Пока они шли за Марсией в дом, Роза снова пробормотала: — Меня здесь не должно быть…
На вилле находилось несколько человек, вероятно, ближайшие соседи Марсии. Среди них несколько супружеских пар, одна из которых явно была в ссоре; девушка, оказавшаяся дочерью ссорящейся пары; громоздкая женщина средних лет в ярко-жёлтой мантии, которая ей совершенно не шла; обвешанная украшениями пожилая дама, чьи ярко-красные волосы очевидно не принадлежали ей с рождения; красивый молодой человек в зелёном плаще и три-четыре невзрачных мужчины, которые уже перебрали вина, судя по их резкому смеху.
Роза ожидала, что на приёме все будут стоять с напитками и общаться, как на скучных вечеринках у неё дома, но они просто лежали на диванах, как и во время ужина, а вокруг танцевала труппа полуголых африканок.
— Где Грацилис? — спросила Роза, осторожно ложась на диван, на который ей указала Марсия.
Ванесса, не опуская коробки сДЖИНН, встала позади Розы, подобно другим рабам, находившимся в комнате.
— Дорогая, он отправился в Рим на ваши поиски. Мы так волновались…
Роза нахмурилась. Она заподозрила причастность Доктора в этом. — Он отправился один?
Марсия на секунду казалась озадаченной. — Но… конечно же. Нет-нет, кажется… Конечно, рабыня Ванесса ушла вас искать, а когда она не вернулась, мой муж сказал — хотя я в точности не помню, что он сказал… О, да, мне следовало послать письмо, если Ванесса вернётся. Полагаю, стоит это сделать…
— Письмо кому? — спросила Роза.
— Моему мужу, конечно же.
Марсия казалась неуверенной в своих словах, и Роза почувствовала к ней жалость. Конечно же, время не излечилось полностью. Оно словно просто залепило рану пластырем и надеялось на лучшее. Случаи, в которых участвовал Доктор, теперь казались смутными всем — кроме неё. Дурацкий ДЖИНН и его желания! Если бы она никогда снова не услышала тот глупый раскат грома в своей голове, она бы не стала жалеть…
Бум!
Роза подпрыгнула. Она больше не лежала на диване рядом с Марсией, а стояла рядом с мужчиной в зелёном плаще.
Он тоже подпрыгнул. — Ой, — сказал он.
— И не говорите, — улыбнулась Роза. — Вы только что пожелали узнать меня получше.
— Раз уж вы об этом заговорили, — сказал он.
— Я Роза, — сказала она. Ей понравился взгляд его тёмно-синих глаз и слегка смущённая улыбка. — Роза Тайлер.
— Криспий. Квинтий Юний Криспий.
Раб передал Розе бокал вина, который она взяла, но потом передумала из него отпивать — она помнила, что с ней случилось в прошлый раз. И когда Криспий неожиданно произнёс слово «Урсус», она чуть не свалилась с дивана.
Стараясь успокоиться, Роза переспросила: — Урсус? Что?
— Я слышал, что он создавал вашу скульптуру. Я бы не прочь её увидеть.
— Да, но этому, видимо, не бывать, — сказала она. — Я решила, что не создана для работы модели.
— О, — сказал он, явно ничего не понимая. — Как жаль. Кажется, Корнелия очень хотела с вами поговорить.
Роза нахмурилась. — Корнелия?
Он указал на крупную женщину в ярко-жёлтой мантии. — Корнелия, мать Урсуса.
Роза замерла. Девушке совершенно не хотелось с ней общаться. Но было поздно. Женщина заметила её взгляд и намеревалась воспользоваться этой возможностью, чтобы поговорить. Она подошла, своей совсем не грациозной походкой напомнив Розе ковбоя, идущего на разборку. Неотёсанность Урсуса явно была семейной чертой…
— Вы, должно быть, Роза, — сказала она, протянув руку.
Роза взглянула на её толстые розовые пальцы и вспомнила те неуклюжие руки, тянувшиеся к ней в мастерской… Она не могла пожать руку этой женщине, просто не могла.
Через секунду женщина опустила руку. Розе хотелось провалиться сквозь землю. Конечно, если бы она сказала это вслух, она бы, наверно, уже проваливалась в Австралию — нет, что там напротив Италии — в Новую Зеландию?
