- Так нечестно!- возмутился он, натягивая на ногу башмак.- Вас четверо, а я один.
Он щелкнул пальцами и...
...неожиданно возник еще один леприкон - точная копия первого: призрачное существо отделилось от настоящего, шагнуло в сторону и приняло телесный облик. Потом действие повторилось еще два раза, и перед нами появились четыре леприкона.
- Вот, теперь будет честно,- сказали они в один голос.- Ну, что, побегаем?
И все четверо дружно прянули в стороны.
- Чего замерли?!- прикрикнула на нас Эллис.- За ними!
Мой леприкон ничем не отличался от остальных. Несмотря на рост и короткие ножки, бегал он проворно, то и дело пропадая из виду среди густой зелени. Когда мне казалось, что, еще немного, и я сцапаю его, он неожиданно исчезал и появлялся в другом месте. Навыки позволяли Карамошу сливаться с окружающим миром, становиться практически невидимым. Стоило ему притаиться, и я мог бы искать его до посинения. Но леприкону не сиделось на месте, ему было весело. Ехидно хихикая, он ломился сквозь чащу, оглядывался на бегу, показывая мне свой длинный язык. А я с каждой минутой распалялся все больше, равнодушие сменилось сначала азартом, а потом выводившим из себя раздражением. Пару раз, не выдержав, я стрелял в леприкона отравленными дротиками, но всякий раз заливистый смех оповещал меня о том, что я промахнулся. Иногда Карамош замолкал, таился, и наступавшая в лесу тишина нервировала еще больше, чем издевательский смех. Однако больше чем на минуту леприкона не хватало, и я снова замечал мелькавший на грани видимости расплывчатый силуэт маленького засранца в большой треуголке.
Пробежавшись по кругу, мы снова оказались на поляне - на той самой, где состоялось наше первое знакомство. Об этом красноречиво говорили осколки глиняного горшочка, разбитого Карамошем. Однако теперь посреди поляны стоял каменный колодец. Я видел, как леприкон, разбежавшись, заскочил на край и, показав мне неприличный жест, прыгнул вниз. Мне не хватило лишь мгновения, чтобы схватить его. Я склонился над колодцем - он был слишком глубоким и темным, чтобы разглядеть его дно.
Позади меня раздался знакомый смешок. Но обернуться я не успел: ощутив мощный толчок в спину, я почувствовал, как земля ушла из-под ног, и я полетел вниз.
Колодец, показавшийся мне вначале просто глубоким, на самом деле оказался поистине бездонным. Искусственная кладка колодца успела смениться рыхлым осыпающимся грунтом, а потом и вовсе превратилась в каменную трубу, покрытую светящимся налетом лишайника и крупными кораллами. Я падал так долго, что успел оклематься от неожиданности, перестал орать и начал трезво соображать. Логично предположить, что все, имеющее начало, имеет и конец. Однако в Годвигуле, как я уже успел убедиться, некоторые вещи и события иногда противоречили элементарной логике. И мне оставалось только надеяться, что рано или поздно я достигну дна этого бездонного колодца и...
У меня были все основания подозревать, что падение вряд ли будет мягким. Не удивлюсь, если дно заботливо утыкано острыми кольями...
Я вспомнил выражение лица умирающего огра, и мне стало не по себе.
А как не хочется возвращаться на Площадку Возрождения...
Впрочем, у меня было достаточно времени, чтобы смириться с неизбежным.
Однако я ошибся и был приятно удивлен, когда мое тело погрузилось в воду. Еще некоторое время я по инерции шел стремительно вниз, но постепенно законы физики начали брать верх. "Падение" замедлилось, и я смог осмотреться.
Вода была кристально-чистой, прозрачной. Освещение давали уже знакомые мне кораллы, покрывавшие стены водоема, длинные извивающиеся водоросли и причудливые рыбки, с любопытством пялившиеся свои большими круглыми глазами на вторгшегося в их нетронутый мирок пришельца. Они были в привычной им среде, а мне во что бы то ни стало нужно было выбираться на поверхность, если я не хотел утонуть. Однако, не смотря на все мои потуги, тело продолжало плавно идти ко дну... которого я не мог разглядеть, как ни старался.
