- Если не вернуться?
- Именно! И тогда он придумал свои заветы, заставляя созданий своих жить по этим правилам. Но разве это свобода? Более того, он решил подкупать райскими усладами верность своих созданий, а неверных запугивать адскими муками? Разве это способствует свободному выбору? Вот, ты можешь себе представить такую картинку. Нынешняя эпоха, свободная демократическая страна, идут выборы, и кандидат в президенты в своей предвыборной кампании обещает, что каждый, кто проголосует за него, получит, скажем, тысячу долларов, а, а те, кто проголосуют не за него, будут гнить в тюрьме. Это свобода выбора? Нет! Это явный обман! Но разве не так действует Бог? Разве он не лицемер? Мы должны спасти его от тяжести этой ноши, терпеть самого себя. Это будет нашим актом милосердия!
- Милосердие? Странно слышать о милосердии от тебя!
- О, я милосерднее многих, и поверь, для некоторых быстрая безболезненная кончина - это действительно самый милосердный исход!
- Но Бог необходим людям, - я все-таки решил поспорить, - не столько как верховный разум, а скорее как символ надежды. Я всегда был закоренелым атеистом, но людям нужна надежда, и им нужны символы! Ведь в этой огромной вселенной, в этом бескрайнем молчаливом космосе мы совсем одни. Мы крупица в безграничном океане бытия! И даже если все живые существа на этой планете умрут в один миг, и семь миллиардов голосов сольются в одном предсмертном вопле - никто этот крик не услышит. Гибель человечества для вселенной будет падением муравья в Ниагарский водопад, его писк, если конечно муравьи могут издавать какие-то звуки, утонет в реве падающей воды, так же как и наша предсмертная агония захлебнется в звенящей тишине бескрайнего космоса, и никто и не заметит, что исчезла целая цивилизация. Вот, что страшно! Вот по этому, людям нужно верить в то, что где-то там на небе, кто-то любит и ждет их, что они не просто звездная пыль, что после всех мук этого мира, их будет ждать покой, и жизнь не закончится на совсем. И не важно, правда это или слабость наших душ, не готовых принять реальность, но людям нужна эта надежда, они не так сильны, как хотят казаться, но им можно простить эту слабость, их постоянный поиск Бога. Разве нет?
- Поиск Бога? - Улыбнулся падший ангел. - И где же они его ищут? В своих храмах с позолоченными крышами и обвешанными золотом первосвященниками? Как-то посвоему они поняли смирение!
- О нет, храмы здесь ни при чем! Это я как маг Хаоса заявляю, хотя, может, сами люди и считают иначе. Но мне трудно представить место, где было бы меньше Бога, чем в нынешних людских храмах! Современные общечеловеческие религии лишь для того, чтобы управлять людьми и зарабатывать деньги.
- Тогда в чем же состоит поиск Бога? - улыбнулся Падший Ангел.
- Не думал, что скажу это, но в любви, как мне кажется. Во всех ее проявлениях и формах, от самых чистых и самоотверженных, до самых алчных и безумных, во всех формах любви и ненависти, всегда кроется поиск Бога, и себя самого, что, по сути, всегда взаимосвязано! Испытывая это чувство, всегда прикасаешься к чему-то неземному. И хоть это порой болезненно и часто делает нас несчастными, но кажется, будто лишь это имеет истинную ценность, а все прочие мирские услады рано или поздно приедаются, и самый сладкий мед будет иметь вкус пепла.
- Любовь, значит? Что ж, пришло время выбирать! Пришло время завершить твое восхождение! - Сказал падший ангел. - Разорви эти узы, растопчи эти чувства, они делают тебя слабым, уязвимым, тобой можно управлять, через тех, к кому ты привязан. Просто приставить нож к горлу человека, которого ты любишь, и ты сделаешь все, чтобы сохранить его жизнь. Но ты можешь избежать этой слабости, этой хрупкости, этой уязвимости! Разорви узы сам! Возьми силу башни и убей своих друзей, и твое восхождение будет завершено! Сила, власть, могущество и свобода! Неужели это недостаточная альтернатива какого-то призрака любви, которая может быть даже не взаимна?! Растопчи ненужную слабость и имей в себе достаточно мужества просто протянуть руку и взять истинную силу, ты прошел такой долгий путь, сделай же последний шаг и начни властвовать!
