«Особенно после ночи с Бренной», – думаю я про себя.
– О, ты уверен?! Да ты красавчик! Но, как я слышал, хламидиоз снова бьет рекорды, – Джефф снова смеется и встает. – Не беспокойся, сегодня почитать протоколы допросов не получится. Уверен, ты должен привести себя в порядок для ночи Целомудрия. Надеюсь, в четверг или в пятницу у тебя получится вернуться к чтению.
– Спасибо, мужик. Приятного вечера.
Он шевелит кустистыми бровями:
– О… Мой вечер будет не настолько хорош, как твой.
– Ха-ха, а ты весельчак.
Джефф усмехается, выходя из кабинета.
Мой телефон вибрирует в кармане. Я вытаскиваю его, чтобы увидеть пришедшее от Бренны сообщение.
«У тебя хороший день? Прости, что нам обоим приходится работать допоздна :( Надеюсь, планы на завтрашний вечер не изменились?»
Я не должен улыбаться такой безудержной счастливой улыбкой. По-видимому, никто из нас не может друг без друга. Потому что, лежа в постели после потрясающего секса прошлой ночью, обнимаясь и милуясь, я упомянул, что хотел бы пригласить Бренну на еще одно свидание. Это стало полным сюрпризом для нее. Она так очаровательно застеснялась, закрывая лицо простыней, пока принимала мое предложение. Когда я уточнил у нее время, она выбрала вечер среды.
Я нервничаю из-за того, что мы привязались друг к другу слишком быстро, слишком тесно сплелись, но все равно, даже если я и боюсь, то не намерен отступать. Я зависим от того, что делает Бренну такой, какая она есть.
«Это намного лучше. До завтра. Не могу дождаться».
Я ставлю телефон на вибрацию, чтобы сосредоточиться на бумажной работе перед обедом. Это не так-то легко, учитывая, что теперь мне хочется знать, чем занимается Бренна. О чем она думает. Величина моей потребности в ней ошеломляет.
Бренна отправляет мне еще одно сообщение. На этот раз фото. Это снимок себя в зеркале, одетой в черные шортики, красную рубашку без бретелек и туфли на каблуках, что добавляет добрых три дюйма к ее росту. От ее уложенных волос и искусно нанесенного макияжа у меня лично захватывает дух. Эта девушка может напялить на себя холщовый мешок и все равно выглядеть как королева. Но я любуюсь ее изображением еще несколько секунд и понимаю, что я самый счастливый гребаный парень из всех живущих.
Ставлю ее фото в качестве обоев.
«Для чего это ты так сексуально оделась?»
Она отвечает спустя несколько минут:
« :) А я и не знала, что одета ТАК сексуально».
И я задумываюсь: возможно, она и не знает, что так и есть. Может быть, из-за того, что девушка так вызывающе одевалась в течение долгого времени, она и не осознавала этого. Может быть, это часть ее прошлого или что-то еще.
Я: «Ты всегда сексуальна и красива и для меня ты – само совершенство...»
Бренна пишет мне в ответ: «Не говорила ли я вам, что вы – явно сумасшедший?»
Я отвечаю: «Если ты не веришь мне, то сама явно сумасшедшая, детка».
Бренна: «Мне нужно идти. Желаю хорошо провести вечер».
Я пишу: «Тебе тоже, красавица. Увидимся завтра».
Бренна: «Жду не дождусь».
Отбросив все бумаги в сторону, захожу в компьютер и набираю имя Коннорс, пытаясь узнать о том старом происшествии в Алабаме. Это случилось примерно двенадцать-тринадцать лет назад, поэтому я продолжаю просматривать материалы, пока не натыкаюсь на кое-что. Какой-то парень и Джейн Коннорс проходят по делу, но в нем не так много инфы, хотя и чуть больше, чем Бренна рассказала мне. Я запрашиваю доступ к этому файлу, чтобы увидеть доказательства. Вероятнее всего, от шефа я получу большой нагоняй, но узнать все жизненно необходимо. Не для меня. Для Бренны.
Оставшаяся часть рабочего дня напоминает вынужденное трудолюбие, потому что едва я отрываюсь от работы хоть чуть-чуть, мысли о Бренне тут же вторгаются в голову, и мне приходится заставлять себя работать в два раза усерднее. Все заканчивается тем, что рабочий день подходит к концу. На сегодня вовремя, что удивительно.
Шеф окрикивает меня, когда я иду на выход мимо его кабинета:
– Бурк!