Корнелия заговорила, прервав размышления Розы. — Я расстроена, что моего сына здесь нет, — сказала женщина. — Между нами, он нас много лет разочаровывал. Я очень рада, что он, наконец, обрёл успех, пусть и как ремесленник. — Она оценивающе улыбнулась Розе. — И как прелестно, что он создавал вашу статую. Уверена, он не мог устоять перед случаем увековечить кого-то столь молодого и красивого.
Роза сделала выражение «Нет-нет, что вы», всё ещё не доверяя себе что-то произнести.
— Мне бы хотелось, чтобы вы всё мне об этом рассказали, — сказала Корнелия.
В ушах Розы раздался грохот. ДЖИНН услышал! Она открыла рот, чтобы возразить, но вместо этого сказала: — Ваш сын отравил меня, а затем превратил в камень с помощью силы, которой его наделила Генно-инженерная нервно-образная машина из 24-го века, замаскированная под богиню Минерву. Мои друзья, последний из Повелителей Времени, который теперь здесь никогда не был, и девочка из будущего, вернули меня к жизни, и мы проследили за Урсусом до разрушенного храма, где он превратил в камень обоих моих друзей и из-за меня упал на свой же кинжал, получив смертельную рану. Затем его тело поглотил ДЖИНН, он вот там, сейчас он в образе обезьяны.
Казалось, Корнелия вот-вот упадёт в обморок.
Роза отчаянно пыталась придумать что-нибудь, как…
Бум!
Роза знала, что не желала — по крайней мере, вслух, — какого-то отвлекающего манёвра, но он всё равно случился. Столпившиеся римляне вздыхали и улюлюкали. Африканки-танцовщицы прекратили их тщательно отрепетированный танец, так как их и без того откровенные наряды одновременно исчезли. Смущённые танцовщицы поспешили прочь из комнаты. Роза подозревала, что виновниками произошедшего были два изумлённых и недоверчиво выглядящих молодых человека.
Бум!
Девушка, чьи родители были в ссоре, закричала. Её отец пропал, бесследно исчез, будто никогда и не существовал. Её мать выглядела шокированной, но и, как показалось Розе, довольной.
Бум!
На месте пожилой дамы теперь лежал крохотный ребёнок, чей плач приглушал рыжий парик, упавший ему на голову…
— Думаю, она пожелала снова стать молодой, — пробормотала Роза. — Но, очевидно, она не планировала оказаться в пелёнках.
Ванессу, казалась, охватила паника, она держала ДЖИНН на вытянутых руках.
Роза вскочила и подбежала к ней. — Нужно уходить отсюда, пока он не натворил ещё бед, — сказала она, забирая коробку. Она посмотрела на обезьяну. — Может, остановишься уже, продавец желаний?
— Такова моя функция, — ничем не мог помочь ДЖИНН. — Я должен выполнять все желания, которые услышу, если у меня на это есть энергия. Ага!
Раскат грома не оставил Розе никаких сомнений в причине восклицания ДЖИНН. Она быстро огляделась, пытаясь угадать, чьё желание он исполнил на этот раз.
У неё ушла всего секунда, чтобы заметить. Одежда молодого человека Криспия неожиданно сменила свой цвет на ярко-красный, а на его голове появился лавровый венок. Конечно же, так ему и подобает одеваться. Он же император, в конце концов. Император Цезарь Квинтий Юний Криспий Август, принцепс Рима, а она, Роза… она его… любовница?
Люди в комнате кланялись, некоторые даже падали ниц. Роза чуть было к ним не присоединилась.
Но остановила себя. Она девушка из 21-го века. У неё нет привычки кланяться и падать на пол. В любом случае, так быть не должно. Что-то шло не так…
И погодите-ка, она уж точно не была ничьей любовницей. Вот нахал! А он поначалу казался ей таким милым… Роза начала вспоминать.
Она посмотрела на коробку у себя в руках.
Внутри сидела обезьяна. Нет — ДЖИНН. Исполнитель желаний. Всё это было неправдой. — Вы не император! — громко сказала она.
Большая ошибка. По всей комнате пронеслись удивлённые вздохи.
Криспий подскочил. — Что? Я тебе за такие слова голову снесу! Схватить её! — властно крикнул он.
Роза схватила преклонившую колени Ванессу, потянув её к выходу.
— Отпусти! — сопротивляясь, закричала Ванесса, но Роза не могла бросить её посреди того безумия.
Пьяные мужчины поднялись на ноги, и несколько крепких рабов уже направились к девушкам. Роза ускорила шаг, Ванесса, спотыкаясь, шла за ней, но рабы нагоняли их.