— Спасибо, Миша, за информацию! Ты не обратил внимания, Торопынько с этим интендантом еще не вернулся обратно?
— Он только что прислал вестового! С минуту на минут они должны вернуться? Ты только, Ваня, не забудь, и его, и интенданта сделать, телепатами тогда твой отряд станет непобедимым! Никому еще не снилась такая связь между командирами во время боя! А сейчас мы вас покидаем, да, я чуть не забыл, а эта твоя телепатия на каком расстоянии действует?
Когда лейтенант Домбровский вернулся в лагерь, то он сразу же обратил внимание на то, что в лагере оставался один отряд старшего лейтенанта Торопынько, а два других отряда уже покинули место стоянки. Иван Фролов сидел на немецком мотоцикле и разговаривал со старшим лейтенантом Торопынько. Увидев лейтенанта Домбровского, Фролов ему улыбнулся, и рукой показал, чтобы он присоединился к его разговору с Торопынько.
— Вы, Геннадий Сергеевич, быстрее собирайтесь и вместе со своим отрядом отправляйтесь на позиции под Деречин, там и встретимся. Обстоятельства сложились таким образом, что на ваш отряд, товарищ Торопынько, пал удел стать главным отрядом всей нашей братии особого назначения. Тут совершенно случайно выяснилось, что в поселке Деречин имеется серьезная артиллерийская база. Сержант Олейников со своими разведчиками сорвиголовами уже туда отправился. Вы вместе с лейтенантом Домбровским гоните туда оба наших артиллерийских полка. Пускай, они там набирают свои боекомплекты! А вашего интенданта назначьте ответственным за автотранспорт, может быть, тогда мы сможем всех наших бойцов пересадить в грузовики. Тогда немцы нас берегитесь, мы вам покажем, где кузькина мать зимует! Да, парни и не забывайте прихватывать с собой всех встретившихся по дороге окруженцев, красноармейцев и командиров Красной Армии. Я же пару часов тут еще немного покручусь, посмотрю, что к чему. Через два часа планирую прибыть в Деречин!
Из кустов выпрыгнул Дима Лукашевич и ловко запрыгнул в мотоциклетную коляску с пулеметом МГ34. Он снова был одет в ладную форму рядового немецкого гренадера. Фролов выжал педаль акселерата, поддал немного газу, мотоцикл легко тронулся с места, он покатил по лесной дороге, придерживаясь общего направления на Слоним.
Фролову правил мотоциклом, осторожно объезжал дорожные ухабы и рытвины. Но, чем они ближе приближались к Слониму, тем больше дорога ему не нравилась! Помимо того, что она было сильно разбита, эта дорога еще шла с постоянным понижением. Тут слева от них появилось болото, и чем ближе они подъезжали к городу, тем больше становилось болото!
— И откуда здесь, могло появиться такое большое болото? — Мысленно поинтересовался Дмитрий Лукашевич.
— Да и я сам этого не понимаю! — Ответил Иван, слегка притормаживая мотоцикл и, привстав в седле, он пытался рассмотреть, куда же они попали.
Но тут он вспомнил о существовании телепата майора Борисове, чей отряд должен был пройти этой дорогой к Слониму:
— Михаил Михайлович, вы слышите меня?
— Да, Иван, даже очень хорошо слышу! Насчет болота вы особо много не беспокойтесь, оно скоро совсем уйдет в сторону, а дорога станет суше и гораздо лучше. Что же касается нас, то мы уже достигли своих позиций, принялись за рытье окопов, отправил сапером ставить минные поля. Да, Иван, а как у нас решается вопрос артиллерии, когда на нее мы сможем рассчитывать?
— Да все нормально с артиллерией, майор! Вас будет поддерживать дивизионная батарея, орудия которой уже становятся на огневую позицию, с которой она сможет вести огонь, как по Слониму, так и по поселку Зельва. Жаль только, что мы имеем всего только два таких мощных орудия, а то бы немцам от нашего огня кошмары по ночам стали бы сниться! Артиллеристы уже закапывают эти два своих орудия в землю, а через час, полтора им привезут снаряды. Так что готовьтесь работать вместе с артиллеристами. Я полагаю, что командир этой батареи, капитан Игорь Жданов, студент четвертого курса математического факультета МГУ, неплохо знает секреты своей военной профессии!
