— Княже! — кричит Чурило: — Ты смотри, как погода разгулялась! Гроза похоже будет. Поверх верхушек деревьев прямо по нашему курсу вдруг внезано потемнело до черноты. На фоне чёрного пятна отчётливо были видны клубы, хаотично крутящегося со сполохами молний, воздуха.
— Началось! — кричу, обратив внимание на часы: — Прибавь ходу! Ходу давай!
Через несколько минут лес закончился и наш бронеход вышел на огромную поляну, по кругу равномерно заставленную большими вертикально поставленными валунами, живо напомнившими мне камни из местечка Стоунхендж, фото которых я видел в одной статье в журнале GEO. Только сейчас передо мной расстилалась картина открывшемся портала, о котором я слышал только, читая фантастику ТАМ. В большой черный круг, светлеющий к краям, состоявшийся из воздушных, хаотически движущихся, но подчиненных движению по часовой стрелке, потоков, пугая нас сверкающими молниями, принялись въезжать знакомые ранее катайские паровики. По сторонам мобилей шли катайские солдаты в полном обмундировании. Рядом стояло два знакомых мага-агличанина, раскинувших руки по сторонам. Решение пришло мгновенно.
— Акинфий, за ними шагаем! Не тормози!
— Княже, да я и так!
— Еще прибавь! Быстрее! Ещё быстрее! — ору в пародвижительный:
— Пашка, добавь в котлы! Пару! Еще пару давай! — свистнув в свисток и сказав в раструб общей связи, нервничаю и продолжаю дальше разговаривать сам с собой:
— Сейчас вот-вот портал схлопнется.
— Княже! Катайцы же уходят. — это Чурило подскочил к смотровым окнам.
— Да вижу я! Не слепой!
Я краем глаза наблюдал в смотровые окна, параллельно пытаясь наводить паровые пушки на въезжающих в большое темное марево воздушных завихрений катайцев. Из-за тряски нормально навести прицел у меня не получалось. И даже не пальнул ни разу. Чего палить зазря в белый свет как в копеечку. Вот на ровную площадку встану, вот тогда. Вслед за ушедшим в неведомую даль бронеходом в клубах завихрений исчез еще один паровик, полностью забитый катайскими солдатами. Затем второй и третий. И сейчас я наблюдал, как последние мобили готовились к отправке. В последний мобиль на подножку вскочили маги, видимо державшие портал. Один из них наудачу принялся махать нам рукой, призывая нас идти за ними. Бормочу вслух:
— Успеем? Или не успеем? Давай-давай-давай! — От нетерпения теряю самообладание и ору всем стоящим: — Заходим! На-аж-ми-и! А-а-а!
Только что вышедшие у Власова кладезя на опушку леса деревенские мужики увидели последними, как бронеход «Новик», изрыгая из паровой трубы сильные клубы пара, шагая настолько быстро, насколько позволял его работающий пародвижитель, подошел к темному мареву. И не снижая скорости, уверенно шагнул в темень завихрений. И пропал в нем, после чего портал закрылся, возвестив окружающих об этом громким хлопком и сильным воздушным возмущением. А через несколько минут в воздухе вокруг установилась такая благодать, словно и не было ничего. Лишь следы свернутого лагеря, шагов бронеходов и колёс паровиков вместе с лежащим телом погибшего старосты напоминали людям о произошедшем.
Не знаю, сколько прошло времени реально прошло, но мне показалось, что целая вечность. Странное чувство, когда ты входишь в портал. Как-будто все вокруг перестает существовать. Леса, земля, воздух, зверье, люди, ребята вокруг — ничего этого нет. Только ты и черная темень вокруг. И белая маленькая точка вдали — выход из портала. Она медленно-медленно приближается, кажется так медленно, что успевает надоесть. И как только ты успеваешь подумать, что можно успеть передохнуть, как эта точка внезапно оказывается перед тобой. Еще миг и натужно прорывая неведомую полупрозрачную пленку, служащую препятствием для выхода из портала, ты внезапно оказываешься в точке назначения. Приехали!
Еще миг и перед нами открываются новые виды. Помпезное, но красивое здание, сильно похожее на виденный мною ранее дворец, на фоне виднеющихся вдали башен небоскребов. Наш бронеход появляется на большой круглой каменной площадке с замысловатым рисунком из уложенных плиток, по периметру украшенной красивыми статуями. Вокруг никого, только разрушения и вмятины на дорожном покрытии и стриженом газоне от шагов ранее нас прошедшего бронехода. Слышу явственный шум выстрелов, хлопки множества парострелов, ор, гам и крики внизу. Катайцы же! Кольнула мысль. Как так получилось? Что вроде как мы одновременно с катайцами вошли, а прибыли с некоторым разрывом во времени. А ведь нам повезло, есть еще время подготовиться к бою. Решив не заниматься прямо сейчас дурацким, почти научным, вопросом, потом, если будет время, спрошу у более сведущих в этом людей, отдаю команду:
— Команде готовиться к бою! Крюйт-камера! Бронебойные и шрапнель товсь! Вперед! Бьем гадов!
