Она подалась ему навстречу, побуждая двигаться быстрее.
― Продолжай так делать, и я буду еще медленнее. ― Его лицо было напряжено, и она поняла, какие усилия он прикладывал, чтобы сдерживаться.
― Ноа…
Если они оба этого хотели, почему он так сильно старался обуздать себя? Она хотела больше его, хотела, чтобы он чувствовал то же самое, что и она.
― Просто… ― Он прижался лбом к ее лбу и зажмурил глаза. ― Доверься мне. Ладно?
Он просил снова и снова своими действиями и словами, хотя она и говорила, что доверяет ему, но все еще продолжала бороться. Этот урок нужно выучить. Почему ей так трудно оставить учительский склад ума в стороне и стать ученицей? Пока превосходство Ноа только превзошло ожидания. Когда она отпустила контроль, он отправил ее в такие места, о существовании которых она и не знала. Поэтому она сделала еще один глубокий вдох, а когда выдохнула, вместе с воздухом выпустила все: сомнения, страхи, опасения.
И позволила себе на самом деле довериться ему.
― Ладно.
Он поцеловал ее, врываясь в ее рот языком в таком же ленивом темпе, как и толкался в ее податливое тело своим членом. Они продолжали в том же духе ― спокойно, неторопливо. Каждый шаг их горизонтального танго приближал ее к еще одному оргазму, напряжение расползалось так тихо, предвкушение зарождалось постепенно, что когда она была уже на грани, то отчаянно желала освобождения.
Ноа хорошо читал знаки ее тела, казалось, он чувствовал, когда она подходила к краю.
― Притронься ко мне, ― потребовал он.
Ее руки метнулись к нему, скользя по плоской груди ладонями и кончиками пальцев вниз к тугим мышцам спины. Затем, когда она подумала, что не сможет больше сдерживаться, он сказал ей держаться. Она обернула руки вокруг его шеи, и он ускорился, наконец-то вбиваясь в нее с такой силой и скоростью, которых она ждала. Это бросило ее через край пропасти. Она увидела вспышки в глазах, и все ее тело натянулось, как струна, кульминация поглотила ее, пока Ноа вколачивался в нее. Это был самый невероятный оргазм в ее жизни, пульсируя в ней с невероятной силой, полностью лишая возможности дышать.
Ее так унесло, что она едва заметила, когда Ноа зарычал и достиг собственной кульминации. Следующее, что она поняла, он обнимает ее, поглаживая рукой щеку, пока ее сердцебиение возвращалось к нормальному ритму.
― Ты вернулась, ― сказал он, когда она посмотрела ему в глаза.
Но он ошибался. Она не вернулась. По крайней мере, не к той версии, какой она была ранее. В ходе событий, ну, во время полового акта, все в ее природе поддалось сомнению и перевернулось с ног на голову. Теперь она не знала, как примирить себя нынешнюю с собой прежней. Более того, возможно ли это?
Глава 6
В такой ситуации только один выход. Джейлин обратилась к Интернету. Существовали ли еще такие же девушки, как она? Может, проходили какие-то встречи, которые она могла бы посетить, например, «Девушки «сверху», которые случайно оказались «снизу», и это им понравилось»? Или что-то в этом роде. «Домы и Феминистки, которых постыдно трахнули».
Ничего по таким запросам не находилось. По крайней мере, ничего, что имело предупреждение «только для взрослых». Черт побери! Почему ей нужно это искать? Ноа разрушал ее. Уже разрушил. И это наихудшее. Нет, наихудшим была ее удовлетворенность.
Почему она так наслаждалась своим низвержением? Ей нужно было прекратить носить майку с надписью: «Еву подставили». Становилось все более очевидно, каким заманчивым может быть соблазн. И забыть про первородный грех. Первородная вина даст ей под зад и выкинет из ее маленького счастливого Рая.
Это должно закончиться. Просто должно. Бесконечная цепочка событий, которая проигрываются у нее в голове, должна остановиться. И она определенно должна перестать возбуждаться и волноваться снова и снова, думая об этом. Мысли, что это все должно закончиться, имели бы больше смысла до того, как она пошла к Ноа и наслаждалась многочисленными оргазмами.
