В первый день у нас была физика, биология, английский язык и трансфигурация. Подобное сочетание предметов было для меня в новинку.
На обед я пошёл с парой уже знакомых ребят.
— Слушай, Тоби, а как у вас с развлечениями?
— Все развлекаются, как могут, — ответил Тоби. — В основном договариваемся с друзьями о встрече и идём в кафе или на один классный пляж в Сиднее. Там можно покататься на роликах, скейте, велосипеде или поплавать на сёрфе. Мы с кузиной и Расом живём рядом, как раз неподалёку от этого пляжа, так что нам проще. К сожалению, у меня поблизости ещё живёт Гарт, прямо в соседнем дворе. Не лучшее соседство, скажу я тебе. У него злобный ротвейлер, который ни на секунду не затыкается, а до семнадцати лет использовать чары вне школы запрещено, иначе я бы использовал на его псине Силенцио.
— А как насчёт классических школьных развлечений… Ну, там, свингер вечеринка, обычная групповушка, алкоголь и прочие радости жизни.
— Воу! — радостно воскликнул Рассел, идущий рядом с нами. — Гарри, а ты мне нравишься. У вас что, в школе именно так развлекались?
— А как ещё? Закрытая школа-интернат смешанного типа. Ни тебе интернета, ни телевизора; ролики, велосипеды и прочие радости жизни у Английских волшебников запрещены, поскольку это «ужасные» магловские штуки. В общем, развлечений почти никаких нет, надзор со стороны учителей чисто символический, главное чтобы всё по обоюдному согласию и не убивать никого. Хотя… И тут есть варианты, например, когда я учился на втором курсе, одна девушка-змееуст натравливала на учеников здоровенного василиска, два парня чуть не погибли, но ей всё сошло с рук. Более того, никто даже не стал расследовать это происшествие.
— И что, ты часто участвовал в групповушках? — с восторгом спросил Рассел.
— Да постоянно. Рас, я же карлик. Девушки смотрят на меня и думают: «Я должна отыметь такого хотя бы раз в жизни!».
— Нет, Тоби, ты слышал? — воскликнул Рассел. — У них студентки будут похлеще Элизабет, а развлечения в сто раз круче!
Глава 41
Несмотря на опасения, мне удалось спокойно влиться в коллектив школьников. Элизабет тусовалась со своей компанией, я общался с Тоби и Расселом.
Видимо, у меня наступил тот самый возраст, когда магическая сила волшебника начинает скачкообразно расти, потому что с каждым днём я мог колдовать чуть дольше прежнего. Это радовало. Только вот темп обучения в Валлаби был никакой. Точнее, тут учили и делали это на совесть, но вот магической практике было уделено очень мало времени. Ежедневно стоял как минимум один урок, связанный с волшебством, на котором надо было расходовать магическую силу, в остальное время предполагалось, что студенты будут задерживаться после уроков и тренироваться самостоятельно, для этого даже имелись специальные тренировочные залы.
Я тренировался в волшебстве в основном дома, продолжая ежедневно изматывать себя почти в ноль, у большинства же школьников подобной возможности не было и от дополнительных тренировок они отлынивали. Хотя три раза в неделю я задерживался в школе для отработки чар с волшебной палочкой, поскольку тут, как и в Хогвартсе, можно было колдовать дольше. Единственная, кто из нашей группы был замечен на тренировках, была Элизабет.
На вторую неделю мы с Элизабет вновь встретились в тренировочном зале. Она переоделась в спортивную форму и приступила к отработке заклинания обезоруживания, это был не первый раз, видимо она пытается добиться его невербального срабатывания, и уверен, у девушки это должно получиться. Я же стал отрабатывать дезиллюминационные чары. В идеальном исполнении они работают уже не по принципу хамелеона, а делают объекты невидимыми, а ещё их можно закрепить. Именно так производят мантии-невидимки, пусть они и не очень долговечные, но вещь в быту полезная и дорогая.
Мы тренировались молча в разных концах зала и были тут одни. Через час мы оба устали и присели на лавку, стоящую посредине зала у стены, противоположной входной двери.