Едва наш бронеход сделал первые шаги, как пришло осознание того, где же мы находимся.
— Да это же Новый Петерсборг! Имперский дворец. А там Канцелярия императора. Фигасе же нас забросило. Ребят, вы слышите? Я знаю, где мы! Слышите?! Мы в столицу, в Новый Петерсборг, во дворец Императора попали. Зуб даю, я знаю, я во-он там был. Это точно то самое место! Пашка-а! Ты, считай, уже дома! — Я, узнав местность, прямо обрадовался:- Оле-оле-оле, наш Новик, впере-од!
Правда вспышку мотивированной радости пришлось давить в себе сразу, прямо в зародыше, потому что впереди что-то сильно так рвануло. Раз. А затем другой.
В самый разгар танцевального бала на вызывной камешек-амулет, вальсирующего с придворной фрейлиной, Михаила Георгиевича пришел вызов. Мужчина, почувствовав тряску и вибрацию камня на своей груди, остановил свой танец с дамой и, извинившись перед ней за столь внезапную и неотложную необходимость отойти, увы, дела государственные, выскочил в другой зал. Где было куда тише и не было так громко звучащей музыки. Вот только мужчину сразу смутили едва слышимые хлопки в ушах, которые поначалу он принял за временное расстройство слуха от громкой музыки. Найдя в интерьере дворца ближайшее конвексное зеркало, начальник охраны Императора коснулся камня, с грубостью и недовольством в голосе вызывая своего собеседника.
— Ну что там?! Говори, только ежли по ерунде какой вызвал, не обессудь!? — мужчина свирепо смотрел на вызывавшего его абонента, одного из служащих охраны Императорского дворца.
— Михаил Георгиевич! — взволнованный мужчина был ранен, его щеку пересекала большая царапина, но он словно не замечал боли: — Вот дворце катайцы! Ведем бой с превосходящими силами противника.
— Что? Как катайцы? Здесь?! Вы что там, с ума сошли?
Но в подтверждение слов того, на спиной его раздался сильный взрыв. Собеседник на время пропал из кадра. Когда густая пыль в помещении рассеялась, Михаил Георгиевич углядел в зеркале, что часть дворцовой стены рухнула, обнажив через пролом лужайку позади дворца. За спиной мужчины двое солдат в парадном обмундировании семеновского полка, назначенной государем охраной дворца, принялись вести огонь из табельных парострелов, пытаясь сдержать натиск невесть откуда взявшегося, словно ниоткуда, врага.
Вызывавший мужчина поднялся и закричал в зеркало: — Уводите Императора и семью! Быстрее! Лучше через Северный вход, пока еще можно! Спешите! Немедленно! Их тут много! Слишком много. И дайте приказ снять защиту с купола. Дежурные дирижабли сюда незамедлительно! Охрана дворца с ними не справится.
Мужчина, услышав звуки шагов, резко повернулся и, увидев в проеме забегающих вовнутрь солдат характерного вида в катайской форме, принялся палить в них из парострела. Сделав в противника несколько удачных выстрелов, тот снова повернулся к зеркалу:
— Ой, Михаил Георгиевич, вы еще тут?!
— Доклад! — зло проскрипел его высокопревосходительство.
Мужчина сплюнул и затараторил, пытаясь наспех сделать начальнику сжатый доклад, одновременно поглядывая краем глаза появившийся в стене проем:
— Десять минут назад в караулке дворца сработала сигналка оповещения об внезапном открытии магического портала. Адрес отправки неизвестный, так как не входил в список доступных известных нам. Могу лишь предполагать, это из давнишних утерянных. По тревоге, согласно инструкции, были вооружены и подняты семеновские из охраны. Сразу после открытия портала на площадь первым оттуда вышел этот…как его там… бронеход. Такая здоровенная дурища, скажу я вам, прям жуть, но супротив эскадренных дирижаблей ему никак не сдюжить. Потому сдержать такую силищу семеновские не смогли, нечем нам супротив поливаемой им шрапнели обороняться. Объявили общий сбор, открыли оружейку, отправили на помощь. А затем к этим гадам и подмога подошла.