При виде Карста и стоящего за его спиной гнома, а также охраны, хозяйка и ее работники сразу сдулись, а Дацилла оскалилась. Служанки из прачечной заняли нейтральную сторону. Хлордер обвел помещение тяжелым взглядом.
— Кто еще считает, что орк дрался недостаточно яро, защищая вас? — холодным тоном осведомился Карст и все опустили глаза. — Что-то вас я не видел в первых рядах добровольцев, которые встали на защиту крепости. А вы, госпожа Талка? — Хлордер остановил свой взгляд на хозяйке таверны и та шагнула чуть назад. — Я мирился с вашими заскоками только благодаря вашему мужу, моему боевому товарищу, но тот уже отошел на небеса, а вы продолжаете отравлять всем остальным жизнь. Или я не знаю, что вы укрываете часть своих доходов, постоянно снижая долю уплаты в казну княжества? — Карст смотрел прямо в глаза женщине. — Видимо, двести пятьдесят лет мира и процветания сделали свое черное дело и теперь наружу вылезла всякая погань, которая скрывалась от войны. — Карст помолчал. — Вот мой приказ, все раненые должны выжить, орк и гоблин в особенности, потому что кроме них никто бы с магом-менталистом не справился. Почему они пожертвовали своими жизнями ради поганых ваших?!! — заорал, сорвавшись, Хлордер, но тут же успокоился. — Я все сказал. Жост, проследи за выполнением.
— Да, мой господин. — Страж приложил руку к груди и знаками вызвал двух солдат. — Останетесь здесь — присмотрите за ранеными. Хозяин, а что делать с ними? — он кивнул на хозяйку таверны и ее работников. — Держать их в крепости опасно.
— Пусть убираются восвояси, хватит на сегодня смертей. — Устало ответил Карст.
Талка хмыкнула и ее желчный характер тут же вылез наружу.
— Не тебе меня выгонять, старик, это мое имущество, сначала выкупи! — резко, с вызовом сказала она. — Ты слишком задержался на этом свете, не то что мой муженек!
Карст резко вытащил метательный нож у Жоста, который стоял рядом и кинул в женщину. Та только и успела, что расширить зрачки, соображая, что это последние миги ее жизни, как кованая сталь вошла в правый глаз и грузное жирное тело грохнулось на пол. Все оторопело молчали.
— Кто-нибудь еще хочет возразить? — спросил Карст. Смельчаков не нашлось. — Я здесь хозяин, не вы и чем скорее вы это усвоите, тем лучше. Это даже хорошо, что череда событий вскрыла вашу истинную сущность — теперь впредь буду знать, что кнут гораздо лучше пряника. Уберите и сожгите эту падаль. И остальных мертвых во дворе соберите, чтобы умертвий не плодить.
Никто не пошевелился — все были напуганы и остолбенели от произошедшего.
— Приказ не слышали?!! — взревел Жост на работников таверны. — Бегом!!
Работники резво выскочили из зала таверны. Тормоз подошел к лежащему сержанту, который был весь изрезан, с двумя отверстиями от стрел, которые Эста тщательно забинтовала, нанеся перед этим мазь. Гоблин тоже почти был при смерти, а вот эльф просто спал. Гном присел рядом с ними на колено и его голова оказалась на уровне тел.
— Как они? — спросил он тихо, но девушка поняла, что обращаются к ней.
— Плохо. — Произнесла она. — Нужно позвать Сегину, чтобы приготовила восстанавливающий отвар, а то я не умею. — Она с горечью развела руками.
— Научишься. — Спокойно ответил гном, вставая. — Позаботься о них. — Он посмотрел на нее очень внимательно. — Ты добрая душа, чистая, я это вижу. А Сегина… она пока занята. — Он вскинул молот, который ударил по балке, стряхивая с нее мусор и пыль, но Тормоз не обратил на это внимания. После произошедшего боя для него теперь это было несущественно. Только сейчас гном ощутил единство со своими товарищами, понял, как они ему стали духовно близки и это сильно ранило Тормоза, он чувствовал тяжесть утраты, боль потери, но надеялся и верил, что они выздоровеют, хотя гоблин выглядел так, что только краше в гроб кладут. Внезапно он упал перед орком и остальными на колени, бросив оружие, и из глаз потекла скупая мужская слеза.