Наконец она нашла обсуждение на сайте Reddit, посвященное феминистическому порно, и погрузилась в чтение. Комментарии разделились относительно того, что же на самом деле означал термин «феминистическое порно». Одни верили, что оно должно быть исполнено женщинами и для женщин, чтобы свести на нет любую эксплуатацию. Другие просто думали, что женщины, ответственные за свою сексуальность, и есть феминистки. Парочка таких пользователей отождествляли себя с порнозвездами.
Джей откинулась на стуле и задумалась. Если порнозвезды, женщины, которые исполняют половой акт на камеру за деньги, все еще могут считаться феминистками, ответственными за свою сексуальность, тогда почему она должна это отрицать?
Расстроившись, она хлопнула крышкой компьютера.
Почему ни у кого другого не было таких проблем? Сейчас значительная часть женского населения считает себя феминистками, согласно исследованиям на ее любимых сайтах. Судя по успеху тех отвратительных книг, о которых она спорила с Ноа, население должно частично совпадать, по крайней мере, минимально. Так те женщины, которые покупают эти книги, они не интересуются движением? Или она что-то упускала, какой-то секретный пункт в «Женском Кодексе»?
Ей было интересно, насколько благоразумно предложить это в качестве особой темы на следующей встрече «Отныне абсолютно равны». Но как это сделать, не отождествляя себя с виноватой стороной? Может, она могла бы притвориться, что это вопрос подруги. Может, ей стоит шантажировать Лейси, чтобы она задала этот вопрос.
У нее не было компромата на Лейси, и ей все еще нужно было признаться в том, что она сделала. Джей выглянула в окно, глядя на суетливую улицу. Жизнь была намного проще на прошлой неделе. Как вид из окна может оставаться неизменным, когда все остальное стало ненадежным и сомнительным?
Ну, это было глупо. Она мысленно наказала себя за то, что присоединилась к кучке заезженных клише. Если бы она прочитала такое в работе ученика, она бы снизила оценку за неоригинальность. Вздохнув, она задумалась, есть ли в доме готовые продукты. Затем подумала, что было бы, если бы ее феминизм не прятал ее за отказом учиться готовить. Затем она решила, что ей плевать. Когда она развернулась, чтобы посмотреть на содержимое холодильника, что-то на улице привлекло ее внимание.
Ноа.
Ноа махал рукой блондинке на каблуках возле ее дома. Она, наверное, заблудилась. О, как мило. Вероятно, он собирался ей рассказать, куда следовать дальше, но запутал ее еще больше.
Но это было совсем не то, так как она перекинула волосы с плеча на спину, она точно флиртовала, когда положила руку ему на плечо, а он улыбнулся ей в ответ. О, боже, у Ноа была девушка, которая старше его?? Джей отпрыгнула от окна с бешено стучащим сердцем.
Спустя две с половиной минуты ее лицо снова прилипло к прохладному стеклу. Блондинка что-то вытащила из сумочки и огляделась. Ноа потащил ее к углу дома. Подальше от любопытных глаз. Ну, да! Окно спальни Джей выходило как раз на тот угол.
Она понеслась в свою комнату. К сожалению, она не приняла во внимание кухонный стул, который попался на ее пути. Драгоценные секунды были потрачены впустую, поднимая себя и стул с пола и громко ругаясь, пока молилась, чтобы ничего не было сломано.
К тому времени, как она добралась до окна спальни, блондинка уже уходила. Проклятье! Она все пропустила, чем бы это ни было. Затем женщина повернулась, все еще засовывая что-то в свою, очевидно, очень дорогую сумочку, и послала Ноа воздушный поцелуй. Когда рот Джей открылся от удивления, он послал ей воздушный поцелуй в ответ.
Что. За. Черт. Она размышляла над вариантами, пока наблюдала, прищурив глаза, как Ноа плетется к своему дому. Какой-то обмен явно имел место быть. Не только обмен номерами ― это можно было сделать и на улице. Это было что-то нелегальное. Что-то, чего другие не должны были видеть.