Он сверкнул на нее глазами.
- Ты спросил, Уес. Можно перескочить через всю прелюдии со мной, если присутствует хорошее извращение. Это работает лучше, чем все остальное. Не говорю, что мы должны делать это. Ни сейчас, ни когда-либо. Ты спросил, что работает для меня. Это ответ.
- Я не могу этого сделать.
- Я и не прошу тебя.
- Тогда что…
- Просто иди сюда и будь повнимательнее. Я покажу тебе, где клитор. Это урок номер три. Или C, более точно*(игра слов: речь идет о третьей букве алфавита С и слове клитор – clit).
Уесли закатил глаза, но сделал так, как ему было сказано. Он терпеть не мог, что он не знал, как заставить Нору чувствовать себя так же хорошо, как она заставила его чувствовать себя. Он прижался сзади к ней, и Нора перекинула ногу через его бедро. Взяв его правую руку всвою, она направила ее себе между ног.
- Клитор, как глаз, - начала она.
- Это самое отвратительное сравнение, что я когда-либо слышал в своей жизни.
- Я не это имею в виду, болван. - Она подарила ему быстрый поцелуй. - Я имею в виду, ты не трогаешь глаз непосредственно. Если тебе нужно прикоснуться к нему, ты касаешься века. Таким же образом, ты не прикасаешься к клитору напрямую. Ты касаешься вокруг него и над клиторальным капюшоном. Его очень легко найти на мне, так как у меня есть блестящий кусок металла в нем.
- Как удобно. В буквальном смысле этого слова.
- Что есть, то есть.
Нора прижала два его пальца к ее пирсингу и начала вырисовывать его рукой мягкие круги.
- Прямо здесь прекрасное место, чтобы зависнуть и помедлить некоторое время.
- Я определенно не жалуюсь, - сказал Уесли, чувствуя, как что-то начинает набухать под кончиками его пальцев. - Я мог бы жить здесь.
- Тебе, возможно, придется. Я не достигаю оргазма супер легко. Требуется немного потрудиться.
- А Сорену потребовалось много времени, чтобы выяснить, как… ну, знаешь… чтобы ты кончила?
Нора подняла взгляд к потолку.
- Почему ты спрашиваешь?
Ее реакция была непреднамеренной, раздражающе непреднамеренной.
- Я не знаю. Он был…есть священником. Ты мне говорила это раньше, ты и он… хорошо… ты сказала, что у него не было секса в течение длительного времени.
- Не было. Он бил людей по обоюдному согласию, но никакого секса. Он хранил целибат от восемнадцати до тридцати четырех лет.
- Я предполагаю, что он был так же плох в этом как и я, правда?
Нора ничего не сказала. Ее молчание сказало все за нее.
- Черт, - вздохнул Уесли. - Не думал, что могу ненавидеть этого парня больше, чем уже ненавижу.
- Уес, ты не хочешь, чтобы я об этом говорила.
- Нет, хочу. Расскажи мне. Он хранил целибат в течение шестнадцати лет, и он смог довести тебя оргазма? Даже в самом начале?
Нора медленно кивнула.
- Даже тогда. В первый раз. В первую ночь вместе…
Ее голос затих, и ее глаза потемнели, и он знал, что он снова проиграл ее Сорену.
- Я не заставил тебя кончить ни одного из десяти раз. Сколько раз он смог в первую ночь?
Уесли отдернул руку от нее, вдруг не желая прикасаться к ней, не с Сореном между ними.
- Я не помню.
- Нора, не ври мне, пожалуйста. У тебя лучшая память из всех, кого я знаю. Просто скажи мне.
- Ты уверен, что не мазохист, малой? Я сказала тебе, я не помню, сколько.
Нора снова села и подобрала свою рубашку и трусики с пола.
- Это не так, и ты это знаешь. Ты…
- Это правда. Я не помню, сколько оргазмов Сорен подарил мне той первой ночью, что трахал меня. Я не помню, потому что после четвертого оргазма, я потеряла счет.
Я потеряла счет. Три маленьких слова, которые ударили его сильнее, чем хлыст по боку скаковой лошади.
- Вот почему я не помню, - продолжала Нора, натягивая на себя одежду. - И именно поэтому ты должен, наконец, научиться, не задавать вопросы, на которые не хочешь получать ответы.
