— Я просто надеюсь, что он поймёт это прежде, чем станет слишком поздно, — добавила Салли.
— Все машем, они снова плывут.
Они помахали, как только лодка пронеслась мимо. Молли и Аманда сидели в надувном круге, который был привязан к лодке. Пока Кари потягивала чай со льдом, она задумалась. В одном его сёстры точно ошиблись: какие бы чувства Макс не испытывал к ней, они исчезли, как только он узнал о Молли. Бреанна подтвердила это, когда сказала, что Макс никогда не смог бы простить свою мать, если бы выяснилось, что она не рассказала ему о его ребёнке. У Кари не было никаких доказательств того, что письма когда-либо существовали, и если уж он не смог бы простить мать, как тогда он сможет простить её?
После того, как лодка исчезла из вида, Салли огляделась по сторонам.
— Я думала, мама хотела побыть с нами на пляже.
— Вместо этого она решила вздремнуть, — ответила Джилл. — Вчерашняя долгая поездка утомила её. Но она, несомненно, скоро к нам присоединится.
После всего, что произошло, при мысли о том, чтобы увидеть мать Макса, у Кари сжался желудок. Она вспомнила, что была здесь ради дочери. Её дочь заслуживала узнать своего отца.
Салли указала на воду.
— Похоже, они возвращаются.
Все наблюдали за тем, как лодка причалила. Молли и её подруга прибежали к ним первыми.
— Фрэд и Коул хотят ещё немного поплавать, — сказала Молли, задыхаясь. — Они сказали, что им нужны женщины.
Кари засмеялась.
— Они так сказали?
Молли кивнула.
Джилл вскочила и указала пальцем на Линдси.
— Ты идёшь, или оставишь меня одну на этой лодке?
— Ты предоставлена сама себе, — возразила Линдси. — Я никогда не была хорошим пловцом.
Молли взяла Линдси за руку.
— Давай, Линдси! Ты просто наденешь спасательный жилет, и ничего не произойдёт. Ты должна обязательно покататься в надувном круге. Это весело!
Все согласились с ней и уговаривали Линдси до тех пор, пока она, наконец, не сдалась и не пошла к лодке вместе с Джилл.
Кари смотрела, как подошёл Макс. Он был слишком сильно поглощён разговором с Дэном, чтобы заметить, что она наблюдала за ним. Хотя Даттон, таким образом, зарабатывал себе на жизнь, и питался всякой гадостью, мужчина был стройным и гибким, и не было никаких сомнений в том, что выглядел он невероятно, всё ещё так же хорошо как в средней школе. Её сердце заколотилось, как сумасшедшее. Прошло четырнадцать долгих лет, но чувства к нему не изменились. Он был хорошим мужчиной, полным сострадания, из-за всего, через что пришлось пройти его семье. Хороший внешний вид был просто вишенкой на торте.
— Не могу тебя винить за то, что в последнее время избегаешь его, — сказала Бреанна.
Кари сморщила нос.
— Я не избегаю его.
— С тех пор как он узнал о Молли, я больше не видела тебя у него дома. Ты должна знать, что в последнее время Макс не особенно хорошо питается. Посмотри на него. Он похож на надувной шар.
Кари взглянула на него ещё раз.
— Не думаю, что в нём есть хоть грамм лишнего жира.
— Его глаза расскажут всю правду, — добавила Салли. — Они опухли и стали желтоватого цвета. Не значит ли это, что у него не всё в порядке с печенью?
— По-моему, он выглядит совершенно здоровым. Но я поговорю с ним позже о его питании, если вы от этого почувствуете себя лучше.
— О да, мы были бы очень признательны, — сказала Бреанна. — Мы все так волновались о нём, потому что дома он всё время хандрил и выглядел так, будто у него больше не было воли к жизни.
— Не было воли к жизни? Я видел его в среду во время тренировки, — сказала Кари. — Он делал свои упражнения и раздавал автографы. Мне показалось, что Макс выглядел прекрасно.
Салли покачала головой, как будто уже скорбела о его смерти.
— Это было всего лишь на показ. Вероятно, он не хотел, чтобы ты волновалась.
— Так, так, — тихо сказал Макс, когда подошёл ближе. — Посмотрите-ка, кто у нас здесь.
Они все повернулись и увидели пожилого мужчину, идущего к ним. Даже Николь, вернувшаяся с прогулки, остановилась и пристально смотрела на него.
