Изменить стиль страницы

- Господин Николас, уже отъезжаете? Вам завтрак подать в таверне? Или в карету?

-  С собой заверните, пожалуйста. И чего-нибудь горячего в дорогу если можно. – тут мой взгляд упал на спускающегося Эштона. – И господин, не могли бы вы нам одолжить рубашку с жакетом если есть.

Хозяин «Пьяной утки» окинул стоящего парня с ног до головы, кивнул, и ушел в подсобное помещение. А я не стала дожидаться и протопала к карете. Дождусь только завтрака, если Эштон не успеет – то это его вина.

Я поздоровалась с возницей, отдала ему сумку с одеждой и забралась в карету. Одеяло так и валялось на соседнем сидении, немного испачканное кровью. Я его сложила в несколько раз и устроила под попой. После лошадей и жестких сидений, она явно недостаточно привыкла к суровым реалиям этого мира. Пока я ждала, то решила открыть одну из дверец кареты. Внутрь сразу ворвался осенний воздух. Похоже, теплые деньки заканчиваются в Вильрусе. Интересно, в чем у них ходят зимой? Небо немного хмурилось, а открывшийся вид выходил на дорогу, далее шли поля. Видимо этот постоялый двор находился прям на трассе.  Решив не замораживать до конца карету, я захлопнула дверь и продолжила ждать. Через пять минут мое терпение пришло к концу. Я проверила запасы в корзинке и решила, что этого должно хватить до вечера. Пусть подавятся своим завтраком! Но больше всего меня раздражало опоздание Эштона.

Уже  когда я поднялась с сидения постучать в  стенку вознице, чтобы трогался, дверь кареты распахнулась, и внутрь забрался вредина с новой корзиной и какими-то свертками из ткани. Не обращая внимание, на мою странную позу, меня усадили обратно и положили под ноги сверток. Сам же он уселся напротив, поставив корзину рядом с собой и, постучав в стенку кареты, обернулся ко мне, сверкая улыбкой.

Карета скрипнула и медленно тронулась, выезжая на дорогу. Я недоверчиво рассматривала Эштона. На нем теперь было надето полупальто из плотной коричневой ткани, из которого выглядывал ворот льняной рубахи. Предыдущий владелец этих вещей определенно был шире в плечах, но имел короткие руки. В любом случае, простая, грубо пошитая одежда выглядела на парне не к месту и не очень сочеталась с явно дорогими брюками и сапогами. Это придавало зазнайке комичный вид, и я немного расслабилась.

Как будто бы не замечая моего пристального взгляда, Эштон копошился в корзине, выложив на тканевую салфетку лепешки с жареным мясом и сыром и зажав между коленями плотно закрытую крынку, в которой что-то плескалось. Наконец он выудил две глиняных кружки и, сунув мне в руку самодельный бутерброд, начал разливать в них содержимое крынки.

- Ойла.

Во вторую ладонь мне заботливо вложили кружку и загнули вокруг нее пальцы.

Закончив, наконец, с обеспечением меня завтраком и, видимо, посчитав свою миссию выполненной, Эштон уселся на свое сидение и начал уплетать свою порцию.

Сверток под ногами согрел ноги. Наверное, это грелка. Я вдохнула уже знакомый малиново-мятный аромат и прикрыла на секунду глаза. Вспомнился Виталик с кружками кофе и пирожными. В глазах предательски защипало. Что меня ждет дальше? Я не знаю куда еду. Не знаю от кого бегу. На секунду вернулась мысль, что это просто дурной сон, и он скоро закончится.

- Ешь, - Эштон вовремя прервал мое самоистязание, а то слезы уже готовы были вырваться наружу, - Сейчас дорога еще хорошая, а дальше до самого Кардагона будет трясти, так что перекусить без остановок, не боясь прикусить язык, будет очень проблематично.

И я принялась завтракать. Последний раз я ела вчера утром, и сейчас желудок плохо воспринимал жирную пищу. Так что, оставалось наедятся, что компот из ойлы не только снимает усталость в теле, но и помогает пищеварению.

Когда с едой было покончено, мы молча расселись по своим углам. Колеса монотонно поскрипывали, а за окошком уныло тянулось поле. Можно сказать, атмосфера располагала к диалогу, но только никто из нас не спешил начинать.

