Я попыталась замедлить его…
– Не надо. – Он поймал мои запястья, ограничивая их в движениях. – Я не могу бороться с этим больше, Теа. Я твой. Весь. Возьми меня.
Его жар овладел моей кожей. Затем весь он – давление его живота, скорость его дыхания, сила его ног, открывающих мои.
– Я умираю, как хочу сделать это, без вины или тайн.
Его голос. Он могло убедить меня в чем угодно.
Но у меня все еще были свои собственные тайны. Невероятное, застенчивое тело Джейка, настолько отличающееся от того, которое приближается ко мне сейчас. Его ошеломляющий поцелуй той ночью, когда я хотела, чтобы он был первым, единственным, кто когда-то был бы во мне.
Мои руки снова оттолкнули Риза.
– Не надо. – Он снова убрал их в сторону. – Говорят, что в первый раз всегда больно. Но больно не будет, я обещаю. Теа, посмотри на меня.
И я посмотрела.
– Я люблю тебя.
Слова пронеслись по мне электрическим зарядом. Я хотела ответить ему. Но мое сердце остановилось.
– Доверься мне, больно не будет. Просто поверь мне. Откройся, откройся для меня...
Внезапно все мое тело почувствовало его. Давление, дрожь во мне и по всей коже, причинение кратковременной боли, которая в тот момент прошлась по мне, сильная и пульсирующая, желание охватить его и принять каждой частичкой…
Когда хлопнула дверь, звук показался посторонним, и сначала мой разум не осознал, что произошло. Но все быстро стало ясно. И прежде чем хмурый взгляд Риза подтвердил это, я уже знала.
Джейк застал нас врасплох. Он слышал и видел нас.
Я ВЫСКОЛЬЗНУЛА ИЗ РУК Риза и слезла с фортепиано, желая исчезнуть – из комнаты, из дома, из жизней этих двух братьев. И из своей собственной.
– Это был Джейк, да?
– Сегодня вечером мой брат сошел с ума. Так хлопнул дверью, как будто было нарушено священное воздержание дома.
– Он все еще здесь?
– Это была дверь в его комнату – так что да. Но я надеюсь, что он не побеспокоит нас снова, потому что не хотелось бы заканчивать наш вечер ссорой.
– Он не пытается поссориться с тобой. Это моя ошибка; я – причина его…
– Не будь глупенькой. Мой брат увидел нас, занимающихся сексом, большое дело. Если он не может выдержать этого, то это его проблема, не наша.
Вот только это была наша проблема. Моя, по крайней мере. Я должна была рассказать Ризу правду и честно признаться во всем. Но опять же, слова отказывались формироваться .
– Риз, мне, наверное, надо уйти.
– Ты никуда не уйдешь. Если кому-то и должно быть стыдно, то это Джейку, а не тебе. – Он выключил свет и взял меня за руку. – Поднимайся наверх. Ты можешь забраться в постель, пока я побеседую с ним.
– О чем?
– О том, почему он ведет себя так, будто вернулся в период полового созревания. Я хотел, чтобы наш первый раз был прекрасным, а теперь он практически разрушен.
– Ничего не разрушено, ты был удивительный. Я просто... Я не хочу втягивать в это Джейка.
Он улыбнулся, поднял свою рубашку с пола и завернул меня в нее.
– Пожелание учтено. Кроме того, технически твой первый раз еще не закончен. Я планирую не давать тебе спать всю ночь, даже если это означает, что мы будем…
Шум оборвал его. Он услышал его раньше меня: опять двигатель, но на этот раз его рев доносился отчетливо в ночи. Закрылась автомобильная дверь. Затем открылись входные. За смехом девушки последовал ее голос в темноте.
– ...Нет, я не буду просить тебя снова. Но если ты действительно хочешь, чтобы я оказалась под тобой, тогда должен сказать мне куда мне идти в жуткой темноте этого дома!
Нора.
Ее шаги отозвались эхом в прихожей и на лестнице.
– Мой телефон почти сел, так что прекрати говорить… – Снова послышался этот ее звонкий смех. – Прекрати говорить, что ты сделаешь со мной, а лучше скажи налево или направо. Да, я наверху.
Еще один звук, едва различимый: дверь открылась и закрылась.
– Наконец-то! Мой брат пришел в себя. Жаль, что он должен был при этом устроить сцену и почти разрушить наш вечер.