— Кто это? — спросила Салли.
— Это мамин друг Хэнк, — сказала Николь, с некоторым удивлением в голосе.
Кари спросила себя, имеет ли Хэнк хоть какое-то представление о том, что здесь делает. У мужчины были густые, седые волосы и одет он был в светло-бежевые шорты и белую рубашку с короткими рукавами. То, что ему не хватало в объёме, он возмещал своим ростом.
Глаза Бреанны расширились.
— Разве мама приглашала его сюда?
— Нет, — ответил Дэн. — Это мы его пригласили.
— Кто это «мы»? — хотела узнать Салли.
— Мы, — повторил Дэн, указывая пальцем на себя, затем на Макса и, наконец, на лодку, чем, вероятно, подразумевал Фреда. — Мы, мужчины, пригласили его. Мы думали, что эта поездка будет хорошим поводом познакомиться с новым кавалером мамы.
— Кавалер? — Салли захихикала. — Кто, чёрт возьми, сегодня так ещё выражается?
Дэн пожал плечами.
— Я, полагаю.
Послышались крики плачущего ребёнка, из-за чего Салли подскочила. На пути к дому она остановилась, чтобы представиться Хэнку. Перед тем как женщина побежала дальше, она бросила на Дэна ледяной взгляд через плечо.
— Выглядит так, что у меня проблемы, — обратился Дэн к Максу. — Огромное спасибо.
Макс фыркнул.
— Только не вините теперь меня. Мы все вместе решили позвать его.
— Я думаю, что это была отличная идея, — объявила Николь, прежде чем встала и поприветствовала Хэнка. — Привет, я Николь, третья дочь.
— Я очень рад встретиться с вами. Я слышал от Барбары так много замечательных вещей о её детях, — он посмотрел на Дэна. — Вы должно быть Макс.
— Меня зовут Дэн, — мужчина указал пальцем в направлении Салли, которая исчезла в доме. — Я принадлежу Салли, с которой вы уже познакомились. — Дэн повернулся к Максу. — Это Макс.
С этого момента Макс взял инициативу на себя и предложил Хэнку один из пустых шезлонгов. Тот оказался приветливым мужчиной со светлыми глазами и заразительным смехом. После того, как прошло двадцать минут без намёка на присутствие Барбару Даттон, они услышали голос Салли через радионяню.
— Если кто-нибудь слышит, пожалуйста, как можно скорее, отправьте Макса и Дэна в дом.
Дэн вскочил со своего стула и стал ждать, когда Макс сделает то же самое.
— Иди вперёд, — сказал Макс и махнул рукой.
Дэн откашлялся.
— Один за всех и все за одного, помнишь? Я полагаю, что Салли хочет поговорить с нами о своей матери.
Хэнк обеспокоенно нахмурился.
— Я пойду с вами и увижусь с Барбарой.
— Нет, нет, нет, — ответили все хором, что побудило Макса, наконец, подняться со своего стула.
— Она не знает, что ты здесь, — сказал Дэн, — а мы хотим удивить её.
Глава 18
— Мама, это на самом деле не так уж и важно, — сказала Салли, когда Макс и Дэн вошли в дом.
— Наконец-то, — выпалила Салли при взгляде на своего супруга. — Мама знает, что Хэнк здесь, и не рада этому. Она не хочет выходить и говорить ему привет.
Макс нахмурился.
— Это безумие, мама. В чём проблема?
— Вы не имели права приглашать его сюда, не поговорив со мной.
— Ты сказала бы «нет», — объяснил Дэн.
— Вот именно, — ответила мама. — Я бы сказала «нет», потому что мои отношения с Хэнком не касаются никого из вас.
— Ты не права, — возразил Макс. — Твои отношения с Хэнком касаются каждого. Если тебе нравится этот человек, и ты проводишь с ним время, мы тоже должны иметь возможность встретиться с ним.
— Он всего лишь мой друг.
Салли забрала у ребёнка бутылочку и повернула его к своему плечу, чтобы вызвать отрыжку. Так как Макс стоял ближе всех, она протянула ему пустую тару, которая была сделана из прозрачного пластика с жёлтыми звёздами. Это напомнило Максу об отце.
— Если ты спишь с этим парнем, мама, он больше, чем просто друг.