Ужаснулся отец, слушая этот рассказ!
— Ты еще ребенок, а врешь так бессовестно! Не буду тебя дома держать, отнесу куда-нибудь.
Посадил он мальчишку в мешок для угля, завязал мешок веревкой, взвалил на спину и пошел.
Скоро попался ему по дороге питейный дом. Потянуло оттуда винным духом. А отец любил выпить. Повесил он мешок с мальчишкой на ветку сосны и отправился пить вино.
Тем временем маленький враль нашел в мешке дырку и стал смотреть наружу. Вдруг видит, ковыляет по дороге сгорбленный старичок. Тогда мальчуган затянул нараспев, словно молитву:
— Старый, стань молодым! Старый, стань молодым!
Подошел старичок к мешку, окликнул мальчишку:
— Ты что там в мешке делаешь?
— Да ведь это волшебный мешок! Если влезть в него и прочитать заклинание: «Старый, стань молодым! Старый, стань молодым!» — любой помолодеет. Я нынче утром был шестидесятилетним старцем, но вот влез в мешок и слишком долго читал заклинания. Теперь, как видишь стал совсем недоростком.
Старик от изумления глаза вытаращил.
— Скажи, пожалуйста, какой чудесный мешок! Я тоже хочу помолодеть! Пусти меня в него!
— Что ж, можно, только даром я тебя не пущу!
— Хочешь, я дам тебе эти вкусные мандзю?
Мальчуган взял мандзю, посадил старика вместо себя в мешок и убежал домой.
Вскоре старый враль вышел навеселе из питейного дома. Посмотрел — и глаза стал протирать от изумления: сидит в угольном мешке вместо его сынка незнакомый старик и голосит вовсю: «Старый, стань молодым! Старый, стань молодым!»
Удивился отец, но, когда узнал, в чем дело, вовсе голову потерял:
— Ах он, негодник! Это мой маленький сын, враль каких мало, вас обманул. Простите, пожалуйста. Извините великодушно! — И, рассыпаясь в извинениях, он освободил старика из мешка.
Вернулся отец и видит: сынок давно уже дома, сидит и уплетает мандзю. Схватил старый лжец маленького враля за ворот и снова засунул в угольный мешок.
— Ах ты, негодяй этакий! На этот раз я тебя проучу!
Пошел он с ним по другой дороге. Но и там тоже оказался питейный дом. Тянет из него винным духом — мимо пройти невозможно! Крепился, крепился отец и не выдержал; снова повесил мешок на ветку сосны и пошел нить вино.
Выглянул мальчишка сквозь дырочку из мешка и видит, идет по дороге старушка подслеповатая. Подождал он, пока она подойдет поближе, и давай бормотать заклинания: «Очи, прозрейте! Очи, прозрейте!»
Удивилась старушка, подошла к самому мешку и спрашивает:
— Что ты там делаешь?
— Как что делаю? Сижу в волшебном мешке и читаю заклинания: «Очи, прозрейте! Очи, прозрейте!» Я уже с самого утра читаю эти заклинания — и вот прозрел. А раньше был совсем слепым.
— Ах, какой удивительный мешок! Я очень плохо вижу, нельзя ли пустить меня в этот мешок хоть на минуточку, — просит старушка.
— Отчего же нельзя, только даром я не пущу!
— У меня есть хурма. Всю тебе отдам, только пусти меня в мешок.
Дала она мальчишке целую корзину хурмы, а он запрятал старуху в мешок и со всех ног пустился домой.
Вскоре вышел отец из питейного дома в самом веселом расположении духа. Глядь — сидит в мешке незнакомая старуха, моргает глазами и причитает: «Очи, прозрейте! Очи, прозрейте!»
Изумился отец, но, узнав, в чем дело, еще более диву дался:
— Это все проделки моего негодного сынка, отъявленного враля! Простите, пожалуйста! — И, повторяя без конца извинения, он выпустил старуху из мешка.
Вернулся отец домой, и что же он видит? Наелся его сынок хурмы до отвала и храпит себе, развалившись посреди комнаты.
Ну что с таким будешь делать!
С тех пор враль из Эдо, враль из Осака и враль из Киото уже не спорили, кто самый ловкий.
ХИТРОУМНЫЙ СЛУЖКА
![Японские сказки i_009.png](https://litlife.club/books/279640/read/images/i_009.png)
Вышел служка из храма, впопыхах протирая глаза, и видит, пришла соседская старуха с большим узлом.
— Передай, — говорит, — настоятелю угощение ради праздника!
Взял служка узел, а оттуда теплый пар идет. Да так вкусно пахнет!
— Э, да она, кажется, данго принесла! Оставить их настоятелю, так он, по своей жадности, сам все съест, не даст и попробовать. Отведаю-ка сначала я сам!
Развязал служка узел, а в нем ларчик, полный теплых свежих данго. Принялся служка уплетать их за обе щеки и сам не заметил, как все съел. Только тогда спохватился служка:
— Ай, ай, пропал я! Что теперь настоятелю скажу?
Стал он думать, как из беды выпутаться. И придумал. Схватил служка ларчик из-под данго и поставил в алтаре перед статуей Амиды[61]. Потом собрал остатки угощения, прилипшие к ларчику, обмазал рот статуи и снова начал читать сутры.
Вернулся настоятель и спрашивает:
— Приходил без меня кто-нибудь?
— Соседская старушка приходила, принесла ларчик с чем-то. Говорит, это вам по случаю праздника.
— А где ларчик?
— Я его в алтаре поставил перед статуей Амиды.
— Молодец, хорошо сделал. Ну-ка, где он, этот ларчик?
В самом деле, у подножья статуи Амиды стоял большой ларец. Открыл его настоятель, а в нем пусто.
— Эй, служка, это ты все поел? — сердито закричал настоятель.
А служка ему отвечает без тени смущения:
— Что вы, неужели бы я осмелился? Как же можно?
Потом оглянулся по сторонам вокруг и воскликнул:
— А, вот оно что! Это Амида все слопал! Смотрите, у него весь рот измазан!
Взглянул настоятель на статую:
— Так и есть! Вот наглая статуя, как бесчестно поступает! — Да как хлопнет Амиду по голове ручкой опахала.
Бронзовая статуя так и загудела:
— Он-н! Он-н!
— Ах так? Ты еще и отпираешься, на другого сваливаешь? Вот же тебе за это!
Снова стукнул настоятель статую по голове, и снова гул прошел:
— Он-н! Он-н!
Настоятель поглядел на служку и спрашивает угрожающе:
— Слышишь? Амида говорит: «Он! Он!» Значит, все-таки ты угощение съел.
— Да разве от одного битья статуя сознается? — отвечает служка. — Нужно устроить испытание кипятком!
Нагрел он воды в большом котле да как плеснет на статую крутым кипятком.
Повалил во все стороны пар, потекла вода, зашипела, забулькало, точно Амида признается:
— С-с-слопал! С-с-слопал!
Служка и говорит:
— Слышите, настоятель? Я же вам говорил! Вот он и сознался!