И что дурочка Грейнджер так активно хочет их освободить? Рабский труд, бедные домовики… Стоит только посмотреть на донельзя довольное выражение мордочки Тимми, получившего приказ и почувствовавшего себя полезным, как становится понятно, что домовики — трудоголики, которые получают кайф от работы.
Насколько я понял мировоззрение домовиков, среди их общества считается постыдным брать дармовую силу, даже если могут так поступить и это необходимо для выживания. Они не считают волшебников некоей батарейкой на ножках, а относятся к ним как к благодетелям, которым обязаны отплатить за подаренную жизнь своим трудом. Если у эльфа есть работа, то он считает себя полезным. Если работы нет, то они начинают себя чувствовать нахлебниками и паразитами, настроение таких эльфов портится, у них падает самооценка, теряется смысл жизни. Ближайшее сравнение, которое приходит на ум, домовик с хозяином — это успешный служащий, занимающий высокую должность в крупной компании. Он ходит на работу, получает высокую зарплату и может позволить себе почти любые блага. Конечно, среди их общества так же имеются те, кто думает иначе, таких домовиков считают сумасшедшими. Домовик без хозяина, который каким-то образом сумел выжить, например, обитает неподалёку от жилищ волшебников, ухватывая немного магических сил, пропитавших жилище, считается кем-то вроде бомжей у людей и отношение сородичей к ним аналогичное.
Уже через неделю после Пасхи, когда я был в своём кабинете, с хлопком появился Тимми, тем самым немного меня испугав.
— Хозяин Адамс, — произнёс домовик, — Тимми выполнил ваше поручение и обменял все бумажные деньги на такие же у разных маглов.
— Давай сюда.
Тимми щёлкнул пальцами, и передо мной появилась приличная пирамидка из фунтов. Почти два с половиной миллиона фунтов. Ещё столько же и хватит на покупку феникса.
— Тимми, ты молодец. Отдохни пока, пообщайся с сородичами.
Собрав деньги, я наведался в Выручай комнату и сделал пять копий банкнот, на больше не хватило материалов.
Теперь стало понятно, что отныне я больше не привязан к деньгам. Подобную магическую печать для копирования материальных предметов можно создать почти где угодно, лишь бы хватило места. Пусть это займёт какое-то время, но фактически в любой момент можно получить сколько угодно бумажных денег.
Это делает меня более свободным, позволяет высвободить время от зарабатывания средств для занятий волшебством. Конечно, это не означает, что я совсем не буду заниматься бизнесом, поскольку золото, оно и в Африке золото, и лишними галеоны точно не будут. Но и попу рвать из-за денег больше не собираюсь. Прошедшие полгода меня серьёзно вымотали морально, физически и магически. Хотя последнее и полезно для будущего развития, но когда делаешь одно и то же, вроде одинаковых кружек, это зверски раздражает.
Оригинальные банкноты положил во второе отделение Сквозного кошелька с запиской.
Обмен на галеоны. Галеоны положить в хранилище № 1737. Гарри Адамс.
Конечно, гоблины за такую операцию взимают целый процент, но зато очень удобно. Никуда не надо ходить. Итого у меня в хранилище теперь лежит чуть меньше 550 тысяч галеонов.
Сложив фальшивые купюры в сумку, в которой хранил товары для продажи на турнире, я отдал её домовику.
— Тимми, ты сможешь отличить такие деньги, от тех, которые ты принёс?
— Да, хозяин Адамс, — ответил домовик, — Тимми чувствует, что в этих бумажках нет волшебной силы, в тех фунтах, которые Тимми принёс, есть совсем немного волшебства, как в окружающем мире.
Значит, я правильно сделал, что не стал менять фальшивки у гоблинов, есть вероятность, что они бы могли распознать подделки и тогда возникли бы проблемы.
— Сможешь обменять эти деньги, как сделал это раньше, но чтобы не попались предыдущие банкноты, в которых нет волшебства?
— Конечно, хозяин Адамс, — ответил домовик, — Тимми сможет и с радостью выполнит приказ хозяина.