Я прохожу к нему в кабинет, чтобы узнать, что ему нужно:
– Да, шеф?
– Получил уведомление о твоем запросе! Что это за дело?
– Это дело одной знакомой мне женщины. Убийство-самоубийство ее родителей. Она не в курсе многих подробностей, но оказалась единственным свидетелем. Я просто хотел посмотреть, может, что-то еще есть в этом деле?
– Это довольно старое дело и не находится в нашей юрисдикции. Есть не так много того, что ты можешь сделать или предоставить.
– Может быть, всего несколько каких-то эпизодов для нее, деталей. Мне важно помочь ей.
Мужчина пялится на меня несколько секунд, прежде чем кивнуть:
– Хорошо. Я постараюсь потянуть за ниточки.
– Спасибо вам, сэр. Это все, о чем я хотел попросить.
– Буду держать тебя в курсе.
Мне нужно торопиться домой, чтобы приготовиться к встрече с Чесити. Все произойдет в отеле «Гранд Персон». Девушка должна арендовать номер четыреста четыре, не быть одетой, как проститутка, и быть в маске, закрывающей лицо. Когда я говорил Джинджер, чтобы Чесити надела маску, то объяснил ей, что не хочу видеть лицо той, с кем буду разговаривать. Она ответила мне, что не сомневается в моих мотивах, так что я рассчитывал на это. Я также отметил, что Мона оделась, как шлюха, что сделало неудобным нашу беседу, так что если девушка под маской Чесити оденется не так соблазнительно, это выйдет лучше всего.
Хотя мне и понравилось говорить с Моной. Она оказалась порядочным человеком и предоставила мне много информации. Я знаю, что больше мне так не повезет. Я просто надеюсь, что очередная цыпочка не поставит все дело так, как это сделала Мона.
Переодеваюсь, тщательно следя за тем, чтобы оставить дома все, что хотя бы отдаленно напоминало, что я детектив, а затем бросаюсь к двери с бутербродом в руке. Поедая его, еду в грузовике к отелю и паркуюсь на задней площадке. Направляюсь к стойке и регистрируюсь в номере четыреста четыре. Клерк кидает на меня презрительный взгляд, когда подает мне ключи, так что, видимо, он в курсе, кто такая Чесити.
Остановившись за дверью, осторожно стучу костяшками по косяку. Слышу голос, который говорит, что дверь не заперта. Вставляю ключ в слот и, когда загорается зеленый, нажимаю на ручку. Зайдя в комнату, я начинаю что-то говорить, но когда вижу Чесити, все в ней кажется мне знакомым.
Черные волосы, волнистые и распущенные, красная помада, покрывающая ее сочные губы, красная рубашка без бретелек, черные шорты, открывающие всю длину потрясающих ног. И хотя сейчас на Чесити повязка, закрывающая все лицо, у меня не остается сомнений, что у нее зеленые гипнотические глаза.
– Майкл? – спрашивает девушка.
Ее голос наполнен желанием... И голос я знаю тоже, потому что прошлой ночью это желание было обращено на меня.
Я слегка покашливаю, пытаясь изменить тон, чтобы голос звучал несколько по-другому. Я не уверен, сработает ли это сейчас, но ведь далеко не в первый раз я меняю что-то в себе во время расследования.
– Да, – бормочу я. – Чесити.
Она язычком слегка смачивает губы, прежде чем сложить их в улыбку:
– Конечно. Мне нужно снять маску сейчас, или ты продолжишь меня наказывать?
Мое сердце заходится, но не так, как раньше. На этот раз оно переполнено яростью, гневом и ревностью. Я хочу сорвать маску с ее лица и спросить, какого черта она тут делает, но я не могу позволить себе испортить все расследование.
И я не смогу простить ее. Только не за это.
Ярость внутри меня продолжает набирать обороты, и я с ужасом понимаю, что если продолжу находиться в этой комнате, все закончится плохо. Как, бл*дь, Бренна может заниматься со мной любовью всю ночь, а потом встретить кого-то в гостиничном номере, чтобы трахаться? И это было ее работой с самого начала?
Это, бл*дь, долбит по мне, как будто я ударяюсь о кирпичную стену. Все, о чем она намекала, говорила и лгала. Ее работа, странное время, деньги, которые она зарабатывает. Тот факт, что один из Джонов, с которым я беседовал, описал мне Бренну до размера ее гребаных сосков. Я был так наивен, потому что полностью влюбился в загадочную женщину по соседству.