— Рюзаки!
Все обернулись. L яростно жал на педали велосипеда, мчась к обрыву.
— Ну что ж. Герой всегда опаздывает к началу представления. Только на этот раз он пропустил и финал. Девочка и противоядие теперь в наших руках.
Кивнув Хатсуне, Матоба залез в машину. Она тронулась, подняв облако пыли и песка.
Хатсуне вытащила нож-стилет и провела языком по краю лезвия. L резко затормозил, тяжело дыша. В его руках не было ничего кроме зонтика.
— Думаешь, сумеешь справиться со мной?
Быстрое и изящное, словно оса, лезвие мелькнуло в воздухе и задело рукав L. Кровь потекла по его руке, лицо исказилось от боли. Оторвав болтавшийся край рукава, L поднял зонтик, точно это была шпага.
— Спасибо, теперь мне гораздо удобнее.
— Сумасшедший неудачник! — Хатсуне метнулась вперед с ножом в вытянутой руке. L не давал ей приблизиться, размахивая своим длинным зонтиком.
— Сда-вай-ся! — лезвие трижды опасно приближалось к телу L, но каждый раз вспарывало лишь воздух. Хатсуне сердито пнула песок. L пригнулся и резко раскрыл зонтик, задев им лицо женщины.
— Слишком медленно! — Нож разрезал нейлоновую ткань зонтика. Победную улыбку на лице Хатсуне сменила гримаса удивления, она, опешив, отступила на шаг назад. L уткнулся головой в песок, как лягушка, потерявшая равновесие. Его ноги взметнулись вверх и ударили Хатсуне в плечо. Стилет отлетел на землю.
— Неплохо. Но теперь ты потерял последний шанс догнать машину.
Хатсуне подбежала к мотоциклу, перекинула ногу через сидение и помахала на прощание. Поднялась настоящая песчаная буря, пока она неслась вниз по дороге.
L бросился вслед за автомобилем, который увозил Маки. Его изогнутая спина выпрямилась, тело выжимало из себя все, на что было способно. L с самого начала знал, что не сможет догнать Матобу. Знал, что ему не выиграть соревнование в скорости с автомобилем. И все же он продолжал бежать. Он бежал, как человек, сражающийся за все те вещи, которые кажутся смехотворными и нелепыми в этом мире. Как человек, день за днем борющийся с великим злом во имя справедливости.
Автомобиль исчез за поворотом. L упал на колени, хватая ртом воздух.
— Лайт… Это чувство, когда ты не можешь защитить того, кого обещал спасти… Это и есть тот новый мир, о котором ты говорил?
Свет фар постепенно тускнел вдали. Кровь из раны текла по руке L, пачкая сломанные часы, носимые им в память о Лайте, и капала на асфальт. Он ударил кулаком по земле. Раз, другой, третий. Снова и снова. L не прекратил даже когда костяшки его пальцев окрасились красным.
— Лайт… мое сердце… болит…
Это была боль, которую L подавлял всю свою жизнь. Боль, которую он вынужден был терпеть, чтобы оставаться тем, кем он был — непревзойденным детективом.
Как можно было описать лучшего детектива в мире, не скатываясь в перечисление его аналитических способностей? Каким L видели окружающие? Его считали эксцентричным, смакующим жуткие убийства человеком-компьютером, затворником, социопатом, запертым в мире холодных чисел. Что L думал по поводу подобных пересуд, мог сказать только он сам. Но никто из окружающих не мог по-настоящему понять его душу. Понять, что L не забыл и не мог забыть лица тысяч виденных им жертв. Кто мог залезть в душу человека, который всю свою жизнь сталкивался с преждевременной смертью, горькими слезами выживших, потерявших своих близких, обесцениванием жизни, ставшим обыденностью? Кто мог измерить боль такого человека?
Был ли этот груз так тяжел, что плечи L согнулись под его весом? Была ли эта боль так страшна, что оставила вечные синяки под его глазами? Было ли это чувство настолько горьким, что каждый кусок пищи он должен был посыпать сахаром? Хронически поникшие плечи, неизбежные темные круги под глазами, эксцентричный вкус — L был олицетворением Справедливости и подавлял боль, как мог, но знаки ее впечатались в само его тело.
L обхватил голову руками и завыл, глядя в безучастное небо, давая волю агонии, царившей в его душе.