Вскоре болото действительно ушло в сторону, дорога подсохла, стала гораздо лучше, на ней уже не было глубоких рытвин или высоких ухабов. Когда лес закончился, то Фролов притормозил мотоцикл. В бинокль он начал осматривать окружающую местность. И практически сразу же он увидел отряд майора Борисова за работой, бойцы копали окопы в полутора от него километрах. Несколько саперов возились на дороге, видимо, закладывали минное поле.
— Михаил Михайлович, вот я тут неподалеку стою и наблюдаю за тем, как твои бойцы копают одиночные окопы. Я бы на твоем месте не стал бы своих бойцов сажать в такие окопы, они в них будут предоставлены самим себе во время боя! Того и глядишь, неопытные парни испугаются атак немцев и, как зайцы, побегут из таких окопов. Мой тебе совет, пока у тебя в запасе имеется время, копай траншеи. В траншеях красноармейцы не будут ощущать себя брошенными и никому не нужными людьми. Вместе с товарищами всегда как-то ловчее отбивать атаки врага!
— Извини, Иван, в суматохе боя я об этом психологическом моменте и не подумал, хотя комиссар батальона мне в свое время говорил о влиянии психологии на ведение боевых действий. Может быть, ты нам в этом поможешь?
— Мог бы, то обязательно это сделал бы, Михаил! Я бы постарался бы нашим бойцам преодолевать это психологический шок. Понимаешь, такой шок возникает у всех нормальных людей, когда на них начинают двигаться вражеские танки! Но не все они могут его самостоятельно преодолевать. Да, между прочим, а водку ты в запасе имеешь?
— Кто же не имеет в запасе столь драгоценного напитка!
— Так, попробуй, бойцам налей по сто грамм водки, сразу же увидишь, как изменится их поведение в бою! Ну, да, ладно, за тебя, Михаил, я спокоен! Поеду, посмотрю, как у других обстоят дела? Связь будет держать телепатически! Так что бывай, до встречи, майор!
Фролов отъехал примерно на километр от места, где наблюдал за тем, как закапывались в землю бойцы отряда майора Борисова, как вдруг услышал винтовочные выстрелы. Он посмотрел на Дмитрия, сидевшего за пулеметом в коляске, тот утвердительно кивнул головой и пальцем показал в сторону совсем незаметной дороги, отходящей вправо от этого большака. Иван круто вывернул руль мотоцикла вправо, он тут же резко снизил его скорость движения. Так как требовалось честно признать, что эта новая дорога совершенно не годилась для езды на ней на велосипеде или на мотоцикле. По этой дороги человек мог бы пройти, но чтобы по ней проехать, водитель должен был продемонстрировать чудеса акробатической вольтижировки. Тем не менее, примерно, через километр движения по дороге послышалась новая россыпь винтовочных выстрелов. На этот раз кто-то стрелял совсем от них близко. Дима приладил приклад МГ34 к своему не раненому плечу, словом он был готов открыть огонь в любую секунду.
Эта проселочная дорога при выходе из леса практически сразу же переходила в короткую деревенскую улицу. По обе ее стороны стояли добротные дома с большими дворами и огородами. Но жителей в этих домах и дворах не было видно. Эта единственная улица деревни сразу же переходила в небольшую деревенскую площадь, на которой собрались человек восемьдесят различных возрастов и полов. По тому людскому гулу, который сейчас стоял над деревенской площадью, можно было понять, что там собрались все жители этой деревни. Видимо, все то, что сейчас происходило на площади, так сильно приковывало к себе внимание всех жителей этой деревни, что они даже не обратили внимания на появление за их спинами мотоцикла с двумя седоками в форме мышиного цвета.
Чтобы прояснить ситуацию на площади, Фролов перешел на первую скорость, мотоцикл возобновил свое движение по улице. Так медленной скоростью они стали приближаться к деревенской площади. В этот момент толпа деревенских жителей совсем примолкла, над площадью пронеслась команда, подаваемая на русском языке:
— Эй, вы, братва, мать вашу так, а ну-ка становись в шеренгу, сейчас этих краснопузых шмалять будем!