А тем временем вновь припев, уже подхваченный всеми участниками фестиваля, всколыхнувший стадион как единое целое:
Еще один куплет, и вновь общий припев. Я дирижирую публикой, и в такт движениям моих рук двигаются тысячи маленьких огоньков на поле перед сценой и на заполненных трибунах. Закрываю глаза, и сквозь опущенные веки умудряюсь видеть одновременно все происходящее вокруг, вижу в мельчайших подробностях лицо каждого присутствующего на стадионе, всех тех, кто стоит на сцене позади меня и с боков. А затем мой взгляд упирается… в лицо старика. Голова его лежит на подушке, он небрит, глаза закрыты, и можно подумать, что он не дышит. Но я понимаю, что он жив, только душа его путешествует где-то далеко от подержанной телесной оболочки, и в следующий миг понимаю, что это я и есть.
Я возвращаюсь в реальность и открываю глаза. Над стадионом давно сгустились сумерки, но десятки тысяч зажигалок не дают тьме опуститься на 'Уэмбли'. Или мне кажется, что это зажигалки разгоняют мрак, а не прожектора, бьющие рассеянным светом в толпу перед сценой и на трибуны.
'Suka, я не должен был брать ее у 'битлов', - думаю, озирая увлажнившимися глазами происходящее. — Зачем, зачем все это?!! Кто ты — Бог или Сатана — закинувший мою душу в другое время и в другое тело? На том свете мне все зачтется, все…'
…На следующий вечер состоялся прием у королевы, которая все еще пребывала под впечатлением от грандиозного музыкального шоу. Да и не только она, а вся Англия и добрая часть Соединенных Штатов, ловившая на свои телеприемники спутниковую трансляцию концерта. Это было первое живое выступление подобного масштаба, транслировавшееся по обе стороны Атлантики. Конечно, оно бы вряд ли случилось, не окажись среди исполнителей ряда хоть и молодых, но уже всемирно известных исполнителей, впрочем, к каковым я себя и мою группу еще все же не причислял.
На аудиенцию в Букингемский дворец были приглашены все участники выступления, включая 'дочь полка' Маргарет. Для нее и особенно возившей ее повсюду матери это стало новым шоком, не поддающемуся никакому логическому объяснению. Я чувствовал легкую гордость от того, что именно благодаря мне (ну и не без участия Эндрю) простая девушка-инвалид из пригорода Лондона вдруг прославилась на весь мир.
Практически все негромко переговаривались с соседями, отчего в зале стоял легкий гул.
Мы выстроились в ряд, порядка тридцати человек, имевших непосредственное отношение к вчерашнему выступлению: британские группы в полном составе, включая мою, и еще не успевшие улететь американские гости. Плюс несколько менеджеров и продюсеров. Не было разве что технического персонала да оркестрантов, помогавших исполнять 'All you need is love' — у последних в этот вечер было назначено выступление.
Крайними слева, откуда королева начнет приветствовать гостей, пристроились Маргарет с мамой. Я, как инициатор всего этого безобразия, стою следующим. Придется ведь здороваться с ней за руку, нас на этот счет строго проинструктировали, как и насчет обращения к монаршей особе. Незаметно вытираю вспотевшую от волнения ладонь о штанину — все ж таки не каждый день с английской королевой ручкаешься.
Поворачиваю голову направо. Следом за нашей группой пристроились 'битлы', за ними Би Би Кинг, потом 'роллинги', 'звери', Таунсенд со своими, Хендрикс, Боб и Джоан, Менухин, вполне сегодня адекватная Фэйтфул… В самом конце очереди скромно стоял Эндрю Олдхэм. Отдельной группкой — премьер-министр Джеймс Гарольд Вильсон и посол СССР в Великобритании Александр Алексеевич Солдатов, еще какие-то неизвестные мне лица. Федулова не видно, похоже, мелковат для такого приема.