Убить? Нацуми, Бестия, Кира, Ловкач, и даже этот заносчивый вампир Рэвиндаль, я их всех посвоему люблю, они все важны для меня, каждый из них - мой друг. Я не пожертвую ими, даже если это единственный способ спасти мир. Мир не должен получать второй шанс от того, кто продал свою душу, это не правильно!
- Исчезни, дух зла и искушения! - Я направил руку на падшего ангела, и несколько энергощупалец, соскользнув с кончиков моих пальцев, впились в его тело. С легким треском оно растворилось в воздухе. Еще один мираж. И тоже говорил, что настоящий. Все вы, глюки, так говорите.
Передо мной оказалась небольшая деревянная дверь. Я подошел ближе и дернул за ручку, надеюсь, странные миражи башни уже закончились. Как только дверь открылась, меня тут же затянуло внутрь сильным потоком ветра. И уже через миг я летел, именно летел, хотя можно сказать так же, что падал в небо, мчась стремглав в бескрайнюю высь. Я пытался оглядеться, земля стремительно отдалялась, Твердыни Миров было не видно. Да что ж за башня такая, одни сюрпризы с ней, да еще и все неприятные. Наконец-то полет прекратился и я завис в воздухе перед небольшой золотой сферой. Недолго раздумывая, я ухватился за нее. Сфера была горячей, руку обожгло, сфера завибрировала и засверкала. И через мгновение из нее выстрелили первые потоки энергии. Я почувствовал, как воздух вокруг сферы начинает вибрировать и буквально закипать, огромные спирали Силы закрутились с чудовищной скоростью, и меня тут же закрутило вместе с ними, по направлению к земле. Я двигался с такой скоростью, что вообще не мог ничего воспринимать.
- Ты активировал ее! - Прокричала Циндарэлла, а я едва смог разобрать ее слова из-за чудовищного рева потоков Силы.
Я стоял на ногах, а рядом вибрировал и ревел огромный конус энергии.
- Дальше наша очередь, мы попытаемся обуздать и использовать энергию башни. Немного отдохни пока, нам, возможно, еще понадобится твоя помощь!
Смысл слов колдуньи до меня доходил как-то плохо и слишком медленно. И лишь увидев перед собой испуганное лицо Нацуми, я начал немного приходить в себя.
- Странник, ты в порядке?! - Спросила она.
- Башня?! - Я встряхнул головой, пытаясь прийти в себя после полета и того ошеломляющего удара Силы, что мне приготовила Твердыня Миров. - У меня получилось?!
- Да! Но как ты?
- Жить буду! - Я схватил Нацуми за руку и, приблизив губы к ее ушам, прошептал. - Готовься, Нацуми! Теперь, каждый, кто не из отряда Странника, наш враг. Будет лютая резьня. - Я посмотрел на огромный ревущий поток Силы, что завивался вверх по спирали. Некоторые Вестники Дракона формировали вокруг него круг Силы, и готовились провести обряд, остальные, которых было навскидку около полторы сотни, сформировали вокруг первых защитный строй. - Вестники Дракона ни в коем случае не должны довести свой обряд до конца, - прошептал я Нацуми, - но подождем, пока враги проредят их ряды.
- Конечно, - глаза Нацуми блеснули холодной решимостью, - я готова! Дай только сигнал!
Я лишь улыбнулся. Скоро все начнется. Этот поток Силы медиумы-сенсоры разных фракций должны были уже почувствовать во всех уголках земного шара. И действительно, враги не заставили себя долго ждать!
Первыми, конечно же, напали маги Ордена Порядка, представители самой многочисленной и высокоорганизованной колдовской фракции. Они атаковали слажено, десять отрядов по сем магов в каждом. Это порядковские отряды специального назначения, я еще никогда не видел столько одновременно, да я думаю мало кто из магов Хаоса видел, чтобы потом остаться в живых и рассказать. Циндарэлла, ты же готовилась к этому дню очень давно, ты знала, что твоему Ордену придется сражаться против всех. Какие же ты козыри припасла? Мне так интересно.
За счет элемента неожиданности и стремительного напора, а так же своего профессионализма и высокой огневой мощи, маги Порядка тут же прорвали строй Вестников Дракона. Сектанты мгновенно потеряли не менее полутора десятка чернокнижников, но Циндарэлла только улыбнулась. Она начала читать какие-то заклинания, а тем временем Вестники организовали контратаку. Завязался горячий бой, первые потери уже понесли и маги Порядка. И тут вдруг между трупами начали появляться существа, по форме очень отдаленно напоминающие гуманоидов.