Нора вышла из спальни, и Уесли натянув свои джинсы, последовал за ней. Черт, девушка могла быстро ходить, когда была в плохом настроении. Она уже исчезла из коридора. Уесли проверил гостевые спальни. Норы нет. Дверь в ванную была открыта. Норы там тоже не оказалось. Как правило, после эмоциональной встряски она набрасывалась на еду. Кухня. Конечно. Он обнаружил Нору в кухне, сидящую на краю стола перед камином, выложенным из камня. Не говоря ни слова, он подошел к ней, бросил пару бревен в очаг и поджег.
- Уес, сейчас август.
- Здесь холодно, и ты не особенно одета.
Нора рассмеялась, и устало покачала головой.
- Проклятье, Уес Райли, ты перестанешь быть милым со мной хоть на секунду?
Уесли встал перед ней, и она склонила голову ему на грудь.
- Неа.
Она отстранилась и посмотрела на него снизу-вверх.
– Тебе так идет, кстати. Без рубашки и в одних джинсах. Ты стягиваешь их лучше, чем любой другой мужчина на планете.
- И, наконец, я в чем-то превосхожу Сорена.
Медленно, Нора провела руками вверх и вниз по груди и бокам Уесли. Он поежился, но не от прохладного ночного воздуха.
- Ты помнишь ту ночь на кухне в нашем доме? В тот день ты так разозлился на меня за флирт с Заком?
- Это был не флирт. Это было соблазнение. В чем, я знаю, ты, действительно, хороша. Мне просто никогда раньше не приходилось наблюдать такое в нашем собственном доме.
Улыбка покинула лицо Норы, и она кивнула.
- Я никогда не думала об этом в таком ключе. Я не знала, что ты был влюблен в меня тогда. Серьезно. Понятия не имела. В противном случае я бы никогда не поступила так с тобой. Ты должен верить в это.
- Я верю. По крайней мере, хочу верить.
Нора вздохнула.
- Я была так зла на тебя в ту ночь. Мысли, что у меня были о тебе, Уесли Райли, заставили бы Сорена зардеться. Фантазии, желания… вещи, которые я хотела сделать с тобой... У меня даже была та мантра о тебе, что я повторяла себе, когда мои гормоны начинали сбегать на пару с моим благоразумием.
- У тебя была мантра?
- Смотреть, но не трогать.
- Мило.
- Значит, в ту ночь ты разозлился на меня за флирт с Заком… Я не знаю. Я просто хотела отомстить. Ты никогда даже не приставал ко мне, едва заигрывал, и в тот же момент, когда другой мужчина появился в моей жизни, ты повел себя так, словно я пнула твоего щенка.
- Не пинай моего щенка.
Нора хихикнула, взяв его руки в свои. Вся кухня озарилась звуком ее смеха и слабым огнем в очаге.
- Вот почему я позлила тебя так сильно той ночью. Я хотела получить реакцию от тебя. Это все. Просто ради себя. Просто чтобы доказать себе, что я была не единственной, кто ходит вокруг, мечтая о тебе, привязанном к моему изголовью, пока я делаю тебе такой минет, для которого большинству мужчин приходится платить.
Уесли покрылся румянцем от груди до головы.
- Ну, я был единственным, кто имел дело с фантазиями о сексе у стены каждый раз, когда ты расхаживала в юбке или платье по дому.
- Секс у стены? Ты любитель секса у стены?
- Я был очень даже любителем в моем воображении. - Сердце Уесли начало биться сильнее, когда все его тело вспомнило его любимую фантазию о Норе. - Я думал, что будет очень горячо, удерживать тебя с юбкой вокруг талии, и ногами вокруг меня и… черт.
Уесли затвердел, просто говоря об этом, и Нора явно заметила.
- Черт… - повторила она, прижав руку прямо к его эрекции. – Жаль, что я не в юбке.
- Кого это волнует?
На что Уесли набросился своим ртом на ее губы так безжалостно, что это удивило его самого. Руки Норы обхватили его плечи, в то время как его руки сгребли ее сзади и он рванул трусики вниз по ее ногам. Он опрокинул ее спиной на стол и широко раскрыл ее ноги. Он проник в нее тремя пальцами, как она говорила ему, и был вознагражден вздохом чистого удовольствия. Большим пальцем он погладил ее клитор, и Нора выгнулась так высоко, что ее спина полностью оторвалась от стола. Никогда раньше он не слышал, чтобы она так тяжело дышала. Никогда еще он не чувствовал, чтобы ее внутренние мышцы так сжимались вокруг его руки раньше. И никогда-никогда за всю свою жизнь ему не было так необходимо находиться внутри нее.