— Позвольте представиться, я — принцесса Айра.
— Очень приятно, принцесса Айра.
— Извините… за сумбур? — неуверенно заикнулась девица.
— Теперь это так называется? — позволяю себе ухмылку. — И с многими вы проделываете подобное?
— Только с наиболее опасными кандидатами, — не преминула польстить принцесса. Или солгать. — А теперь понимаю… что тот, кем вы являетесь с легкостью одолеет каждого. Простите меня.
И резко погрустнела. Склонила чуть не плачущее личико к коленям и закрылась ладошками. Я внутренне скривился — после выходок Лиз подобная игра сойдет за детские лепет, не более.
— Так что вы хотели, принцесса? — мой голос по-прежнему холоден и безразличен.
— Ваши планы? — тотчас вытерев слезы деловито уточнила полувейла.
— Мои планы — только мои планы…
— Вам нужна победа?
— Острая необходимость отсутствует, но… почему бы и нет?
— Вам нужна я? — в лоб спросила Айра.
— Нет, — коротко и ясно. Показалось, или она с облегчением перевела дух? — Но вы будете мне должны.
— Я?! Должна? Вам?!
— Во-первых, я избавлю Вас от многих неприятнейших кандидатов на пути. Во вторых — я вас не трону. Ну, и уверен Родольфус Лестрендж в качестве супруга явно не годится?
Айра негодующе покраснела и сжала кулачки. Но оспорить сказанное побоялась. Неужели её сущность настолько подвержена моему влиянию? Кто же я на самом деле? Каково мое место в иерархии магических существ? Было бы мое влияние больше, скажем, на её мать, чистокровную вейлу?
— Разве Лестрендж не ваш враг? И не соратник вашего Темного Лорда?
— Одно другому не мешает. Соглашайтесь принцесса. А я, в итоге, смогу спокойно уйти, переговорив с вашим отцом. Сомневаюсь, что вам нужен в зятьях личный враг Волан-де-Морта.
— Да, — неожиданно призналась принцесса, — отец толковал с графом на предмет того, как не допустить именно вашу победу.
Хм, какая откровенность.
— Граф большая шишка?
— Отвечает за безопасность королевского рода.
— И как такая большая шишка согласилась на служебные погоны?
— Это личное, — отрезала Айра. Ой, что-то тут назревает.
— Как скажете, — я скупо кивнул принцессе. — Если это все вопросы? ..
— Да, я вас больше не задерживаю. И ещё раз извините, за… — она немо развела руками.
— Всех благ.
Выйдя за дверь я нос к носу столкнулся с давешним графом. Тот пристально на меня посмотрел, а затем, ничего не говоря, поднес смутно знакомый кулон к моей груди. Красный всполох осветил наши напряженные лица.
— Вот оно что, — очень тихо сказал Гранте, — что вы намеренны делать с принцессой?
— Абсолютно ничего, — спокойно проговорил я.
Джон огляделся на недоуменно чешущих репу стражей, и приказал:
— Покиньте нас!
— Н-но граф…
— Сейчас же! — и повернувшись, добавил, — пройдемте со мной. Будьте добры?
Пожав плечами я двинулся за начальником охраны. Мы миновали множество коридоров, запертых дверей и пыльных поворотов, прежде чем граф нажал на некий малозаметный рычажок, открыв моему взору тайную дверцу.
Кабинет без окон. Вместо них вся дальняя стена была утыкана небольшими мониторами, а рядом по ранжиру расположились посудины, отдаленно напоминающие Омут памяти. Гранте сделал несколько небрежных пассов кистями рук, будто вытягивал медузу из сосуда. На половину комнаты распростерлись один за другим с десяток миражей, иллюстрирующих внутреннее убранство замка, комнаты, переходы и закоулки.
— Впечатляет, — искренне восхитился я.
— Вы один из немногих, побывавших здесь… — бросил граф, усаживаясь за массивный, набитый всякой всячиной стол. — Прошу, садитесь.
— И с чего бы такая честь? — настороженно уточняю, попутно умащиваясь в удобном кресле напротив собеседника. Не успел я и глазом моргнуть, как в моей руке оказался стакан, наполненный превосходным виски. От протянутой сигары я вежливо отказался. Граф же не отказал себе в нескольких длительных затяжках. В спокойном, размеренном молчании протекло несколько минут. Неспешно смакую виски, а собеседник выдыхает дым в потолок, довольно щурясь. Похоже, бедняге начальнику нечасто удается урвать свободную минутку простой человеческой радости, и тот по-настоящему ценил золотые моменты спокойствия.
