Зато потом пошли достоинства — и Джаффа радостно потёр руки. Прометейцы оказались избавлены почти ото всех мистических ограничений Дракулы и его потомства. Они могли мерцать одинаково днём и ночью, могли пересекать текущую воду и входить в дом без приглашения, чихали на святые символы и чеснок. Более того, вампир в состоянии «исчезания» представлял собой нечто вроде пара, и мог проникать в малейшие отверстия — но не мог преодолеть полностью герметичные стены. Прометеец же в мерцании исчезал полностью — и мог, разбежавшись, заскочить хоть на борт звездолёта. Главное при этом — не материализоваться прямо внутри твёрдого предмета.
— Не слишком радуйся, — посоветовала ведьма. — У них есть ряд своих слабостей, общих для всех ми-го. Конечно, найти эти слабости на Земле куда сложнее, чем чеснока нарвать или облатку в церкви освятить. Но все знающие колдуны их подобрать сумеют.
— Постараемся со знающими колдунами не встречаться, во всяком случае в бою, — серьёзно кивнул Вэл. — А если всё-таки придётся, то пуля в голову заметно снижает колдовские таланты, или я не прав?
— Только вот из чего ты пулю собираешься пускать? — заметил Джаффа скептически. — На вас же пистолетов не напасёшься. С первым мерцанием потеряете.
Это было правдой. Одежда и ножи вампиров (как и Прометейцев) состояли из материалов животного происхождения, которые при длительном ношении постепенно превращались в многомерные молекулы — и становились фактически частью их тела. Но пистолет и патроны из кости не выточишь, а сталь, порох и латунь превращению не поддавались.
— Да, я этот вопрос обдумывал, даже с гайдуками Дракулы обсуждал. Из животных тканей тоже много чего полезного сделать можно. Яшка хочет длинный кнут, Данька — более короткую нагайку. Есть возможность обеспечить?
— Почему нет? — Джаффа задумался, тема была ему близка. — Мерцанием, значит, в ближний бой переходить, а потом…
— А потом удар кнута может быть не слабее пули… особенно если нашей рукой, — кивнул Вэл. — И оружие им можно выдернуть, а нагайкой — выбить. У нагайки, конечно, радиус поменьше, зато частота ударов повыше.
— В тесном помещении кнутом не сильно помашешь…
— А если помещение такое тесное, что кнутом не размахнёшься, то врага можно и рукой достать за одно мерцание.
— А себе-то ты что хочешь? Ножи — штука неплохая, и для ближнего боя годятся, и для дальнего, но боезапас совсем никакой… Особенно костяных.
— Я для себя разные варианты прикинул, и пришёл к выводу, что наилучшим будет молот-метеор на волосяной веревке, с грузом из бакаута, сантиметров десяти в диаметре. Дальность поражения — до шести метров, в закрытых помещениях этого хватит с головой, в то же время если перехватить верёвку поближе — сойдёт и для ближнего боя. Убить не убьёт, он же неметаллический. Но останавливающее действие получится не хуже, чем у кулака.
Что же касается боя на открытой местности, то для него молодые люди не стали изобретать велосипед, и вооружились старыми добрыми луками, сделанными по образцу лука Мясника-14, с использованием горианских и барсумских методов деревообработки — то есть рассчитанными на физическую сверхсилу носителя. Образованный Вэл назвал эти штуки «луками Одиссея» — их тоже мог натянуть лишь владелец, и они тоже имели достаточную убойную силу, чтобы пронзить одной стрелой несколько человек, ставших в ряд.
Теперь команда, наконец, была готова к основной миссии — походу за Кольцом. И можно было оставить за спиной все эти поднадоевшие разборки Хозяев, на которые он потратил слишком много времени и сил. Джаффа, правда, обещал Прометейцам выкупить или похитить у Дракулы их подругу Ксению, чтобы не разлучать команду — и не собирался отказываться от своих слов. Но это потом, с Кольцом сделать то же самое будет на порядок проще.