Еще до появления королевы Солдатов улучил минутку, чтобы пообщаться со мной.
— Егор, вчерашнее мероприятие получилось весьма впечатляющим, признаюсь, я не ожидал такого, когда получил приглашение посетить этот фестиваль. Особенно приятно, что именно советский музыкант — и футболист конечно же — оказался в центре событий, привлекших внимание всего мира. Я сегодня утром созвонился с руководителем только что образованного Комитета по радиовещанию и телевидению при Совете министров СССР Николаю Месяцеву, предложил идею договориться с начальством телеканала BBC и выкупить права на показ в Советском Союзе записи этого концерта. Николай Николаевич обещал в свою очередь поговорить об этом с вышестоящими товарищами, после чего, если будет получено добро, начнет переговоры с англичанами.
Что ж, молодец Солдатов, я сам до такого как-то не додумался. Если это шоу покажут на нашему телевидению — это будет иметь эффект разорвавшейся бомбы. А я так вообще в СССР стану суперстар. Если меня знали в основном как автора популярных советских песне, то теперь узнают и как рокера планетарного масштаба. Блин, да я стану вообще намба ван!
Наконец нас призвали к тишине, церемониймейстер распахнул массивные двери, и появилась Елизавета II.
Королева выглядела весьма импозантно в фиолетовом платье с открытыми плечами, парой ниток жемчуга вокруг еще вполне подтянутой шеи и с жемчужными серьгами в ушах. На голове корона, больше похожая на диадему, призванная обозначить принадлежность ее обладательницы к монаршей семье. Естественно, приветственный обход начала с виновницы торжества в сопровождении советского посла и своего премьер-министра.
— Здравствуй, Маргарет, — с радушной улыбкой обратилась королева к девушке. — Какая ты красивая, еще красивее, чем выглядела вчера…
Маргарет только отвечала на вопросы, ее матери также однажды пришлось вступить в беседу. Затем наконец дошла очередь и до меня. Легонько пожимаю протянутую ладошку.
— Очень приятно с вами познакомиться, — улыбнулась Елизавета Александра Мария, чуть склонив голову набок. — Вас ведь зовут Джордж… Нет, Ехор! Правильно?
— Да, мэм, если по-русски, то Егор. Я тоже очень рад личному с вами знакомству, Ваше Величество!
— Мне понравилось вчерашнее шоу. Может быть, мои музыкальные предпочтения некоторым кажутся несколько старомодными, но хорошая музыка всегда найдет отклик в моем сердце. И, скажу честно, я получила большое удовольствие, я даже подпевала в конце вместе со всеми. Ну и, конечно, сама идея этого шоу — помощь больным детям — это все очень благородно.
Скажу вам по секрету, — чуть понизив голос, продолжила она с заговорщицким видом, — что королевский двор на самом деле не настолько богат, как кое-кто любит об этом судачить, но все же мы нашли возможность присоединиться к вашей акции. Сегодня утром в Фонд помощи детям, больным полиомиелитом, мы перевели 100 тысяч фунтов стерлингов.
— Спасибо, мэм, — выдавил из себя я враз осипшим голосом. — На самом деле это очень серьезная сумма, но деньги королевского двора помогут облегчить страдания многим больным детям, а кому-то и вовсе встать на ноги в буквальном смысле слова.
— Но почему именно у вас, русского, родилась идея проведения подобного шоу в Великобритании?
— После того, как я познакомился с Маргарет, Ваше Величество, и появилась идея помочь и ей, и детям с похожим диагнозом. Конечно, это здорово, что в Объединенном Королевстве бесплатное здравоохранение, но все же возможности бесплатной медицины не безграничны. А многим требуется весьма дорогостоящее лечение. Для этого и создавался Фонд, чтобы помогать детям, чьи семьи не в состоянии нести такие расходы. В будущем, — чуть кошусь в сторону советского посла, — подобную акцию я хотел бы попробовать провести и в Советском Союзе.