— Дело в том, — разорвал тишину граф, — что от меня ни в коем случае не может, да и не должно укрыться ничто, связанное с принцессой Айрой в частности, и королевской четой в целом. Я не просто начальник охраны, каким бы он мог быть, а напрямую ответственный за безопасность Короны.
— Принцесса поведала мне сие.
— Неосторожно с её стороны, — повел бровью граф. — Впрочем, это вновь подводит нас к вопросу её и вашей природы. Кто вы, мистер Поттер?
— Я не знаю, — совершенно искренне отвечаю, прихлебнув виски. — Неужели вопрос моей природы настолько важнее самого факта соотношения нашей иерархии?
— Вы правы. Именно это меня и волнует больше всего. В мире осталось не так много действительно могущественных покровителей, способных напрямую подчинять и приказывать так называемым… низшим, — Гранте скривился, то ли от презрения к последним, то ли от необходимости применять сей термин к принцессе.
— Не одобряете выбор короля?
— Я не смею одобрять или судить. Однако с точки зрения государственной безопасности… сей выбор излишне опрометчив. И, очевидно, замешан скорее на феромонах, чем здравом смысле.
— Короли — тоже люди, — философски изрек я.
— Не отрицаю. Но чего нам ждать от вас, мистер Поттер? — граф сощурившись изучал меня.
Несколько сложный вопрос вверг меня в невольный ступор. Чего от меня ждать? А что я планирую?
— Хотите ли вы навредить принцессе? — быстро переспросил Гранте.
— Нет конечно! — ответ вырвался прежде, чем я успел осмыслить хоть букву из слова. И тут же вскочил, в ярости отшвыривая стул и целясь палочкой в невозмутимое лицо служаки. Сыворотка правды! Вот так, без моего согласия, без решения суда, просто взять и опоить самого лорда! Черт побери, я совсем позабыл о гоблинской настойке, завалявшейся где-то на дне сумки. Когда я её последний раз принимал?! Два месяца назад? Три?
— Шутить удумали?! — прорычал я. Однако невозмутимое лицо собеседника не выражало ничего, кроме спокойствия и даже легкого… раскаяния?!
— Мистер Поттер… Гарольд, простите меня, сердечно прошу вас, — обескуражено поднял руки Джон. — Я надеюсь, вы понимаете, или когда-нибудь поймете мою позицию. Я сделаю все, чтобы уберечь Айру. Не только на войне все средства хороши. Но также они хороши в защите доверенных вам людей. Можете расценивать это как беспрерывную оборонительную войну. И я готов удовлетворить ваш вызов в любое удобное для вас время.
Из меня словно выпустили воздух. Гнев улетучился, и я по-новому взглянул на этого отважного человека, рисковавшего всем, начинаю от работы и до жизни ради совершенного спокойствия за судьбу подопечной. Поступил бы я также? Быть может… кто знает?
— Хорошо… — медленно проговорил я, не отрывая глаз от стального взгляда-де Гранте. И правой рукой, кончиками пальцев подтолкнул свой недопитый стакан вперед. Джон приподнял бровь.
— Вы хотите? ..
— Именно, — бесстрастно подтвердил я. — Такова цена моего прощения, и даже молчания.
Граф несколько долгих секунд неотрывно глядел на меня, а затем рывком схватил стакан и опрокинул в себя.
— У кого наибольшие шансы победить?
— Родольфус Лестрендж… Стефан МакГрэй… возможно вы. Есть ещё пара-тройка, как уж кость ляжет.
— Кто самый нежеланный для короны?
— Лестрендж, естественно.
— А самый желанный… для принцессы?
— Доподлинно неизвестно, — сухо ответил граф.
— Давайте не юлить? — широко ухмыляюсь, — наиболее вероятная кандидатура?
— МакГрэй, — мрачно процедил Джон. — Отличный боец и сильная личность. Дамский угодник и расхититель сердец. Смазливый блондин. И похоже, сердечко принцессы не осталось в стороне. По крайней мере жгучий интерес он уж точно вызвал.