Рю смотрел в темноту, пожравшую потолок комнаты, пока не уснул.
— Сегодня в 12:00 снова была зафиксирована хакерская передача террористической организации 'Воины Аматерасу', - умеренно бодрым голосом вещал диктор новостей телевиденья, всё-таки не о сумоистских победах рассказывается… -
Одариги Ёсикава выступил с заявлением, что нынешнее правительство Японии ведомо своими заблуждениями и отвернулось от принципов предков, потому как полагается на сигма-исследования всё больше и больше. Он так же заявил, что сигма-исследования порождают новые несчастья в обществе и творят 'недопустимые преступления', такие как 'превращения людей в сигмафины' или 'нанесение психики людей ужасного вреда при насильственном создании амагусов'. Место вещания определить не удалось. На данный момент Одариги Ёсикава и его жена Кику Ёсикава являются лидерами террористической псевдосинтоистской организации, которая не имеет ничего общего с настоящим синтоизмом. Стоит отметить, что наши граждане сдержано и разумно отреагировали на заявление террориста. Ведь стабильное будущее Японии в новом мире сигмы…
— Отключить мультимедиа-канал.
— Отключаю, — послушно откликнулась система.
Мальчик с чёрными волосами и карими глазами, надёжно зафиксированный c помощью ремней, что-то испуганно кричал, но бронестекло с металлической сеткой, как у микроволновок, не пропускало звука.
— Запустить выполнение основной программы.
— Все системы работают нормально, — возвестил женский идеально-приятный и спокойный голос, — Радиоактивные метки проверены. Потери в метках менее 0.5 %.
— Он вообще это выдержит? — спросил женский голос, — Мы же не можем усыпить его.
— Ты уже спрашивала. Расчёты показывают, что да.
— Если мы ошиблись, то потеряем не просто опытный образец…
— Я знаю. Мы не сможем использовать мертвого ребёнка в политике. Но мы всё равно проиграем, если не воспользуемся такой возможностью. Это гораздо больше, чем просто сигма-опыт из научного интереса. Это моя ставка, дающая нам хоть какой-то шанс в будущем! Мы не можем позволить себе отряды амагусов… и не можем позволить себе отказаться от живого бога в наших рядах.
— Заполняю буфер информационной записи сигма-потока. Произвожу нацеливание по радиоактивным меткам. Подключаю глазные преобразователи. Ввожу иглу в 'родник ки' для прямого воздействия на головной мозг. Вывожу регулирующее устройство 'прожектор-11' на позицию. Проверяю первый контур подсистемы воздействия… В тестовой последовательности 'глазных преобразователей' нет отказов. Проверяю второй контур подсистемы воздействия… В тестовой последовательности 'ки-иглы' нет отказов. Проверяю третий контур подсистемы воздействия. В тестовой последовательности 'нефритового луча' нет отказов. Проверяю синхронизацию контуров… Нет отклонений. Подготовка завершена.
— Повторяю. Все системы готовы. Требуется команда ответственного специалиста для запуска селективного сигма-облучения.
Чёрные глаза человека в белом халате на секунду отразили что-то неуловимое, как полёт летучей мыши в темноте ночи, а потом опустились на кнопку запуска голографической панели центрального поста управления установкой 'Нефрит-11'.
— Я поставил на это не только его жизнь, но и свою. Банзай, Япония.
— Запускаю все системы по команде ответственного специалиста Одариги Ёсикава. Логирую операции. Начинаю вход в синэргетический статус.
Зелёное море. Оно бесконечно. Кажется, что оно тянется в дали вселенной. Пустота. Она есть везде. Она определяет естественный путь вещей. Она видится не глазами. Она не имеет ничего общего с отсутствием. Но это зелёное бесконечное море не выдержит ощущать никто. Крик. Зелёная буря становится всё ярче. Приближается предел, когда ощущать что-либо… всё, что есть во вселенной… будет невозможно. Даже сейчас это невозможно. Мозг лишь абстрагируется от идеала, вырезая информацию, сжимая это безумное SHD-TV в сжатый поток старенького avi-файла. Оказывается, вселенная пуста… а форма… это нечто единое, что на самом деле не существует… Но у пустоты есть ширина и глубина. Казалось бы, это не имеет смысла, я могу представить всю пустоту в одной точке… но это ограничение моего мозга… моё ограничение. Энергии не существует. Я вижу это сейчас, но не могу понять и объяснить… такое ощущение… что вся вселенная это… пустота.