Я вдруг почувствовал срабатывание сразу пары амулетов, реагирующих на зелья. Кинул незаметный взгляд на браслет, один из самоцветов, который до этого был прозрачным, приобрёл голубой оттенок, что означает одно — мне каким-то образом ввели зелье, влияющее на сознание. Несколько лет назад такая штука сработала бы на ура, но с окклюментами даже моего нынешнего уровня такой трюк не сработает, по крайней мере, когда известно, что влияние имеется. Пришлось сконцентрироваться и взять разум под полный контроль.
Первой реакцией была злость, поскольку в памяти ещё были свежи воспоминания о том, как меня опоили близнецы Уизли. Но я подавил негативные чувства.
Итак, назрел извечный русский вопрос — что делать? По-хорошему, надо выяснить, зачем девушка всё затеяла. Для этого надо показать, что зелье подействовало, как было задумано и говорить правду. На крайний случай сотру ей память об этом разговоре.
— Я слышала, что ты родом из Англии, — словно невзначай произнесла девушка.
— Жил в Лондоне, пока Сама-Знаешь-Кто не решил, что возродиться будет классной идеей.
— Тоже не называешь Сам-Знаешь-Кого по имени? — спросила Элизабет.
— То слово на «В» — это не имя, а прозвище. На самом деле его зовут Том Реддл, и он полукровка, которого мамаша-ведьма нагуляла с красавчиком соседом и сдала в магловский приют.
— Откуда такие подробности? — Элизабет посмотрела на меня заинтересованным взглядом. По ней было понятно, что девушке уже была известна эта информация, и это было удивительно.
— Он сам мне рассказал.
— Ты был знаком с Сам-Знаешь-Кем? — спросила Элизабет. — Какой он? Я слышала, что в Англии переловили всех Пожирателей смерти. Ты поэтому переехал в Австралию?
— Я не Пожиратель. Ты сильная ведьма, сразу видно, что не пренебрегаешь тренировками. Значит, знаешь, что вложившись в тренировки сейчас, получишь большую силу в будущем? Больше силы, дольше жизнь, дольше сохранишь красоту…
— Да, я знаю об этом, — ответила девушка. — Вижу, что и ты в курсе. Но ты не ответил на вопрос.
— Сама-Знаешь-Кто конченый псих. Он провёл серию ритуалов, благодаря которым стал относительно бессмертным, только в побочных действиях к бессмертию прилагается сумасшествие. А знаком я с ним, потому что быть сильным волшебником не просто, сильные мира сего пытаются сделать тебя своим пушечным мясом. У меня было всего по одной приватной беседе с Дамблдором и Тёмным Лордом, но этого хватило, чтобы понять, что пора валить из страны.
— Почему ты мне это рассказываешь? — спросила Элизабет, но в голосе чувствовалась почти не различимая фальшь, которую невозможно было бы почувствовать, если не быть очень внимательным. — Это не те секреты, которые говорят первой встречной девушке.
— Это не такая уж и большая тайна. Просто хочу расставить точки над «И». Я Адамс и к разным сомнительным фракциям отношения не имею. Ты мне кажешься разумной, даже слишком для семнадцатилетней девушки. Скажи, как твоё полное имя?
— Элизабет Мария Гарсия Исабель Хоук, — ответила девушка, отслеживая мою реакцию.
— Хм…
— Твоё «хм» что-то означает? — Элизабет обворожительно улыбнулась. — Поделись своими соображениями с дамой.
— Я так и думал… Чтобы стало понятно, моё полное имя Гарри Александр Пагсли Семён Адамс.
— Хм… — Девушка нахмурилась и с интересом посмотрела на меня. — Это то, о чём я думаю?
— Не знаю, я не легилимент, лишь окклюмент…
— Было похоже на предложение руки и сердца, — хищно улыбнувшись, сказала Элизабет.
— Интересная интерпретация… Но мне больше хочется узнать, что за зелье ты использовала и как смогла его мне ввести, минуя все амулеты?
— Догадался всё же. — Элизабет фыркнула и широко улыбнулась. — Перерожденцы, такие, как мы с тобой, крайне редкое явление среди волшебников. Как правило, они все становятся чародеями или великими волшебниками, потому что в детстве не филонят, а обретя волшебный дар, стараются развить его.