Посмотрел Момотаро в ту сторону, куда полетел фазан. Далеко-далеко, где небо с морем сходилось, заметил он что-то темное, вроде облачка. Но чем ближе подплывала лодка, тем яснее видел Момотаро, что это не облако, а мрачный остров.
Наконец, он сказал:
— Вот он, остров Онигасима, перед нами! Смотрите!
— Банзай, банзай![8]—дружно закричали в ответ собака и обезьяна.
А лодка уже подплывала к берегу. Вот показался и замок чертей. Со всех сторон его обступили неприступные скалы. У огромных чугунных ворот виднелись часовые.
На самой высокой крыше сидел фазан и смотрел в их сторону.
Много, много лет понадобилось бы другому, чтобы доплыть до острова чертей, а Момотаро и глазом не успел моргнуть, как был возле него.
Момотаро выскочил на берег, а за ним его верные слуги.
Увидели черти незнакомых пришельцев, испугались. Поспешно скрылись они за стенами замка, а чугунные ворота за собой крепко заперли.
Подбежала тогда собака к воротам, стала скрести лапами и громко лаять:
— Эй вы, черти, отпирайте ворота! Пришел к вам сам Момотаро из Японии!
Услышали черти эти слова, задрожали от страха. Изо всех сил навалились они на ворота и держат, не пускают.
Слетел тут с крыши фазан и давай им клевать глаза! Не выдержали черти — разбежались. Тогда обезьяна вскарабкалась на высокую стену и отворила изнутри ворота.
С боевым кличем ворвались Момотаро и его воины в замок. Навстречу им выскочил сам главный черт, окруженный толпой чертенят. Все они размахивали толстыми железными палицами и испускали страшные вопли.
Но только видом страшны были черти, а как стал им фазан глаза клевать, а собака за ноги хватать, заметались они, визжа от боли. А когда и обезьяна пустила свои когти в дело, взвыли они еще громче, побросали свои палицы и попрятались кто куда.
До конца бился только главный черт, но и его Момотаро придавил к земле. Сел он верхом на широкую спину черта, сжал ему шею сильными руками и говорит:
— Ну что, пришел твой конец?
Перехватило у черта дух, из глаз его покатились слезы, и запросил он пощады:
— Отпусти меня, пощади мою жизнь! Я тебе за это все свои богатства отдам!
Отпустил его Момотаро. Тут открыл главный черт кладовые и отдал ему все свои сокровища. А тем сокровищам равных на свете нет. Были тут и плащ-невидимка, и зонт-невидимка, и волшебная колотушка бога счастья[9], и драгоценный жемчуг, и кораллы, и черепаховые щиты, и много-много другого добра.
Сложил все это Момотаро в лодку и с тремя своими слугами поплыл обратно. Еще быстрее прежнего полетела лодка по волнам. И вскоре добрались они до Японии.
Пристали они к берегу, нагрузили драгоценностями целую повозку. Впряглась в нее собака и повезла, фазан за веревку сбоку тянет, обезьяна сзади подталкивает — так втроем они и тащили тяжелый воз.
А дома старик со старухой ждут не дождутся Момотаро. То один, то другой повторяет: «Пора бы ему вернуться!»
Но вот настал радостный день, и Момотаро вернулся домой. Он гордо шагал впереди, а за ним его верные слуги везли богатую добычу. Увидели его старик со старухой и обрадовались.
— Вот это герой! — восхищался старик. — Нет ему равных в Японии!
— Хорошо, что целым вернулся! — говорила старуха. — Это дороже всего!
А Момотаро обернулся к своим верным слугам и спрашивает:
— Ну как, страшно было биться с чертями?
В ответ ему радостно залаяла собака, обезьяна громко засмеялась и показала белые зубы, а фазан прокричал свое «кен-кен», взлетел вверх и несколько раз перевернулся в воздухе.
День был ясным, безоблачным, и вишни буйно цвели в саду.
ВОРОБЕЙ С ОБРЕЗАННЫМ ЯЗЫКОМ
![Японские сказки i_005.png](https://litlife.club/books/279640/read/images/i_005.png)
Однажды ушел старик в лес за дровами, а старуха осталась дома стирать. Забыла она крахмал на кухне, пошла за ним, а его как не бывало. Пока старуха у колодца стирала, воробей выпрыгнул из клетки и съел все подчистую. Догадалась старуха, что крахмал склевал воробей, обозлилась донельзя. Поймала она бедную птицу, разжала ей клюв и говорит:
— Это твой язык сделал мне эдакую пакость?
