При помощи трансфигурации превратил остатки гипса в кузнечные меха, проверил, как входит трубка мехов в трубку печи.
Оценив получившийся агрегат на четыре с плюсом, я набрал полную грудь воздуха, извлёк перчатку с медальоном и вытряхнул крестраж прямиком в стакан для плавки, после чего накрыл мини-печь крышкой из гипса.
Из медальона словно повалил дым, который стал вырываться из-под гипсовой крышки. Окклюментный щит звонко зазвенел, информируя меня о сильном ментальном воздействии. В голове зазвучал мой нынешний голос:
— Ты бесполезный карлик, который не может ничего добиться. Ты ничтожество, которое не имеет ни одного друга. Зачем ты живёшь? Лучше покончи с собой.
Я, преодолевая ступор, в который ввёл этот мерзкий голос в голове, направил волшебную палочку в трубку для подачи воздуха в камеру сгорания.
— Инсендио!
Из волшебной палочки вырвалась мощная струя огня, которая стала разжигать угли внутри печи.
— Давай, это не сложно. — Продолжало звучать в голове. — Убей себя.
Несмотря на то, что слова были сказаны моим голосом, я прекрасно понял, что это воздействие медальона, поэтому не обращал на этот бред внимания и продолжал делать дело.
Угли уже схватились, и судя по треску, начали разгораться, поэтому я перестал подпитывать струю пламени. Соединив трубку мехов с трубкой подачи воздуха к углям, я ногой начал качать воздух. Конечно, по-хорошему надо было бы как-то автоматизировать этот процесс, но хотелось быстрее избавиться от проблемы и забыть о ней, поэтому не стал выдумывать ничего сложного.
Меха стали раздувать пламя и это явно не понравилось проклятой вещице.
— Ты никогда не вырастешь, так и останешься на всю жизнь коротышкой, — продолжил крутить свою шарманку голос в голове. — Ты бесполезный карлик, который только зря ест и пьёт. Ты живёшь на шее у родителей. Они тебя ненавидят и считают обузой! Зачем тебе вообще жить? Ты просто ничтожество… Ты никто…
— Давай, потрынди мне тут, железная хреновина, — насмешливо говорю вслух.
Я представил, как беспроглядная ядовитая тьма заполняет всё пространство головного мозга. Представляю, что это тьма ядовитая для всего инородного и своим присутствием причиняет жуткую боль.
— Я фашистов на штык наматывал в то время как ты, некромант хренов, дорогие амулеты портил. Ты безграмотный колдун, погубивший свою душу и испортивший мой медальон! Слышь ты, ушлёпок, из-за тебя я не получу больших денег! Надеюсь, тебе там будет очень больно. Я за штуку галеонов тебя буду долго и с усердием жарить, никакое Адское пламя не сравнится с огоньком дедушки Саши…
— Глупец, — шипящим голосом донёсся ставший на порядки тише ментальный голос. — Прекрати! Присоединись ко мне, и я одарю тебя несметными богатствами. Деньги, девушки, власть — у тебя будет всё! Ты станешь выше прочих волшебников, будешь править ими…
— Ха-ха-ха-ха! Уродец, ты говоришь, как двинутый на голову Тёмный Властелин. Гитлер вон тоже говорил, что Арийцы высшая раса, которая будет править миром. И где твои фашисты, тварь? Нет их! А знаешь почему? Да потому что мы их убивали, даже четырнадцатилетние мальчишки отстреливали фрицев!
— Ты не прав, я не фашист, — прошипел голос. — Я сам их ненавижу! Чёртовы немцы бомбили Лондон, я сам тогда был ребёнком и попал под бомбёжку. Мы с тобой похожи… Помоги мне, я отблагодарю!
— Брехня! Вся благодарность таких тварей как ты сводится к ножу в сердце или Аваде в лоб! Тем более ты крышей поехал, поскольку раскол души ведёт к сумасшествию. Так что заткнись и давай уже гори в огне, долбанная железяка!
— Я, Лорд Воландеморт! — прошипел голос. — Ты ещё пожалеешь, что связался со мной! Я рано или поздно оживу и отомщу всем, кто пошёл против меня…
Я направил во тьму, которой наполнил разум, ярость, ненависть и сильное желание причинить боль всему инородному. При этом продолжил ногой качать меха, из-за чего стал обильно потеть. От печи стало отдавать жаром.
