«И мы официально прошли в зазеркалье», — мысленно произнесла я.
«Попридержи эти слова, пока мы на самом деле не окажемся там», — предложил Этан.
Пока он говорил, дверь с правой стороны коридора открылась, и сквозь нее, как вода, хлынула магия. Еще одно свидетельство тому, — подумала я, — что это здание было заколдовано, и что колдун работал неподалеку.
В коридор вышел вампир. Высокий, худощавый, с удивительно бледной кожей. Он был одет в старомодный фрак, узкие бриджи и белые лайковые перчатки с перламутровыми пуговицами.
— Сюда, сэр, — произнес вампир с ощутимым английским акцентом, слегка поклонившись, когда отошел от двери и пропустил нас внутрь.
«И понеслась, Страж».
Мы вошли внутрь.
Когда я думала о «сверхъестественном борделе», то представляла привлекательных эльфийских парней в узких кожаных штанах с белыми волосами и острыми ушами, женщин-вамп в корсетах и с длинными ногтями, их глаза серебрились от похоти и эмоций. Я всегда представляла, что вампирский мир будет связан с готикой, кожей и свечами, но не было ничего такого. Я была в трех городских Домах — Кадогане, Наварре и Грей — и не думаю, что видела что-либо готическое в любом из них.
Здесь также не было ничего готического.
Огромная комната, освещенная колышущимся пламенем газовых фонарей, с деревянным полом, покрытым дорогими коврами и набором массивной кожаной мебели с медными гвоздями. Две стены были заставлены книжными полками от пола до потолка, заполненных кожаными и позолоченными томами. Комната пахла кожей и ароматными дымом.
Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать то, что я должна была видеть — английский клуб джентльменов или его версию «La Douleur».
Здесь была, по моей догадке, дюжина сверхъестественных, по большей части, мужчин. Я осмотрелась в поисках знакомых лиц — Рида или его близких друзей, сверхъестественных, которых я знала, бородатого вампира, который убил Калеба Франклина. Никто не казался знакомым. Но они действительно выглядели такими же старомодными, как и их окружение. Они были одеты в те наряды, викторианские костюмы и платья с узкой талией и высокими воротниками. Как правило, они сидели парами или группами, общались, целовались или делились кровью.
Мы последовали за нашим дворецким, который проводил нас к дивану с высокой спинкой и жестом указал на него.
— Присаживайтесь.
«Сядь у моих ног», — произнес Этан, прежде чем я шелохнулась.
Должно быть, он почувствовал мои колебания.
«Это часть иллюзии, тема конкретно этой комнаты. Помни свои слова».
Поскольку я правда пообещала ему, то подавила усмешку и опустилась на пол у края дивана Этана, настолько грациозно, насколько возможно.
Он погладил меня рукой по голове.
— Очень хорошо, — произнес он, сигнализируя всем в комнате, что я угодила ему.
Я научилась блефовать уже давно, и если и было время, чтобы применить этот навык, этот случай был именно таким. Покорно, я прислонилась щекой к его колену.
— Что я могу принести вам, сэр? — спросил дворецкий.
— Коньяк, на данный момент. А потом посмотрим, каким будет поведение моей зверушки.
Я начала строить очень специфические планы насчет того, как вернуть должок Этану. Если мне нужно сидеть у ног Этана, ему, черт возьми, лучше приготовиться сидеть у моих ног.
Дворецкий кивнул и направился к латунной тележке, налив жидкость из хрустального графина. Он принес его обратно Этану, а затем начал проверять других суперов.
«Кого-нибудь узнаешь?» — спросил Этан.
Я провела пальцем вверх и вниз по его ноге.
«Нет. Я насчитала несколько вампиров и оборотней, но никаких колдунов».
«Убийца Калеба Франклина?»
Я искала его. Ни у кого не было бороды, хотя от нее достаточно легко избавиться. Но убийца также был высоким и очень мускулистым, а никто из вампиров здесь, похоже, не обладал нужными пропорциями, за исключением Этана.
«Не вижу его», — ответила я.
«Я тоже».