— Синергетический статус подсистем достигнут. Начинаю преобразование.
Кажется, крик совсем не помогает. Память… знания… навыки… привычки… всё это куда-то стирается. Что-то другое начинает прорастать прямо в центре нервов. Глаза слезятся, но это не важно. Они уже не работают. И никогда не заработают так же, как прежде. Сердце колотится, лёгкие отказываются дышать, перерождающиеся нервы вопят от паники. Зелёная буря везде. Больше невозможно осознавать себя. Это конец.
— Произвожу запись нейро-программы.
Аюми! Агэ! Сагэ! Шаг! Подъём! Рубка! Убить, чтобы уйти живым. Победить или умереть. 'Икэн хисацу'. Это проклятие и приговор. Это причина будущего коллапса. Огромное краснокожее существо с длинным носом, зелёными волосами и маске тенгу подходит ближе. Оно снимает маску и надевает на того, кто перед ним. Нечем сопротивляться, личность и восприятие смяты, разбиты в пух и прах. Я — тенгу-убийца, и это не я одновременно.
— Внимание!! Остановка сердца. Внимание!! Отказ лёгких! Внимание!! Микроинсульт в левом полушарии! Внимание!! Лавинная эмиссия в изменённой нервной системе! Срочно требуется реанимация! Запускаю программу реанимации без подтверждения.
Кто-то подошёл к стеклу и положил на неё ладонь. Ещё один человек верил, что жизнь тенгу-убийцы того стоит.
Тёмная высокая тварь с длинным носом кладёт мне руку на лоб. В её глазах пылает зелёная буря. Я даже не вижу этого, ведь вокруг уже слишком ярко… я просто это знаю. Свет… зелёный свет становится настолько ярким, что превращается в белый. Кажется… так выглядит смерть.
— Внимание!! Лавинная эмиссия изменённой нервной системы приобретает глобальный характер. Через десять секунд прогнозируется общий нейрошок. Внимание!! Запись программы завершена. Внимание!! Эффективность реанимационных мероприятий не подтверждена!
— Что там?!
— Ещё нужно время!
— Он умирает!
— Знаю!
— Третий контур вышел из синергетики! Второй контур вышел из синергетики! Первый контур отключён по необходимым и достаточным логическим условиям! Сигма-преобразование завершено! Внимание!! Эффективность реанимационных мероприятий не подтверждена! Открываю камеру преобразования для доступа сотрудников! Необходимо провести реанимационные мероприятия вручную! Внимание!! Зафиксирован нейрошок!
— Сигма-проектор! Быстро!
— Там остаточный фон излучения этой 'нефритовой' дряни! Он будет сбоить!
— Плевать, выводи!
— Есть!
— У Кику получится… если не получится у неё, то не получится ни у кого из нас.
— Внимание! 'Прожектор 11' выведен из контролируемой зоны. Предупреждение! Энергетический фон в контролируемой зоне может создать помехи! Ввожу в контролируемую зону штатный сигма-проектор.
Белая вспышка прервала всё. Старая жизнь умерла тогда, чтобы на свет появилось то, что назовут ками меча новой эпохи. Как тяжко осознавать, что ты уже умирал однажды. Интересно, кем я был до того? О чём мечтал? Кому верил?
— Проводится сигма-сканирование… Падение уровня восприятия — 65 %. Падение уровня интеллектуальной активности — 68 %. Потеря памяти составляет около 98 %. Результат анализа: образец не дееспособен. Присвоенная категория: дефективен. Предлагается уничтожить образец.
— Привет, Ёсикава-но-они… Ты помнишь свои сны?
Это была единственная фраза, которую он помнил, когда проснулся.
'Есикава-но-они. Ты помнишь свои сны?'
— Это сложно. Это очень сложно.
Сложно осознавать, что ты была кем-то другим, читать информацию о его жизни, связях, друзьях, знакомствах и понимать, что этот кто-то другой вообще никак больше тебя не касается. Оказывается, я раньше не любила черешню, а теперь — люблю.