Кстати, интересно – доминионец будет честно работать на корабле, или предпочтёт собрать свою команду из подручных материалов? Скорее – второе, вряд ли они там у себя галактический Кодекс чтут.
Пришлось открывать интерактивный текст и читать, что такое сайрекс и с чем его едят. Хотя нет, меня больше интересовало – что ест он сам в свободное от службы время. Воин на корабле уже имеется в лице меня, и на абордаж брать я вроде никого не собираюсь.
Первое, что упоминалось в справке, Сайрекс – это не самоназвание, а характеристика планеты, на языке раллеков, которую их специалисты поначалу посчитали непригодной для возникновения жизни. Там если поблизости не извергается вулкан, то обязательно поливает кислотный дождь или дует ужасный по силе ветер, способный переносить многотонные камни по воздуху как пушинки. Каково же было их удивление, когда в этом аду обнаружились не только примитивные формы, но и довольно высокоорганизованное общество разумных существ, вовсю осваивающих тяжёлую промышленность. Пусть жили бедолаги преимущественно под землёй, на поверхность они выбирались довольно часто.
Правда, среди аборигенов, обнаруженных исследовательской экспедицией около трёх тысяч лет назад, имена собственные как таковые отсутствовали. Поэтому первооткрыватели, недолго думая, решили, что индивидуализм им тоже не свойственен, как тем же земным насекомым, с которыми сайрексы оказались отдалённо схожи наличием внешнего скелета.
Расы типа роя встречаются в галактике не так уж и редко, но космическая экспансия для них является недостижимой мечтой, или вовсе находится вне границ интересов. Увы, но в отрыве от коллективного разума отдельные особи зачастую не могут управлять сложными летательными аппаратами, не говоря уже о динамичном реагировании на внешние угрозы. Привычка, когда за тебя думают другие, пагубно сказывается на критическом мышлении, а без него путь к звёздам закрыт. Надо строить что-то воистину циклопичное, чтобы влезло всё стадо, либо целенаправленно выращивать индивидов-космонавтов, что получается далеко не у всех.
Но в случае с сайрексами всё оказалось чуть сложней, чем сначала представлялось исследователям. В течение пятисот лет после внесения негостеприимной планеты в каталоги, она считалась заселённой условно разумными существами, пока те ненеожиданно не вышли в ближний космос пусть на примитивных, но всё же космических кораблях.
Тут уж в систему нахлынули различные специалисты по контактам, которым удалось выяснить, что безымянные существа пользуются для опознания друг друга сложной эмпатической системой, и вполне позиционируют себя как личность. Они прекрасно могут действовать в полной изоляции, при этом, неизвестно как, прекрасно чувствуют состояние остальных членов своего сообщества, включающего порой до пятисот особей. В нашем понимании – это что-то среднее между семьёй и командой. В среде астронавтов такие группы называют кланами.
Каждый клан имеет свою историю, нисходящую к тёмным, первобытным временам и хранит в памяти информацию о всех особях, когда-либо бывших в его составе. Сейчас, спустя добрые полторы тысячи лет, сайрексы расселились по всей галактике, но колоний нигде так и не образовали. Вместо этого они регулярно совершают паломничество на родную планету для встречи с сородичами и выведения потомства.
Из-за не вполне благоприятных условиях жизни на своей планете, сайрексы очень живучи. Они не нуждаются в каком-то определённом составе для дыхания, выдерживают резкие перепады температур и давления, способны отращивать утраченные конечности и питаться одними металлами.
– Да уж, тяжко быть тобой… – покачал я головой, активируя капсулу.
Последнюю тысячу лет сайрексы промышляют наёмничеством, железно придерживаясь собственного кодекса чести. Вдобавок к выносливому организму они ещё неплохие псионики, так что такой член экипажа мне точно пригодится. И кормить особо не надо, и поговорить будет о чём.
Пока возился с капсулами, шустрые дроиды успели соскрести с астероида шесть единиц гелия-три, который немедленно отправился на производство варп-ячеек. Как только первая из них будет готова, корабль покинет систему оранжевого гиганта.