«Но в коридоре есть и другие двери. Здесь есть другие комнаты? Темы?»
«Да. Все отличаются степенью открытости».
«А в какой-нибудь из них присутствуют черное кружево и свечи?»
«Готика, Страж? Серьезно?»
«Когда-нибудь я собираюсь забрести в притон двойников Темного мира, и моим предрассудкам воздастся. Ну а пока, есть ли какой-нибудь способ, при помощи которого мы можем туда попасть? Проверить их?»
«Вероятно, не без боя».
«Я не возражаю против хорошей драки. Особенно после того, как проиграла свою последнюю».
Дворецкий принес напиток вампирше с бледной кожей и длинными, темными кудряшками. На ней были алое бюстье и струящаяся юбка из той же ткани, ее гибкая фигура опиралась на кушетку. Мужчина вампир, обнаженный, за исключением россыпи длинных, темных волос и облегающих кожаных штанов, стоял как статуя позади нее. Он ни на что особо не смотрел, казалось бы, ожидая ее приказа.
На его лице и ключице были синяки.
Дворецкий что-то тихо сказал женщине, но она покачала головой, отмахнувшись от него.
В другом конце комнаты стройный мужчина в костюме-тройке, фетровой шляпе, низко сидящей на голове, и с тонкой кожаной книжечкой в руке поднял руку, чтобы подозвать прислугу. Дворецкий двинулся к нему, немного наклонился, слушая этого мужчину, а затем кивнул и вышел из комнаты.
Никто из них не смотрел на нас, так что, похоже, разговор шел не о нас. Но никому не помешает осторожность.
«Фетровая шляпа, на два часа», — сказала я Этану, слегка покусывая его пальцы, которыми он поглаживал мне щеку.
«Слежу за ним», — ответил Этан.
Я обратила свое внимание на оставшуюся часть помещения, ища магию, затерянный алхимический символ, какой-то намек на ту металлическую магию. Но там ничего не было. Лишь колкая атмосфера возбуждения, похотливого предвкушения. Учитывая количество вампиров в комнате, я предположила, что это будет кровь.
Я посмотрела вверх на Этана, выдавливая на своем лице выражение полного поклонения.
«Если это закуска, то какое же основное блюдо?»
Этан глотнул своего коньяка, держа руку на моих волосах, поглаживая, его глаза осматривали комнату. Дверь коридора открылась, и дворецкий сопроводил молодого мужчину внутрь. Он был высоким и худощавым, с темной кожей и волосами, заплетенными в короткие косички. На нем были черные брюки и белая рубашка на пуговицах, а его глаза блестели от волнения.
«Полагаю, он будет основным блюдом», — ответил Этан.
Две вампирши с загорелой кожей, высокими скулами и прямыми волосами, собранными в высокие пучки, вместе встали с кушетки с декоративной спинкой. Одеты они были в черные шелковые платья, которые плотно облегали их тела до середины икр, где ткань растекалась вокруг босых ног, когда они шли к молодому мужчине. Они были красивы, и мужчина таращился на них с явным вожделением.
Они взяли его за руки и повели к круглой, стеганой оттоманке в центре комнаты. Они расстегнули пуговицы на его рубашке и позволили ей упасть на пол.
Его шея и руки были усеяны шрамами, которые женщины ласкали жаждущими языками. Не сложно было догадаться о происхождении шрамов; он давал кровь прежде, множество раз.
Когда женщины опустили донора на оттоманку, дворецкий появился рядом с нами.
— Не пройдете ли со мной?
Этан не отводил глаз от оттоманки.
— И зачем мне это делать?
— Потому что Сириус желает поговорить с вами.
Этан закатил глаза, играя человека, непривыкшего к тому, что его подзывают, что было не такой уж большой натяжкой. Но я заметила, как сжались его челюсти.
— Я пытаюсь расслабиться и не знаю, кто такой Сириус. Если он хочет поговорить со мной, то может сделать это здесь.
«Проблемы?»
«Сириус управляет «La Douleur»», — ответил Этан. «Я с ним не встречался, но знаю его имя».