Многое поэт сумел вместить в одну контрастную строку: «Лил теплый дождь с холодной высоты». В ней чувствуются и тяготы войны, и радость победы. Счастливо найденное слово «осторожно» передает напряженную торжественность момента, затаенное волнение, а «нежные цветы» рядом с оружием звучат отнюдь не сентиментально. В двух строфах автору удалось нарисовать не только картину парада Победы, но и передать внутреннее состояние его участников.
Миниатюре «Опять пишу я…» живая, выстраданная горьким фронтовым опытом деталь — осколок в груди — придает удивительную достоверность. В стихах о солдатской судьбе много точных, подмеченных одновременно сердцем и глазом деталей. Есть они и в книге «Иду к тебе». Вот стихотворение «У старой землянки».
Сдержанность в выражении чувства здесь еще больше подчеркивает трагизм происшедшего у землянки, скорбь бывшего фронтовика по неизвестному герою. В емкой концовке лесной туман недаром напоминает дым после боя.
Родному подмосковному селу Юрий Мельников посвятил в книге «Иду к тебе» целый раздел. В нем просто и неназойливо сливаются воспоминания о минувшем с новью. Эту простоту и задушевность приветствовал Михаил Исаковский, сам некогда ощутивший пожатье доброй руки Максима Горького, который заметил знаменитые ныне «Провода в соломе», первую книжку талантливого смоленского поэта. И здесь хочется привести сердечные слова Михаила Васильевича, обращенные к Юрию Мельникову:
«…Мне приятно было встретить такие стихи, которые написаны с большой искренностью и на нормальном русском языке, нормальным русским размером, без всяких выкрутас, без всяких сногсшибательных приемов. Честное слово, это гораздо лучше, чем все то, что пишут наши так называемые «модные поэты».
ЗАЩИТНИК
Впервые о существовании Максима Перепелицы я услышал по радио. День за днем мы слушали передачи о проделках этого лукавого хлопца из Яблонивки, призванного в армию.
Потом я прочел книгу «Человек с оружием», где веселые рассказы о Перепелице уживаются с «серьезными» повестями о войне и армии. Потом вышел фильм «Максим Перепелица», открывший нам одного из лучших комедийных киноактеров — Леонида Быкова. Он уже снялся в других фильмах, а многие зрители так до сих пор и зовут его — Перепелицей.
Игра этого замечательного актера помогла мне глубже понять природу юмора Ивана Стаднюка. Да, да, есть что–то удивительно общее в естественной, непринужденной, озорной игре Леонида Быкова и невымученном, заразительном юморе автора «Максима Перепелицы». Читатели и зрители тепло приняли и юмористические рассказы, и кинокомедии Ивана Стаднюка.
Мало кто знает, что писатель отнюдь не думал становиться юмористом. Начал он с вполне серьезных рассказов в литературном кружке Смоленского военно–политического училища. Кружком этим руководил Николай Грибачев. Первые рассказы Стаднюка появились в смоленской газете «Рабочий путь».
Грянула война. Успех глав «Они сражались за Родину» и «Василия Теркина» среди фронтовиков заставил Стаднюка задуматься. Юмор был у солдат на вооружении.
Редактируя одну из книг Стаднюка, Михаил Алексеев посоветовал писателю развить образ Максима Перепелицы, написать еще несколько рассказов о веселом солдате. Так родился цикл новелл о солдатском любимце, написанных не без влияния «Вечеров на хуторе близ Диканьки».
Потом Иван Стаднюк закончил большой роман «Люди не ангелы», в который вложил весь свой жизненный опыт, все свое знание довоенного и современного села.
На эту эпопею, вышедшую в «Роман–газете», было много положительных рецензий. Но, пожалуй, наиболее непосредственную характеристику ей дает письмо, пришедшее из далекой Болгарии:
«Уважаемый товарищ Стаднюк!
Большое спасибо за удовольствие, которое я испытала, когда читала Вашу книгу «Люди не ангелы». Вот уже месяц прошел с того дня, как я прочла роман, а я еще живу с героями. Они предстают перед глазами, как живые…
Вы, советские писатели и поэты, заставляли меня плакать, радоваться и смеяться до слез…
Ваша болгарская читательница—Стойкова».
Новый роман Ивана Стаднюка назван лаконично — «Война». Автор его вооружен не только личным знанием первых боев, как непосредственный их участник, но использует и достижения современной советской военной науки, тщательно изучившей и обобщившей опыт Великой Отечественной войны. Строгую объективность, историческую правду в изложении событий Стаднюк сочетает с подлинной гражданственностью.
Удачно продумана композиция первой книги «Войны»,, которая дает читателю возможность побывать и в наркомате обороны, куда прибыл главный герой романа–остро мыслящий, растущий военачальник генерал Чумаков за новым назначением, и на местах внезапно начавшихся боев, и в кабинетах руководителей партии и Советского правительства. Уже сам факт, что главный герой романа с его прогрессивными взглядами на оперативное искусство был назначен накануне войны на более ответственную должность, говорит о многом.
Узловой сценой в романе является разговор в госпитале начальника кафедры одной из военных академий Нила Игнатовича Романова и его ученика Федора Чумакова, удастся или не удастся оттянуть назревающую войну между гитлеровской Германией и Советским Союзом. Два генерала, пожилой и молодой, скрупулезно взвешивают аргументы за и против. Они понимают, что, объяви мы открытую мобилизацию, Гитлер, подтянувший свои войска к самой нашей границе, тотчас же воспользуется этим для начала войны. Не дать ему предлога для чудовищной авантюры и в то же время быть готовыми отразить возможный удар — такова была диалектически сложная задача советского генералитета.
Над этим думали и члены Политбюро, и советские дипломаты, всячески стремившиеся разрядить предгрозовую атмосферу. Первые сроки возможного нападения на нас фашистских орд, о чем доносила советская разведка, уже прошли. А может, Гитлер, этот «удивительнейший шарлатан двадцатого века, обходящийся с историей, как с гулящей девкой», просто шантажирует? И как бы не дать бесноватому фюреру вовлечь себя в опаснейшую авантюру? Ведь руководители правительств западных держав вели двойную игру. Они уже много лет подталкивали Гитлера на Восток и сейчас были не прочь столкнуть его с Советским Союзом.
Ивану Стаднюку удалось передать сложнейшую международную обстановку накануне войны. Знаменательно откровенное объяснение маршала Шапошникова со своим умирающим другом генералом Гомановым. Ведь никто иной, как маршал Шапошников, в свое время блестяще разработал план броска наших войск на помощь Чехословакии, а затем и план нашей военной помощи Франции. Но буржуазные правительства западных стран в свое время отказались от советской помощи. А ведь была реальная возможность раздавить Гитлера. Но западным политикам тогда невыгодно было это делать. И их флирт с Гитлером в дальнейшем был оплачен миллионами человеческих жизней. Как пророчество звучат слова умирающего Нила Игнатовича о том, что «правда имеет обыкновение подниматься даже из пепла».