Кольцо, как говорилось в записке Ма-Алефа-Ака, находилось где-то в Андах, на территории Перу. Джаффа Шторм, разумеется, первым делом послал по соответствующим координатам психическую проекцию…
И ударился, словно муха об стекло автомобиля, о невидимую границу. Мощные стены из пси-энергии окружали территорию примерно ста километров в диаметре, формируя купол — незаметный для обычных чувств, но непроницаемый для любого псайкера. Если бы Джаффа попытался пересечь эту границу во плоти, он вероятно, смог бы это сделать, но его экстрасенсорика доставила бы ему в процессе очень, очень неприятные ощущения.
Впрочем, от чересчур любопытных путешественников, не имевших развитого психического восприятия, ту же территорию оберегал барьер вполне материальный — скальное кольцо высотой около семисот метров. Для бронецеппелина или даже простого аэроплана преодолеть его не составляло труда — но ни один альпинист на эту стену не смог бы взобраться, что явно намекало на её искусственное происхождение. Природные горы такими аккуратными не бывают, даже в метеоритных и вулканических кратерах есть проходы. Эти ребята под куполом явно не хотели, чтобы их беспокоили — вот и построили себе крепость.
«Алеф, Рианон тебя раздери, ты во что нас опять втягиваешь?! Помер так помер, жди пока воскресят, как я ждал! Что тебе в могиле не лежится спокойно?»
Предположим даже, что Прометейцы этот барьер преодолеть смогут. Не факт, кстати. Они, хоть и инопланетные, но всё-таки вампиры, а вампиры ко всяким вымышленным преградам чувствительны — в этот дом их точно никто не приглашал. Но допустим, доберутся они до скалистой стены, взберутся по ней… Взберутся, конечно, и даже без снаряжения — ещё одна полезная вампирская способность, лазить как мухи по вертикальным и даже отвесным поверхностям, сохранилась у них после смены тела в полной мере, и даже затрат пси-энергии не требовала — достаточно было прижать руку к чему-то покрепче и она прилипала, многомерные молекулы подстраивались под микрорельеф и возникало зацепление силами Ван-дер-Ваальса. А при двадцатикратной силе карабкаться вверх даже на одних руках не так уж и трудно.
Поднимутся они значит, перешагнут границу купола… и пойдут искать Кольцо самостоятельно. Джаффа за ними не только в виде проекции последовать не сможет, но даже и посмотреть, чем они там заняты!
— Проблема даже не в том, доверяем мы им, или нет, — сказала Александрия. — Хотя в этом, конечно, тоже, но по моим оценкам ребята достаточно лояльны… ну, не менее, чем мы все. Типичные новички в Ковенанте — может быть и не очень-то любят всех остальных, но общие интересы осознают. И то, что мы не сможем обеспечить их силовой поддержкой — тоже не так страшно, ребята привыкли работать в автономке. Тем более, им там нужно не воевать, а аккуратно достать один маленький предмет и убраться побыстрее. Но мы не сможем дать им даже информационной поддержки — а это намного хуже. Они по сути не будут толком знать, на кого работают и что нам нужно — всё, что ты им скажешь, может быть услышано ми-го.
— Понимаю. Если они встретят там что-то, выходящее за пределы знаний среднего жителя Земли, слегка посвящённого в верхушки тайн Хозяев, то не смогут даже понять, что это за зверь и с чем его едят. А они наверняка встретят…
— Любой персональный коммуникатор, которым мы можем их снабдить с учётом местных технологий, либо слишком слаб, либо будет засечён Драконом.
— Ясно… а что если оставить одного из них снаружи? Для сети связи вампиров никакая психическая стена — не помеха.
— Как вариант… но это значит на треть ослабить боевую группу.
— Чёрт, мне бы ещё хоть пару таких же…
— Придётся обходиться тем, что есть. Сам понимаешь, нам сейчас некогда лезть добывать ещё несколько исполнителей. Кроме того, в записке чётко сказано, что добытых у Дракулы вампиров будет достаточно.
— Ребекка, я понимаю, я за свою жизнь навидался всяких чудес у марсианских мистиков — но ты-то всю жизнь была твёрдой материалисткой, как ты можешь верить во всякие пророчества?
— Я с Контессой работала, Джаффа. После этого не верить в пророчества так же глупо, как не верить в гравитацию.