Песенка полотера
Не берись, коль не умеешь,
Не умеючи — не трожь.
Не подмажешь — не поедешь,
А подмажешь — упадешь.
Эх, недаром говорится,
Дело мастера боится,
И боится дело это
Ваню — мастера паркета.
Посередке всей эпохи
Ты на щетках попляши.
С женским полом шутки плохи,
А с натертым хороши.
Говорят, не нужно скоро
Будет званье полотера.
В наше время это мненье —
Роковое заблужденье.
Даже в этой пятилетке
На полу играют детки,
Проливают детки слезы
От какой-нибудь занозы.
Пусть елозят наши дети,
Пусть играются в юлу
На натертом на паркете
На надраенном полу.
Мой сосед (песня профессионального склочника)
Мой сосед объездил весь союз.
Что-то ищет, а чего — не видно.
Я в дела чужие не суюсь,
Но мне очень больно и обидно.
У него на окнах плюш и шелк,
Клава его шастает в халате.
Я б в Москве с киркой уран нашел
При его повышенной зарплате.
И сдается мне, что люди врут.
Он нарочно ничего не ищет,
А для чего — ведь денежки идут.
Ох, какие крупные деньжищи.
А вчера на кухне ихней сын
Головой упал у нашей двери
И разбил нарочно мой графин,
Я — папаше счет в тройном размере.
Ему, значит, рупь, а не пятак?
Пусть теперь мне платят неустойку.
Я ведь не из завести, я так,
Ради справедливости, и только.
Ничего, я им создам уют,
Живо он квартиру поменяет.
У них денег — куры не клюют,
А у нас на водку не хватает.
Песня автомобилиста
Отбросив прочь свой деревянный посох,
Упав на снег и полежав ничком,
Я встал и сел в «погибель на колесах»,
Презрев передвижение пешком.
Я не предполагал играть судьбою,
Не собирался спирт в огонь подлить,
Я просто этой быстрою ездою
Намеревался жизнь свою продлить.
Подошвами своих спортивных «чешек»
Топтал я прежде тропы и полы,
И был неуязвим я для насмешек,
И был недосягаем для хулы.
Но я в другие перешел разряды,
Меня не примут в общую кадриль.
Я еду — и ловлю косые взгляды
И на меня, и на автомобиль.
Прервав общения и рукопожатья,
Отворотилась прочь моя среда,
Но кончилось глухое неприятье,
И началась открытая вражда.
Я в мир вкатился, чуждый нам по духу,
Все правила движенья поправ.
Орудовцы мне робко жали руку,
Вручая две квитанции на штраф.
Я во вражду включился постепенно,
Я утром зрел плоды ночных атак:
Морским узлом завязана антенна…
То был намек: С тобою будет так!
Прокравшись огородами, полями,
Вонзали шило в шины, как кинжал.
Я ж отбивался целый день рублями,
И не сдавался, и в боях мужал.
Безлунными ночами я нередко
Противника в засаде поджидал,
Но у него поставлена разведка,
И он в засаду мне не попадал.
И вот, как «языка», бесшумно сняли
Передний мост и унесли во тьму.
Передний мост!.. Казалось бы, детали,
Но без него и задний ни к чему.
Я доставал мосты, рули, колеса,
Не за глаза красивые — за мзду.
Но понял я: не одолеть колосса.
Назад! пока машина на ходу.
Назад к моим нетленным пешеходам!
Пусти назад, о, отворись, сезам!
Назад, в метро, к подземным переходам!
Назад, руль влево и — по тормозам!
Восстану я из праха, вновь обыден,
И отряхнусь, выплевывая пыль.
Теперь народом я не ненавидим
За то, что у меня автомобиль!
«Так дымно, что в зеркале нет отраженья…»
Так дымно, что в зеркале нет отраженья,
И даже напротив не видно лица,
И пары успели устать от круженья,
И все-таки я допою до конца.
Полгода не балует солнцем погода,
И души застыли под коркою льда,
И, видно, напрасно я жду ледохода,
И память не может согреть в холода.
В оркестре играют устало, сбиваясь,
Смыкается круг — не прорвать мне кольца.
Спокойно я должен уйти улыбаясь,
Но все-таки я допою до конца.
«Не впадай ни в тоску, ни в азарт ты…»
Не впадай ни в тоску, ни в азарт ты,
Даже в самой невинной игре
Не давай заглянуть в свои карты
И до срока не сбрось козырей.
Отключи посторонние звуки
И следи, чтоб не прятал глаза,
Чтоб держал он на скатерти руки
И не смог передернуть туза.
Никогда не тянись за деньгами,
Если ж ты, проигравши, поник
Как у Пушкина в «Пиковой даме»,
Ты останешься с дамою пик.
Если ж ты у судьбы не в любимцах,
Сбрось очки и закончи на том.
Крикни: — карты на стол! Проходимцы!
И уйди с отрешенным лицом.