L 02-2. Обман
Когда L вернулся на причал, Суруга уже поджидал его на водительском сиденье грузовичка с такояки.
— Что случилось с Маки? — но агенту хватило одного взгляда на руку L, чтобы понять, что произошло.
— Они не…
— К сожалению, да.
Видя, как L спокойно терпит боль, Суруга не стал больше ни о чем спрашивать. Спустя минуту, детектив, наконец, удостоил вниманием знакомую фигуру, стоящую неподалёку и ждущую возможности вступить в разговор.
— И что вы тут делаете?
— Не слишком-то вежливо, Рюзаки. Особенно если учесть, что вы меня сюда и позвали, — мрачно ответил Мацуда.
— Я? Вы говорите, я позвал вас?
— Ну да. В смысле, литера «L» появилась на моем компьютере, и электронный голос поручил мне доставить приложенные данные в Осаку, чтобы вы смогли ими воспользоваться… — Мацуда протянул распечатку отчета.
— Другой L? — агент задумался, потирая щетину на щеке. Мацуда вглядывался поочередно в лица детектива и Суруги, ничего не понимая. Но L, не тратя времени на ответ, сосредоточился на отчете и быстро пролистывал страницы. Затем он поднял голову и улыбнулся.
— Кажется, загадка решена.
— Рюзаки, мы получили сообщение от какого-то Йошизавы из «Синего Корабля», пока тебя не было. Он хочет, чтобы мы оба поднялись на тридцатый этаж небоскреба «Юмеда» сегодня в 6 вечера, — заметил Суруга, взглянув на часы.
— Тридцатый этаж… в 6 вечера?
— Именно так. К тому же, у него есть два условия: принести Тетрадь Смерти и держать ФБР подальше. Теперь, когда Маки у них в качестве заложницы, они будут играть жестко.
— Мне нужна минутка, чтобы обдумать все, хорошо? — L присел на корточки и начал грызть ногти. Несколько раз он тихонько пробормотал, — Тридцатый этаж… 6 вечера… Тетрадь Смерти…
Наконец, он решительно поднялся на ноги и объявил:
— Мы должны идти. Господин Мацуда, согласны ли вы нам помочь?
— Что? Я тоже участвую? — Мацуда опасался быть втянутым в обстоятельства, о которых ничего не знал.
— Да. Существует работа, выполнить которую сможете только вы.
— Ох. Есть! — наивный Мацуда был чрезвычайно горд, что его умения оказались кому-то необходимы.
— Господин Суруга, я также хотел бы, чтобы вы захватили с собой одного из агентов ФБР, который следит за нами. Они также будут принимать в этом участие.
— Но ведь «Синий Корабль» запретил нам втягивать ФБР.
— Он просто должен не привлекать к себе внимания, вот и все. Можете даже припугнуть их немного, если хотите.
— Ладно.
Приготовления были закончены. Суруга и Мацуда стояли рядом с грузовиком с такояки, готовые залезть внутрь. Такахаси протянул L маленький чемоданчик.
— Это образец антидота. Там хватит только на одного человека. Но его не тестировали, так что я не знаю, насколько он эффективен.
— Спасибо, профессор. Пожалуйста, продолжайте работать над противоядием. Нам вскоре потребуется его очень много. Я отправлю кого-нибудь за ним, когда придет время.
— Ладно. Но это должен быть кто-то… кому ты доверяешь, — встревожено протянул ученый. L с улыбкой кивнул.
— Рюзаки, Суруга, привезите нашу Маки назад! — прокричал Такахаси, когда грузовик тронулся с места. L высунулся из окна и показал ему большой палец.
— Тридцатый этаж небоскреба «Юмеда»… Как думаешь, что нас ждет там, Рюзаки?
— Поскольку они выбрали высотку в центре Осаки как место встречи, думаю, «Синий Корабль» собирается осуществить свой план по уничтожению Японии. Скорее всего, они воспроизвели вирус в аэрозольной форме и намерены распылить его с тридцатого этажа. В 6 вечера вирус может причинить наибольший ущерб, ведь солнце к тому времени уже почти зайдет и не сможет ослабить его действие. Кроме того, здание расположено между станциями Осака и Юмеда, что обеспечит гигантский поток пешеходов. Через две недели, когда проявятся первые симптомы, ставшие носителями люди уже разойдутся по всей стране. Япония будет уничтожена.