Хоть это было полностью в ее характере продолжить искать, она не хотела разрушить свои многообещающие отношения. Но завернутые в коричневую бумагу бруски? В этом было что-то из криминального романа. Типа, разве наркодиллеры не заворачивают так кокаин? И разве в их районе не возросло количество преступлений, связанных с наркотиками? И Ноа все еще не рассказал ей, чем зарабатывает на жизнь…
О, боже. О, боже. О, боже.
Ноа был… был… она даже не могла думать о концовке предложения. Да, она могла. Она должна. Наркодиллер. Была ли профессия Ноа Гаррисона такой секретной из-за того, что была незаконной?
Она вздрогнула. У нее не было выбора, она должна была посмотреть. Джейлин аккуратно приоткрыла коробку и засунула туда руку. Взяв сверток в руку, она поняла, что он был менее твердым, чем она представляла себе, как будет ощущаться сверток с кокаином, и больше похож на… ну, книгу в мягкой обложке, возможно. Что было почти так же странно. Кто держит коробку с книгами, завернутыми в коричневую бумагу у себя в кладовой?
Или, может, она просто не знала, как ощущается пакет с нелегальным веществом. Или что если ее прошлое предположение было верным и это было порно? О, боже, о, боже! Что если он записывал на видео девушек, которых приводил домой, и она тоже скоро «пойдет в народ»? О, боже!
Не было времени анализировать все это, так как в этот момент входная дверь в другой комнате открылась. Ноа вернулся, и Джей рисковала быть застигнутой врасплох. Врасплох с тем, что все еще оставалось загадкой, которую она не желала оставлять без ответа. Поэтому, импульсивно, она закрыла кладовую и быстро засунула сверток в свою сумочку, которую оставила у прикроватной тумбочки. Она легла в кровать, как только Ноа вошел в комнату с салфетками и двумя свертками фольги.
Были ли то наркотики? Во что она себя втянула?
― Надеюсь, тебе нравятся буррито на завтрак. ― Ноа устроился рядом с ней, подмигнув.
Буррито на завтрак. Конечно. Она практически рассмеялась от своих сумасшедших предположений. Свертки в кладовой не были брусками кокаина. Ноа не был дилером. И не был любителем-порнографистом. Она была смешна и теперь, когда у нее была минута, чтобы подумать об этом, она почувствовала вину за украденный брусок в ее сумке. Но не настолько виноватой, чтобы сказать, что она не откроет его и выяснит, что это, как только появится возможность, но, тем не менее, чувствовала себя раскаивающейся, и, к сожалению, для Джейлин, ей никогда не удавалось строить хорошую гримасу при плохой игре.
Ноа приподнял бровь.
― Ты выглядишь виноватой. И могу поспорить, я знаю почему.
Нет, нет. Не может быть, чтобы он знал причину. Или, может? Была ли там скрытая камера? Наркодиллеры, вероятно, не жалеют денег на такие вещи, даже если он был не виновен по обвинению в распространении порнографии.
Но прежде, чем она продолжила волноваться, он сказал:
― Ты двигалась.
― Что?
― Ты двигалась. Я сказал тебе не двигаться. Ты не нашла мою записку?
Облегчение нахлынуло на нее.
― Да, я нашла твою записку. Но мне нужно было в туалет.
Ноа развернул буррито и протянул ей.
― А поход в туалет требовал одежды?
Она взяла у него буррито, решив, что это был жест доброты, нежели рыцарства, и, поднесла его ко рту.
― Может, я хотела быть немного… непослушной.
― Хм. ― Ноа изучал ее с довольным блеском в глазах.
― Думаю, после завтрака последует наказание.
Бабочки в предвкушении запорхали у нее в животе. Он не услышит жалоб от нее. Кем бы он ни был, она собиралась наслаждаться каждым моментом, прежде чем выяснит это.
***
Лейси подкидывала сверток на ладони, затем понюхала, прежде чем бросить его обратно Джейлин.
― Это не наркотики.
Джей поймала сверток в коричневой бумаге, который конфисковала у Ноа, и положила его на колени.
― Как ты можешь быть так уверена?
― Потому что я уверена, ― сказала Лейси окончательно, отклоняясь назад в кресле.
