыхает одна из женщин и с ней все согласны, не хочется портить момент, но придется.
– Надо пройти вглубь, попытаться найти воду и разжечь огонь. Правда, ума не приложу, как это сделать в этих условиях, но пока есть силы, нужно сделать хоть минимум, – говорю и сама с диким скрипом во всем теле поднимаюсь.