Схватила ножницы — чик, и остался воробей без языка. Выбросила его старуха на улицу и смеется:
— Ступай теперь куда хочешь!
— Ой, ой, ой!.. — жалобно запищал воробей и улетел со двора.
Вечером из лесу с вязанкой дров за плечами вернулся старик.
— Ох, и устал же я сегодня! И воробей, наверное, не кормлен. Дам-ка я ему зерна.
Подошел он к клетке, а воробья там и нет. Удивился старик, спрашивает старуху:
— Послушай, старуха, ты не знаешь, куда, воробей наш девался?
— А, воробей! Твой воробей склевал у меня весь крахмал! — злобно ответила старуха. — Отрезала я ему за это язык, да и прогнала.
— Эх, бедняга, как жестоко с тобой поступили!.. — в отчаянии воскликнул старик.
Ночь старик не спал, все думал, куда же улетел его воробей без языка. На другой день встал он чуть свет и отправился на поиски своего любимца. Идет, сам не зная куда, постукивает палкой и кричит:
— Где ты, воробышек с обрезанным языком? Откликнись! Где твой дом? Где твой дом?
Перешел он поле, перевалил гору, опять идет полем и опять через горы. Наконец, вышел к месту, где бамбук рос. И вдруг оттуда слышит:
— Воробей с обрезанным языком здесь живет!
Обрадовался старик, пошел на голос и видит: в тени густых бамбуковых зарослей стоит красный домик, а воробей с обрезанным языком уже отпер ворота и идет ему навстречу:
— Добро пожаловать, старик!
— Ну, как твое здоровье, воробышек? Уж очень я соскучился по тебе — вот и пришел проведать.
— Я очень рад, спасибо тебе, старик. Проходи; пожалуйста! — Провел он тут старика к себе в комнаты. Там воробей пал ниц у ног старика и говорит:
— Виноват я перед тобою, что, не спросившись, съел драгоценный крахмал в твоем доме. Прошу тебя, прости меня и не сердись.
— Что ты, что ты! Это я виноват. Ведь в мое отсутствие случилось с тобой такое несчастье. Но я счастлив, что вижу тебя снова.
Собрал тут воробей всех своих близких родственников и друзей, стали они угощать старика его любимыми кушаниями, а потом под веселую песню затеяли перед ним воробьиные пляски. И так был доволен старик, что забыл даже о своем доме. А пора было возвращаться: на дворе уже смеркалось. Заторопился старик:
— Спасибо тебе, воробышек, весело провел я день, а теперь разреши откланяться. Пока солнце совсем не село, нужно домой идти.
— Убогая моя хижина, но прошу тебя, оставайся ночевать! — просил воробей, а вместе с ним и остальные.
— С удовольствием бы, да старуха ждет дома. Извини, не могу сегодня. Я еще к тебе приду.
— Жаль, жаль. Ну что ж, подожди тогда немного, я тебе подарок приготовил.
Ушел воробей и вскоре возвратился с двумя корзинами.
— Вот, старик, две корзины: одна тяжелая, другая легкая. Выбирай любую!
— Ой, что ты, угостил меня как, да еще и подарки… Ну, да ладно, так и быть — возьму. Только стар я уже, да и дорога дальняя, так что лучше возьму-ка я что-нибудь полегче.
Взвалил старик легкую корзину на плечи и распрощался с воробьями.
— Ну, до свиданья. Я еще к вам зайду.
— Обязательно! Будем ждать! Смотри береги себя… — Так провожали старика воробьи до самых ворот.
А старуха сидит дома одна и злится. Солнце уже село, а старика все нет.
— И куда это он запропастился? — ворчит старуха.
Но вот, наконец, появился старик с корзиной за плечами.
— Ты где это пропадал до сих пор?
— Не сердись, старуха! Был я сегодня в гостях у воробья. Ах, как там меня угощали! Какие пляски воробьиные показывали! Да вдобавок ко всему, вот смотри, подарок мне преподнесли.