И не удивительно, потому что дна у этого водоема не было. Я понял это, когда, захлебываясь и пуская пузыри, снова провалился в бездну и, набирая скорость, полетел вниз. Правда, падение было недолгим - я даже не успел как следует избавиться от заполнившей мои легкие жидкости и отдышаться, когда снова очутился в воде.
На этот раз я парой мощных гребков поднялся на поверхность и, продолжая кашлять, быстро добрался до берега.
Очистив легкие от воды, я насладился прохладным чистым воздухом подземелья и осмотрелся. Мягкий свет покрывавшего стены лишайника избавлял от необходимости использовать искусственное освещение.
Это была просторная пещера, большую часть которой занимало почти идеально круглое озеро. Самым удивительным оказался потолок, сквозь который я только что провалился. Он был водяным и удерживался в привычном для водной глади состоянии вопреки всем законам физики. Глядя вверх, я мог даже разглядеть знакомых мне рыбок, которые после моего неожиданного вторжения снова начали сбиваться в косяки.
Бред какой-то...
Однако проблемы физических основ в данный момент меня интересовали гораздо меньше, чем желание вернуться на земную поверхность. Если учесть, как долго я падал, то путь наверх мог оказаться довольно долгим...
... или вообще невозможным, если учесть, что из подземелья не было выхода.
Со всех сторон меня окружали каменные стены - ни малейшего намека на проход.
Моего слуха достигло приглушенное бормотание, похожее...
...на песенку беспечного леприкона.
Я оглянулся и увидел Карамоша, разместившегося на противоположном берегу озера. Он сидел на камне, повернувшись ко мне спиной, латал свой худой башмак и что-то мурлыкал под нос. Рядом с камнем стояла старая масляная лампа.
Только что его там не было... Хм...
Да и беспечность прощелыги настораживала.
Но одно было ясно: без леприкона мне ни за что не выбраться из этого подземелья. Поэтому, стараясь не шуметь, я активировал Сына Тени и, став невидимым, начал красться вдоль берега. Ни один камешек не скрипнул под моей ногой. Однако когда до Карамоша оставалось всего пара шагов, он замер, ехидно усмехнулся, нацепил башмак на ногу, подхватил лампу и, показав мне язык, снова обратился в бегство.
Впрочем, бежать ему было некуда - сплошные стены. Так что нам предстоял забег вокруг озера...
Я так думал.
А он бросился к ближайшей стене, на бегу махнул рукой...
...и каменная твердыня разошлась перед ним, словно полог из прочной ткани. Леприкон нырнул в проем и был таков.
Я заметил, как каменные края стали снова сближаться. И мне не оставалось ничего иного, как последовать за Карамошем.
Я едва поспевал за шустрым леприконом. Часто перебирая своими короткими ножками, размахивая из стороны в сторону масляной лампой, он несся со скоростью ветра. Недовольно потрескивая, скалы расступались перед ним и почти сразу же начинали смыкаться. Я бежал следом и чувствовал себя довольно неуютно, глядя на то, как сжимается каменный мешок. Назад я не оборачивался, подозревая, что не увижу ничего утешительного.
Скалы разошлись в последний раз, пропустив леприкона в следующую пещеру. Резко остановившись, он, поставил лампу на камень, развернулся и хлопнул в ладоши. Стены с грохотом захлопнулись, но в последний момент я активировал Рывок и выскочил ловушки за мгновение до того, как камень снова стал монолитом.
Карамош недовольно оскалился, снял с камня свою лампу и снова засверкал пятками...
...к разверзшейся посреди пещеры пропасти.
Впрочем, существовала возможность перебраться на противоположную сторону по висевшим в воздухе камням. Леприкон так и сделал: ловко запрыгал с островка на островок.
Я решился на это безумство лишь после того, как Карамош достиг каменной тверди. Но стоило мне приблизиться к обрыву, как несносный леприкон размахнулся и бросил в меня свою лампу. Я отскочил в сторону, а она, коснувшись камней, взорвалась, отгородив меня огненной стеной от переправы.