Девочка остановилась, ветер продолжал задувать ей в левый бок, свитер продувался насквозь, направляя свой напор в правую сторону, там виднелась не исчезнувшая, как корабль и далекий лес, белая гора. Маша развернулась вокруг своей оси, с явным облегчением нашла хоть этот явный ориентир на прежнем месте. Порывы ветра только усиливались. Пока в шерстяном свитере ей было не жарко. Голову не напекло, голова была здоровая и на ощупь. Просто уже не только хотелось есть, но уже и пить давно хотелось и размышления о еде и воде отравляли ей весь путь уже пару последних часов уж точно. Смысла возвращаться к озеру ради воды она не видела. Ну напьется она, и что? Еды там не было. Надо было пробовать листья в лесу, теперь поздно, ушла далеко. Маша начала рвать высокие стебли, некоторые были толстыми и ребристыми, некоторые, тонкими и длинными, некоторые цвели цветками мелкими и желтыми, но не пахли. Вот и еще одна странность, поняла, что запахов нет. Маша сунула травку в рот и начала жевать. Трава не пахла, сухая, как сено на вкус. Но сено точно пахло травой или плесенью, без разницы, но запах был и вкус был иной. А здесь во рту ей казалось, что она жует бумагу. Проглотить ничего не удалось, комок немного сжеванного не проглатывался. Маша пробовала и пробовала, раскашлялась надрывно и в итоге выплюнула все обратно.
Продолжила срывать разные на вид травинки, раскусывать их в надежде найти влагу внутри и толстых, и тонких стеблей. Это на некоторое время ее отвлекло, и она вдруг заметила впереди по курсу затемнение, вроде снова лес.
- Ну ладно, дикий рай, под розовым солнцем! Дойду до нового леса, и если уж встречу там хоть бы и корабль пришельцев, то точно уже направлюсь в его сторону, иначе банально умру. А так может и обойдется?
Маша прибавила шаг, впереди точно был похожий на прежний оставленный ею за спиной лес, он очень медленно, но все же немного приближался. К тому же Маша наконец обратила внимание, что раньше она поднималась в горку, хоть и очень пологую, но явную, а теперь также медленно, но неумолимо спускалась в низину, там и виднелся темный край чего-то. Но далеко...
"Вниз идти и будет сырее, и если я дотащусь до водоема, то может хоть напьюсь воды?" - открывать рот стало тяжело, а уж произносить слова просто невозможно. Губы растрескались, язык распух и даже облизать губы было теперь невозможно. Потрогав кожу на лице, Маша почувствовала, как она высохла.
"Нужно все равно идти и идти, если упаду врятли встану, а до ночи еще далеко"
Обернувшись на солнце, Маша сощурилась, прикинула по высоте его стояние над горизонтом и с недоумением для себя отметила, что если сравнивать с ее родным солнцем, то здешнее показывало не больше как часов 9-10 утра. А между тем Маша шла по ощущениям по равнине только часов 10-12 точно, а были еще и несколько часов ходьбы в лесу. Значит день и ночь здесь длятся дольше и намного.
Внезапно в ее голове началась странная катавасия, как будто неожиданно включилась музыка в мозгу, и как из динамиков, прямо в мозг полилась знакомая музыка и зазвучали песни. Пела популярная в Европе группа, даже припомнился мультфильм на диске, Ронан Варвар и это был саундтрек к этому мультфильму.
Маша попыталась закрывать уши руками, крутилась на месте и стучала по голове, зажимала рот и закрывала глаза. Вконец измучив себя попытками заглушить звуковое безумие в своей голове, она уселась в высокую траву. Первая песня закончилась и в голове зазвучала новая хард-роковая композиция, следующая, как и было записано на диске ею же самой и для себя. Песня была тоже иностранная, и популярная. Маша часто слушал эти песни, сидя в машине отца в наушниках. Кроме нее в семье никто не мог долго слушать эти песни, но ей ничего не запрещали, она была вольна слушать хоть джаз или оперу - нравится, лишь бы не громко.