Эштон, решивший исполнить все-таки свое обещание, лениво развалился на своем сидении. Скрестив руки на груди, он задумчиво смотрел в пространство над моей головой. А его длинные вытянутые и слегка расставленные ноги на ухабах задевали мои колени. Сначала меня это беспокоило, но я решила прекратить себе надумывать всякую чепуху. В конце концов, сейчас я парень. И в «Пьяной утке», хоть и с издевкой, но он пояснил, что мальчики его не интересуют.

В моей голове роилась куча вопросов, которые мне хотелось задать Эштону, но я тоже молчала.

Во-первых, интересующие меня проблемы хоть были и очень важными, но выдавали меня с потрохами. Например, хотелось расспросить о деньгах в Дарне, я же понятия не имею, сколько мне с собой денег дала Амалия, и какие здесь цены. Судя по вчерашней реакции хозяина постоялого двора, серебряная монета – это щедрая плата за услугу доставки вредных парней от кареты до входа. Но как я могу спросить о таком, не выдав себя? Или очень хотелось узнать о Кардагоне, почему возница боится ездить там по вечерам? Так же мне интересно было узнать про Академию, как там все устроено и что мне предстоит. Мда, вопросы были не из разряда тех, которые задает человек, всю жизнь проживший в Дарне.

Ну а вторая причина моей молчаливости была тоже очевидна. Я же сама вынудила не говорить со мной всю дорогу. Конечно, он сказал, что если попрошу…  Короче, я рассматривала мелькающий за окном пейзаж.

До столицы мы добрались к шести вечера. Часов у меня не было, но Эштон был уверен во времени, так что я не спорила.

В этот раз обошлись без приключений и почти не разговаривали, не считая пары ничего не значащих фраз. Когда вдалеке показалась крепостная стена, я немного занервничала, не зная как попросить Эштона выйти где-нибудь. Не хотелось, чтобы он знал, куда я еду. Заводить тут знакомства мне нельзя. По крайней мере, пока не обживусь. Но, заметив мое беспокойство и правильно его интерпретировав, он крикнул вознице какой-то адрес и, уже повернувшись ко мне, пояснил:

- Не беспокойся, это недалеко от въезда в город, так что переплачивать тебе не придется.

Я смутилась, ведь мои сомнения были вовсе не из-за денег, хотя именно о них нужно было подумать в первую очередь.

Кардагон был прекрасен! Когда я читала романы Джейн Остин, именно так и представляла улицы Лондона! Улица была мощенной брусчаткой. Кирпичные двух-трех этажные дома напоминали георгианскую архитектуру. На фасадах зданий было много решетчатых окон, а входы в дома украшали большие резные двери с фигурными ручками. Подъезды украшали клумбы и кованые заборы.  Конечно, было и отличие, например, на улицах было необычное освещение. В фонарях горели золотыми огнями магические пульсары. Да и вывески на тавернах и магазинах мерцали, напоминая неоновые.

Но оказалось, что это была главная улица, так как, поехав по адресу, названному Эштоном, мы свернули в переулок, полный каменных домиков, как в Тарине, и остановились около заведения под названием «Магический джем». На постоялый двор оно не походило, так что классифицировать мне его не удалось.

Выходил парень молча. А я даже не знала как правильно попрощаться. В последний момент, повинуясь импульсу, выскочила из кареты и встала перед подножкой, не зная, что сказать. Эштон закинул свою сумку на плечо и развернулся ко мне.

- Ну все Николас, бывай! Спасибо за все. – и, резко развернувшись, пошел ко входу.

Непонятное чувство сжало сердце, но я повернулась к карете, собираясь взобраться внутрь.

- Мне кажется, мы еще встретимся, - донеслось мне в спину. Я обернулась, но у дверей уже никого не было.

Я ехала по улицам Кардагона. Улицы сливались в одно яркое пятно, но я на них уже не обращала внимания. Меня ждала Академия.

Глава 6

— Что-то привело тебя сюда, Флинн Райдер. Быть может, это была судьба, предназначение..

— Или конь.

Из м/ф «Рапунцель: Запутанная история»

Был уже поздний вечер, когда мы, наконец, подъехали к еще одной высокой стене. Я вышла из кареты и поискала взглядом дверь, в которую можно было бы постучать. Академия находилась на холме, в сумерках из-за стены выглядывало только несколько башен. А калитки не было. Может поискать гостиницу и вернуться утром? Обернувшись на дорогу, я с унынием увидела свои две сумки и корзинки с едой, выложенные прямо на дорогу. Кареты не наблюдалось. Как я не заметила? Ну и что теперь делать?