— Куда же я без вас, братцы. — Сказал он и захлюпал носом. — Не уходите, не надо, не покидайте меня! Я ведь не справлюсь без вас!
Эста провела по короткому ежику волос гнома своей рукой и тот вдруг ткнулся головой ей передник, в ноги, вытирая слезы и сопли. После чего посмотрел на девушку красными воспаленными глазами, поднялся и молча вышел из таверны. Никто не проронил ни слова и не осуждал взрослого мужчину за минутную слабость — терять друзей изредка приходится всем.
Карст широко шагал и прибыл в подвал одновременно с ведьмами, которые притащили мага и усадили его на стул для допросов. Кто-то из стражников разбил ему губы, когда тому почудилось, что колдун произносит заклинания, так что сейчас Утурук больше помалкивал. Он узнал обеих ведьм — видел рисунки их лиц в Академии и тяжко вздохнул — именно эти две особы испортили его грандиозный замысел. Да еще этот чертов орк и его друзья. Кто же знал, что эта их техника так превосходна в бою — ни маг воздуха ни маг огня не смогли с ней справится, а магов земли и воды у Утурука в подчинение не было. Один мог бы вполне остановить машину, ведь опирается она на землю, захватив почвой, вплавив ее и погрузив в грунт, а второй затопить внутренности, но ничего, теперь он будет ученее и использует свой второй шанс более продуктивно. Теперь только нужно убедить магичек ему помочь, а в искусстве словоблудия и хитрости Утурук был силен.
В помещение вошел Карст без оружия, также как и его охрана — Хлордер давал себе отчет в том, что маг может применить свои способности и стражники обратят мечи против него и друг друга. Того уже привязали веревками к стулу и колдун сидел, не пытаясь пошевелиться. Рана на ноге кровоточила, но никому до него не было дела, а место на боку, куда попал топорик орка постепенно напитывалось кровью — мантия промокла и прилипла к коже, заткнув собой рану.
— Ну давай, рассказывай, как ты дошел до жизни такой. — Спросила Мелина, ткнув мага в плечо. — Ты работаешь на Империю?
Утурук тихонько засмеялся.
— Нет, вовсе нет. — Мотнул он головой. — Я сам себе хозяин, волен как птица и свободен как ветер!
— Говори по существу. — Хмуро произнесла Сегина. — Зачем ты напал на княжества? Какой в этом смысл? Хотел власти? Или тебе недостаточно было Нумата, ты ведь оттуда начал?
— Вы не понимаете. — С жаром сказал Утурук. — Если баронства, графства и княжества не объединятся, то не выстоят против Империи и даже степняки и ханы пустыни им не помогут. — Он исподлобья посмотрел на ведьм. — Вы же все знаете, что такое Империя — это ложь, это рабство, это высокомерие аристократии и нищета простого люда. Это полный контроль всего и вся, начиная с родившегося младенца, который уже должен уплатит налог в казну и заканчивая Императором. Да, да, Императором! — Утурук захохотал. — Или вы не знали? А может быть и знали, но гнали от себя эти страшные мысли, что теперь правитель не защищает свой народ, а просто ширма для Попечительского Совета? И совета Академии? Да бросьте, вы же сбежали из Империи почти тридцать с лишним лет назад, а началось это гораздо раньше и теперь власть передается по магической линии.
— В головы к нам пытаешься залезть? — недобро спросила Сегина.
— Ни в коем случае, только сильный маг может воздействовать на мага или вы не знали? — Усмехнулся колдун. — Каждый выстраивает свою защиту сам. Для кого-то это дом и семья, для кого-то верные друзья, кто-то верит в Императора, кто-то в свои собственные силы и лишь потерявшего веру мага можно взять под контроль. Того, кто уже разочаровался в самом служении народу и Императору. И вы это знаете прекрасно, потому что уже давно потеряли свою веру, а я могу ее вам вернуть.
— И как же? — ехидно спросила Мелина. — Сделаешь из нас управляемых болванов?
— Вы можете стать моими помощниками. — Зачастил Утурук. — Эту цитадель не сразу и возьмешь, что вы и продемонстрировали, а если захватить замок Бултона, где полно залежей металлов и драгоценностей, поля Кершира для снабжения армии, то можно создать огромное сильное войско, призвать степняков и ханов пустыни, обрести силу, наконец!!