"Вот я и сошла с ума, съехала так сказать с катушек, музыка, конечно, ничего и прям как дома я, но что со всем этим делать?"
Маша не знала.
Посидев так немного и помучившись сознанием того, что и следующая песня началась и звучала как в ее мире, она поднялась на ноги и со звуковым теперь сопровождением в один миг разболевшейся голове, побрела дальше.
"Теперь и не усну, а на кой черт мне спать? День в самом разгаре и с этими звуковыми галлюцинациями я даже английский вспомню. На кой мне здесь английский? Но вообще- то терпимо, главное для меня - это топать и топать вперед"
Размышления привели ее к выводу, что это она в таком странном месте очутилась, звуки отсутствовали кругом, но зато возникли песни в голове, будто наушники надела и звук качественный, настроенный и отрежиссированный, как и на записи был. Так все время оглядываясь по сторонам в поисках ответов, и тряся головой, она и пошла дальше.
А лесной массив между тем приближался, песни в голове продолжали сменять одна другую и немного пообвыкнув с новыми звуковыми приколами здешнего края, Маша отметила, что она начала спускаться теперь уже явно вниз, забирая все время правее, так как явно ступала теперь по обозначившейся травянистой долине, простиравшейся между двумя одинаковыми с виду холмами. Соседний холм был уже поросший темным лесом.
Ветер дул теперь как-то слабее, но направление свое не менял, Маша чаще начала оглядываться назад, и вокруг, уже привыкнув к музыке в голове, она искала глазами признаки близкой воды. Пройдя еще немного вперед, она наконец встретила предмет.
К сожалению, это был несъедобный предмет, и даже напиться он не предлагал, а так хотелось!
Маша сначала увидела, а потом и дошла до столба, высокого, каменного истукана, метров 5 в высоту, исчерченного странными искривленными линиями, направленными вверх, начинавшимися ближе к основанию и заканчивавшимися примерно на середине столба, дальше столб был гладким, без узоров.
Постояв рядом с пол часика, примерно, и не дождавшись ничего конкретного, она уже думала пройти мимо, как в голове, заполненной казалось одной музыкой, возникла странная чужая мысль - это граница.
"Чего? Какая граница?"
Музыкальное сопровождение безумия в голове продолжило звучание новой композицией, на этот раз это была Эпидемия. Не в смысле эпидемия вирусного заболевания, а песня группы Эпидемия, композиция годов так примерно 2003-2004, ритмичный рок и слова песни про войну орков и эльфов, про короля и воду. Маша не вслушивалась, сил просто не было реагировать еще и на смысл стучащих в голову слов. Песня была старая. Маша ее слушала как-то и вот больная голова сама все воспроизводила как аудиозапись!
А вот мысль про границу, ее задела и изучив предмет еще внимательнее, Маша сделала два решительных шага к столбу и дотронулась до ближайшей искривленной и устремленной вверх выпуклой линии.
В следующее мгновение ее ударило разрядом тока в руку, рука дернулась и с такой силой отлетела назад, что больно дернуло наружу правое плечо. Секунд пять было ощущение, что руку оторвало совсем, боль только нарастала валом тяжести в плече. Больше ничего не произошло, музыка в башке так и звучала, посторонние внешние звуки в голову не проникали, других таких же трезвых и разумных мыслей, как про границу не прилетало. А между тем, обожжённая током рука явственно горела и наливалась отеком прямо на глазах, пальцы кисти тоже пухли.
"Я обожглась током!" - пришло в голову.
Запахло паленым и Маша с ужасом для себя поняла, что ВЕРНУЛИСЬ все разом ощущения живого пространства - боль от удара током и нарастающий, дергающий правую руку отек, и главное, она наконец почувствовала запах, запах был самым настоящим, горел ее шерстяной свитер. Паленой шерстью пахло!
Маша задрала обуглившийся на конце рукав, рука темнела с каждым мгновением, отек тоже стремительно нарастал. Но в тоже время рука сильно не пострадала, пальцы активно двигались, кожа была не красная, а скорее темно бордово-красной. Разряд тока прошел по руке через тело и ушел в землю. Еще болело сердце и ноги болели сильно.