― Я тоже не думаю, что это наркотики, ― вмешалась Энди. ― Он был бы тяжелее. И имел бы другую форму. Это похоже на книгу.
Джейлин надула губы. Она провела большую часть дня с Ноа, разговаривая и занимаясь сексом. Затем, когда он вежливо отверг ее, чтобы выполнить кое-какую работу, она снова попыталась выяснить, в чем конкретно заключается его работа. Как всегда, он был уклончив. Она ушла расстроенной и без ответов. По какой-то сумасшедшей причине она думала, что сверток, который украла, приведет ее к разгадке секретов Ноа. Но вместо того, чтобы делать выводы ― как часто склонна была поступать ― она решила, что может воспользоваться интуицией некоторых своих подруг. Доусон были ближайшими из подруг, которые у нее были, как в смысле физической близости, так и в смысле отношений.
Джей рассказывала им не очень немного. Она сказала, что встречается с новым соседом, что нашла этот сверток у него в кладовой, и он вел себя подозрительно, когда упоминалось о его работе. Она поделилась своими предположениями, что Ноа тайно может заниматься распространением наркотиков.
Лейси закатила глаза на это, еще даже не исследовав сверток. Теперь она сказала:
― Так как ты уже знаешь, что это не наркотики, ты можешь тайком положить сверток обратно в коробку, где и нашла, и он никогда не узнает.
Энди, которая стояла за стулом Лейси, вздохнула.
― Не открыв его? Ни в коем случае.
Лейси повернула голову к сестре:
― Это и приводит тебя к неприятностям, Энди. У тебя отсутствует чувство нравственности.
― Знаешь что? ― Энди подошла к дивану и села рядом с Джей. ― Я сижу здесь. Джейлин понимает меня. Правда, Джейлин? ― Она похлопала Джей по колену.
― Ну… ― После неудачи с Блейком Донованом, Джейлин была вовсе не против использовать Энди. Она избегала этого разговора, сконцентрировавшись на свертке у себя на коленях. ― Я не хочу открывать. Я имею в виду, если это не наркотики, что в этом плохого? И я знаю, что он что-то скрывает от меня. Если он не собирается говорить мне об этом, какой у меня выход?
― Именно об этом я и говорю. ― Энди развернулась так, чтобы быть лицом к Джей, глядя на нее так внимательно, как ребенок наблюдает за кем-то, кто открывает рождественский подарок.
― Ты плохая, плохая женщина. ― Лейси неодобрительно покачала головой, но так же с любопытством заглядывала.
Энди подмигнула, подбадривая.
― Плохое ― это новое хорошее. Давай, открой же.
Даже без подстегиваний подруг Джей знала, что не вернет просто сверток назад туда, где нашла его, не выяснив, что это. Она знала, что это неправильно и журила себя, когда проскользнула пальцем под прозрачную клейкую ленту и развернула коричневую бумагу.
Как они и догадывались, это была книга. Знакомая книга.
― «Просвещение женщин»? ― Энди прочитала название вслух.
― Это книга. ― Джей была более озадачена, чем до того, как открыла пакет.
― Мы видим, ― сказала Энди.
― Нет, это не какая-то книга; это именно та книга. ― Это не была та же самая книга. Та, которая, вроде как, вдохновила ее на шалости накануне вечером, не то, чтобы она собиралась признаться в этом. Это была меньшая версия той книги, как та, которую можно купить в продуктовом магазине. Но это была та же самая книга. ― Мы вроде как поспорили из-за нее на днях. Это эротический роман. Знаете, где герой весь такой альфа-самец, а героиня покорная и плаксивая и… Ну. ― Обычное отношение Джей к низкому положению женщин в этих романах должно быть пересмотрено после последних событий в спальне. И/или гостиной.
― Она не плаксивая, ― вмешалась Лейси. ― Она так же не покорная, на самом деле. Это просто ее роль, которую мистер Холидей дал ей на занятиях сексуальных исследований. На самом деле, он больше… ― Лейси остановилась, встретив шокированный взгляд сестры. ― Что? Я читала ее. Очевидно, мистер Сексуальный-без-работы тоже. А ты не читала, Энди?
Как бы ни было интересно узнать, что Лейси, которая поддерживает равноправие полов, читала эту книгу, Джей была больше заинтересована причастностью Ноа.