— А-А-А-А-А-А-А-А! — закричал голос в голове, после чего дым втянулся под гипсовую крышку.
— Вот и поговорили… Пососи мои яйца, Воландеморт!
Вдруг крышка из гипса подлетела вверх, отскочив примерно на метр в сторону, из печи вверх рванул жар, и резко воспарило большое облако тьмы, которое вытянулась в тонкую нить, устремившуюся в небеса, затем тьма собралась воедино, и на секунду приняла форму человека.
— А-А-А-А-А! — жутко кричал человек, сотканный из тьмы.
Нечто подобное я наблюдал, когда сжигал в камине дневник.
Фигура из тьмы резко разлетелась туманными клочками, которые бесследно растворялись в воздухе.
После этого стало даже легче дышать, окклюментная защита прекратила трезвонить. Сразу стало понятно, что с этой игрушкой всё успешно завершилось. Поэтому я перестал тратить силы на то, чтобы качать меха.
Одно меня тревожило, имя волшебника, который сделал крестраж. Он назвал себя Воландемортом… Ох, чует моя карликовая задница, что этот маг не так прост, раз даже будучи мёртвым способен вытворять пакости… Вот же сволочь! Подумать только, я из-за этого Воландеморта потерял целую тысячу галеонов. Ещё тысячу раз по столько и можно было бы купить феникса…
Воландеморт… Сволочь ты, а не смертельный Воланд! То-то его волшебники до сих пор боятся, у него ведь крыша из-за крестража поехала. А судя по тому, как задорно горел дневник, отнятый у Джинни, он тоже был крестражем, но какого-то молодого колдуна. Похоже, что эта магия пользуется популярностью у британских волшебников, раз такие вещицы встречаются на каждом шагу…
Надо будет такие же, как у артефактора, обсидиановые пирамидки поискать на будущее.
— Леви.
Я направил заклинание левитации через перстень на стакан в печи для плавки металла, и перевернул оный, выливая расплавленное серебро в приготовленную формочку из гипса. Серебро расплылось тонкой лужицей, сверху разместились изумруды, но что удивительно, они были целыми. Хотя бериллий, из которого состоят изумруды, вроде бы плавится при температуре выше полутора тысяч градусов, я же не успел как следует раскочегарить печь. Температура плавления серебра меньше тысячи градусов, этого крестражу хватило для уничтожения.
Придумают же, ёперный балет! Адское пламя, яд василиска… А простой огонь не хотите? ХА! Выкусите! Надо было пробовать растворить крестраж в Царской водке…
Пришлось при помощи левитации вылавливать крупинки изумрудов из серебра, пока то расплавлено.
По идее эти останки уже не должны предоставлять опасности, но дома держать такие вещи не собираюсь.
На следующий день я вновь переоделся во взрослого карлика, только на этот раз использовал обычную одежду, а не фокусника. Мама была предупреждена, что я еду в коттедж, дом покинул с активированным амулетом отвода глаз.
В ближайшем ломбарде у меня купили изумруды по сотне фунтов за камешек, плюс продал серебряный лом. Конечно, продавец смотрел подозрительно, но сделка прошла без эксцессов, у меня даже документов не попросили (спасибо слабому дезориентирующему заклинанию). Я выручил за всё про всё тысячу семьсот фунтов наличными.
Обидно, ведь мог получить в разы больше, если бы всякие Воланды не портили исторические реликвии…
В августе я перестал ездить в пустующий коттедж и от теории по изготовлению Думосброса перешёл к практике, то есть приступил к изготовлению артефакта. Конечно, это не значит, что я перестал постоянно лезть в разные справочники, но дело сдвинулось с мёртвой точки.
В старину Омуты памяти изготавливали из камня, затем их стали делать из металла, в основном из бронзы. Сам артефакт представляет собой большую неглубокую чашу с вырезанными на ободке рунами. Цена артефакта зависит от декора, поскольку часто чаши украшают красивой резьбой и драгоценными камнями. Некоторые волшебники считают такие артефакты слишком личными и желают быть похороненными вместе с Думосбросом и Волшебной палочкой. Хотя обычно чистокровные маги таким артефактом пользуются поколениями.