Затем он продолжил говорить о Норе. О том, что он мог бы поклясться, что она потеряла голову от Джейка на вечеринке, что была уже заинтересована в нем еще до того, как мы уехали. Я сделала вид, что слушаю, но все, о чем могла думать – это как Джейк овладевал ей. Раздевал ее. Позволял ей делать с ним все, что она хотела.
– Эй, что случилось? – Риз повернул мое лицо к себе. – Тебе, кажется, не сильно понравилась бедная девочка.
– Как она может кому-то не понравиться? Она явно прекрасна.
– Я надеюсь, что Джейк тоже так считает, хотя сомневаюсь в этом.
– Разве ты не говорил, что она – его тип?
– На самом деле, нет. Рыжие волосы и злющий характер. Другими словами в Норе слишком много энергии, она слишком напористая – как породистая кобыла. Но это не то, что привлекает моего брата.
Но этого было достаточно, чтобы пригласить ее в свою комнату.
– Почему он так рассердился, когда ты указал ему на нее?
– Поскольку она напомнила ему кое–кого. Я должен был знать, что не нужно этого делать.
– Почему?
– Однажды Джейк влюбился в девочку, несколько лет назад. Потерял голову, как сумасшедший. Те же самые рыжие волосы, но в остальном – очень хрупкая. Изящная. Она разбила сердце моего брата, Теа. Просто взяла и разрушила, как будто это ничего не значило.
– Как?
– Развлекаясь за его спиной. Я впервые услышал это от кого-то в Плюще и почти поссорился с этим парнем. Думал, что он нес какую-то чушь, чтобы отомстить мне за то, что я проголосовал против него вовремя недели «пик». Затем я услышал это от кого-то еще. Я знал, что это уничтожит Джейка, поэтому решил ничего не говорить, пока не подтвердил бы слухи. Тогда же он узнал от друга, который случайно встретился с ней на вечеринке. Но ты знаешь Джейка. Он доверял ей и выбросил все из головы.
– Чем всё закончилось?
– Я увидел это своими глазами и не мог поверить. Не мог понять, как женщина имеет наглость так изменять моему брату.
Я подумала, подходило ли то, что я делала с Джейком под то же описание. Для этого совсем не нужно быть наглым.
– Он поехал в Сиэтл выступать на одном из наших благотворительных вечеров. Мы были на вечеринке, где она выпила слишком много. В то время как я отвозил ее домой, она начала приставать ко мне, прямо там, в машине, говоря мне, что Джейку не нужно знать. – Гнев взорвался в его глазах. Он был пугающим и отказывался стихать. – Я рассказал своему брату, как только он вернулся. Он расстался с ней в тот же самый день, но ходил как тень в течение многих месяцев. Я не хочу думать об ущербе, который это нанесло ему. Из–за этого мне хочется найти ее и...
Было лучше не воображать вещи, которые он, возможно, сделал бы. – Что произошло с ней?
– Ее отправили в Европу.
– Отправили?! Кто?
– Я сказал ей убираться к чертовой матери из жизни Джейка. Она ушла с очень щедрым предложением. Озвучив свою цену, по правде говоря.
– Ты имеешь в виду... Ты подкупил ее?
– У таких девушек, как она, всегда есть цена, Теа. И, слава богу, что есть.
Девушки, как она. Разве я была на самом деле лучше? Только две ночи назад я целовала Джейка. Давала ему обещания, голая, в своей комнате.
– Ты выглядишь усталой. Пошли спать.
– А даемоны вообще спят?
– Это не обязательно. Я думаю об этом как о выборе образа жизни, чтобы быть как можно больше человеком. Если я буду делать это, то мое тело начнет нуждаться в целом пакете. Сон, еда, воздух.
– Тебе не нужно дышать?
– Я мог бы прекратить, если бы захотел. Но я делал это так долго, что мои легкие привыкли к воздуху, и иллюзия почти прекрасна. Мне нравится нуждаться в этих вещах. Становится немного пугающе, когда я не делаю этого. – Он выглядел печальным, когда говорил о том, кем он был. Как будто, если бы это зависело от него все те годы назад, он бы сделал другой выбор. – Что же касается тебя, то ты мне нужна невзирая ни на что. Моя единственная человеческая потребность, которая не является иллюзией.