Хватит топтаться на пороге, оправдываясь мародёркой. Впереди ждут новые звёзды и планеты, приключения и задания – стоит только руку протянуть к заветной кнопке прыжка…
Но у игры были другие планы на этот счёт. С коротким предупредительным перезвоном бортовая система торжественно провозгласила:
– Внимание, обнаружен неизвестный сигнал!
Глава 15
Едва я всплыл из упругой жидкости, скатившейся с тела многочисленными матовыми шариками, как услышал навязчивое дребезжание, показавшееся смутно знакомым. На очередной глюк непохоже… Точно, это же рингтон у меня такой на вызове стоит!
Чертыхаясь, стал выкарабкиваться из капсулы наружу, схватившись за борт. Погрузочная платформа для инвалидов двигалась нарочито медленно, так что на полу мне светило оказаться минут только через пять. Вряд ли для человека, который звонит мне в половину четвёртого ночи, такие сроки приемлемы.
Естественно, всё пошло враскоряк и я очень крепко приложился плечом и головой об пол, не успев перекинуть через бортик ноги. Надо будет сходить на рынок, если они тут ещё остались, в этом сошедшем с ума будущем, и взять толстый коврик. В моё время квартира без ковров и паласов считалось нежилой, потому как падать в ней было крайне неудобно. Вот такой я древний мамонт.
Браслет-коммуникатор лежал на кухонном столе, где я его и оставил накануне, перемигивался огоньками и всячески привлекал к себе внимание голографическим экраном, с огромной красной трубкой по центру. Типа, я ещё не догадался, что мне звонят.
Совершенно не стесняясь собственной наготы, я дохромал до стола и взглянул на высветившийся прямо в воздухе номер. «Пицца Браво», колотить их об противень! Только лишь для того, чтобы обложить абонента четырнадцатиэтажным матом, приказал гаджету ответить на звонок. Вдруг проболтаются в процессе и скажут свой адрес, пойду убью всех с особой жестокостью. Маньяк я, или где?
Хвала технологиям, тыкать трясущимися пальцами в крохотный сенсор браслета (водить рукой сквозь голограмму занятие бесполезное) было не нужно, достаточно короткой голосовой команды.
– Да?!
– На том же месте, через десять минут, – резко предупредил меня собеседник, которого я тут же узнал, и завершил звонок.
Коммуникатор издал короткий, будто оборванный звук, и затих, погасив всю иллюминацию.
– Поспать спокойно не дадут… – проворчал я, возвращаясь к разбросанной по квартире одежде.
Сборы не заняли много времени – приловчился уже. Отведённого времени оставалось ещё около двух минут, когда я выполз на улицу, опираясь на костыли-ходунки. Прохладный ночной воздух показался куда чище, чем днём, хотя проносящихся туда-сюда машин на ближайшей к дому дороге на вскидку меньше не стало. «Мерседес» Георгия стоял на стоянке, будто и не уезжал никуда, только фары притушены, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.
В салоне многообещающе пахло свежей, прямо из духовки, пиццей. Только распознав густой аромат, я вдруг понял, насколько сильно голоден, просто до подворачивающихся кишков и скрученного в дулю желудка. Пожалуй, сейчас даже от той неаппетитной бурды в стаканчике не отказался бы.
Но по хмурому, сосредоточенному лицу куратора стало ясно, что в ближайшее время еды мне точно не видать. Чёрт побери, хоть оббивку салона грызи…
– Клим, чем ты думал?!
– А что не так? – невинно поинтересовался я, плюхаясь в мягкое кресло.
И тут, прежде казавшийся хладнокровным, мужчина взорвался:
– Да ты…! Да тебя…! Прямо в…! И поглубже! Ну какого, спрашивается, хера?!
– Угнал звездолёт?
– Нет! Улетел на нём зачем! Тебе нужно было попасть в тюрьму, а не стать великим грабителем, идиот ты размороженный! У тебя же были чёткие инструкции…
– Рекомендации, – мягко поправил я.