— Молодец, парень. Что бы я без тебя делал? С завтрашнего дня можешь приступать, а пока отдыхай, можешь устроить шуры-муры с какой-нибудь симпатичной эльфийкой и уйти в загул. Хочешь виски?
— Что вы, хозяин, Тимми хороший домовой эльф, он не пьёт алкоголь, — поджав уши, ответил домовик.
— Как дела на кухне? Что нового у ваших?
— Сородичи Тимми говорят, что к ним на кухню приходили плохая юная волшебница Грейнджер вместе с Гарри Поттером и младшим мальчиком Уизли. Грейнджер хотела дать свободу всем домовикам, она так сильно напугала всех… Никто не понимает, что домовые эльфы сделали такого плохого юной волшебнице, что она желает смерти всем домовикам. Сородичи Тимми теперь боятся этих юных волшебников, их выставили за дверь и больше не пускают на кухню. Все думали, что Гарри Поттер хороший волшебник, а он оказался таким плохим.
И всё-таки, хорошо быть богатым. Даже если ничего особо не поменялось, и я продолжаю ходить в старой мантии, чувство, когда ты точно знаешь, что у тебя в сейфе лежит небольшая гора золота, оно наполняет душу несравненным счастьем. Даже если я ничего не буду делать, и никуда не буду вкладывать эти средства, их мне хватит чтобы безбедно жить на протяжении столетия. Но феникс… Да, феникс — это то, о чём я мечтаю с того самого момента, как узнал, что благодаря этой редкой пташке можно стать относительно бессмертным.
Время летело со скоростью света. Не успел оглянуться, а уже наступил конец мая, на улице было тепло и солнечно. Близился конец учебного года, приближалась пора экзаменов.
Идя по замковому коридору, я наслаждался чувством превосходства над прочими студентами. Пусть где-то законно, а где-то откровенно нарушая закон, я смог заработать огромные деньги и за время обучения добился пусть не особо выдающихся, но всё же вполне значительных успехов в волшебстве. Мои волшебные навыки превосходят навыки многих чистокровных магов, которых начали учить волшебству с раннего детства.
Но полностью насладиться хорошей погодой и прекрасным настроением не давала навязчивая мысль, что в этом году всё идёт слишком гладко. Ни тебе жутких мутантов, ни опасных артефактов у младшекурсниц. Задницей чую, что какая-то неприятность, но должна произойти, ну не бывает в Хогвартсе так, чтобы год прошёл спокойно.
Меня обогнал Седрик в компании Трумэна и Риккета.
— Святой, пойдёшь с нами? — хлопнув меня по плечу, добродушно спросил Трумэн.
— Лучше возьмите с собой дракона — это будет безопасней для окружающих, — шутливым тоном сказал Диггори.
— Куда направляетесь?
— Нас, точнее чемпиона, пригласили посмотреть на копошение на квиддичном поле. Вроде как, именно там будет проходить третий этап турнира, — пояснил Риккет.
— Давайте посмотрим, надо же когда-то отдыхать.
Мы вчетвером направились в сторону поля для квиддича.
Раньше площадка для квиддича всегда была ровная и гладкая, а теперь на ней выстроили длинные низенькие стены, которые шли во всех направлениях и пересекали друг друга.
Тут же присутствовали Виктор Крам и Флер Делакур.
— Кошмар! Они изуродовали площадку для квиддича, — возмутился Диггори.
— Лабиринт из живой изгороди, — прокомментировал староста Пуффендуя.
— Надо будет на метле полетать и срисовать карту для рекогносцировки.
— Карта не помешает, — заметил Риккет.
На поле подошёл Бэгмен.
— Эй, идите сюда, — позвал к себе чемпионов Людо.
Мы направились к нему, как и Флер с Виктором.
— Ну, что скажете? — довольный собой, спросил Бэгмен. — Здорово растет? Глядишь, через месяц футов в тридцать вымахает. Молодец Хагрид, это он посадил. Ничего, ничего, — прибавил он, глядя на возмущённое лицо Седрика, — Турнир кончится, и получите вы свою площадку для квиддича назад, не волнуйтесь. Ну что, поняли, что это такое?
— Лабиринт? — предположил Крам.
— Прямо не чемпион, а Капитан Очевидность, — насмешливым тоном выдал я.