Карета выехала навстречу, и как только Тэннер щелкнул кнутом высоко над головами лошадей, воздух наполнил грохот копыт. Почти тут же он натянул поводья, чтобы остановить упряжку возле двух беглецов, бежавших к карете.
— Где лорд Сэкстон? — закричал им Тэннер.
— Вот лорд Сэкстон! — указал Банди на Кристофера, который быстро нагонял Эриенн и Хэггарда широкими шагами длинных ног. — Это он без маски!
— Но это же мистер Си…
— Сэкстон! — рявкнул Банди, схватил пару длинных, грозного вида североамериканских ружей, которые привез с собою, и бросил их Кристоферу, когда тот остановился рядом с каретой.
Пока часть разбойников по-прежнему ловила отвязанных лошадей во внутреннем дворике замка, другие вскочили на коней и помчались по доскам, перекинутым через ров. В то же время Хэггард подсаживал Эриенн в экипаж, а Кристофер опустился на одно колено в пыль возле кареты.
Он быстро поднял к плечу ствол ружья. Легкое оружие громыхнуло и подпрыгнуло, и хотя облако дыма было небольшое, один из нападавших вскрикнул и полетел из седла. Кристофер поднял второе ружье, и второй седок рухнул в пыль.
Хэггард забрался в карету и, последовав примеру Кристофера, выпалил из мушкета.
— Попал! — заорал он восторженно, когда Кристофер впрыгнул внутрь. Не успели его ноги оторваться от земли, как Тэннер щелкнул поводьями и погнал лошадей.
Шериф Паркер ткнул рукою в сторону удаляющегося экипажа:
— За ними! Не упускайте их из виду! Я знаю, куда они едут, но я хочу, чтобы вы висели у них на хвосте до конца!
Как только еще несколько человек прыгнули в седло, чтобы броситься в погоню, он закричал одному из них:
— Скачи и приведи еще людей! Встретимся в Сэкстон-холле! Я подъеду, как только разберусь с этим тэлботовским отродьем!
Скрипя зубами, Паркер бросился через внутренний дворик к башне. Он работал на лорда Тэлбота более пяти лет, хотя шерифом стал лишь немногим более трех лет тому назад. Это был маскарад, над которым они оба смеялись, но он помогал отводить от Паркера подозрение. Именно Паркеру пришла в голову мысль спалить восточное крыло усадьбы после того, как Эдмунд Сэкстон случайно заехал в лагерь и узнал его среди грабителей. Тэлбот, разумеется, горячо поддержал этот шаг, потому что он с самого начала ненавидел Сэкстонов и домогался их богатства и земель. Где-то лет двадцать назад его светлость лично возглавил налет на Сэкстон-холл и убил старого лорда, когда обвинения в измене, выдвигаемые против Бродерика Сэкстона, были отметены как безосновательные. Хотя у Тэлбота в суде были друзья, по-прежнему ходатайствующие по поводу его притязаний на земли Сэкстонов, но и Сэкстоны, видимо, тоже имели столь же могущественные связи, чтобы удержать свой дом и восстановить свою честь.
Несмотря на усилия Тэлбота, дела тем не менее стремительно катились под гору. Во многом был виноват Кристофер Ситон. Казалось, стоило ему появиться в этих северных краях, как он тут же начал мешать и досаждать им. Он чуть не до смерти напугал Тимми Сиэрса, и Тимми, такой сильный человек, прибежал плакаться, что признался во всем ночному всаднику. Он умолчал об именах главарей, и поэтому его пришлось прикончить, пока он не выдал и этого. Бен Моуз тоже знал много лишнего, и тоже был убит. А теперь, когда Ситону ничто не мешало мстить за пленение своей любовницы, следовало несомненно ожидать новых неприятностей. В первых рядах оказалась Клодия.
Паркер переступил через неподвижные тела своих людей в башне и побежал вверх по лестнице, перепрыгивая через три ступени. Опасливо войдя в камеру, он нахмурился, увидев то, что предстало перед его взором, и прежде всего — фигуру в черном, сидевшую за столом. Паркер вытащил саблю, осторожно подкрался сзади и быстро сорвал кожаный шлем. Он увидел прическу с завивкой Клодии Тэлбот прежде, чем та повернулась и испепелила его взглядом. Ее глаза буквально налились яростью. Шериф освободил ее от кляпа и тут же понял, что совершил ошибку, потому что Клодия немедленно разразилась ядовитой тирадой:
— Вы идиоты! Неужели вы не видели, что Кристофер разыграл спектакль?! Это же лорд Сэкстон!
Изумление шерифа испарилось тут же, так как до него все дошло окончательно. Конечно же! Как же он сам не догадался? Ведь Тимми Сиэрс ныл, что ночной всадник и есть лорд Сэкстон-холла, вернувшийся из преисподней, чтобы преследовать его.
«Болван! — подумал он. — Позволил провести себя этому лицемеру с его фокусами!»
Клодия, не смущаясь, обвиняла кого угодно, быстро позабыв, что ее тоже обманули. Пока Паркер пыхтел над узлами, которые удерживали Клодию, ему пришлось выслушивать, как та поносит — нет, растаптывает и хоронит — его репутацию, выдвигает дикие предположения в отношении его родителей, в том числе по поводу законности происхождения и принадлежности шерифа к роду человеческому, и даже награждает отборными эпитетами собственного отца. К тому времени, как Паркер освободил ее, он пришел к твердому убеждению, что его соленый солдатский лексикон посрамлен.
Клодия отшвырнула длинный черный плащ и схватила переливчатое синее платье, которое оставила Эриенн. Натягивая платье через голову, она говорила из-под него:
— Я хочу посмотреть, как этот мерзавец будет растянут на дыбе и четвертован до того, как кончится этот день!
Натянув юбки поверх нижнего белья, Клодия попыталась застегнуть лиф. Глаза ее расширились, а лицо вспыхнуло, когда края лифа не сошлись на талии, а в образовавшуюся прореху на груди можно было засунуть большой мужской кулак.
Аллан поперхнулся, стараясь подавить смех, и был тут же испепелен взглядом.
— Помогите мне застегнуться! — рявкнула Клодия.
— Боюсь, у нас нет времени, — ответил он, удержавшись от того, чтобы указывать на бесплодность этого занятия.
Он часто любовался стройным, прекрасно сложенным телом супруги Сэкстона, и хотя все женщины в чем-то были схожи (но и тут Клодия проигрывала), сказать того же об их комплекции было нельзя.
Через мгновение они быстрым шагом двигались по внутреннему дворику к карете Тэлбота, и пока Клодия, чтобы не упасть, боролась с длинными полами черного плаща лорда Сэкстона, Аллан настойчиво втолковывал дочери лорда, что ей необходимо вернуться домой.
— Там женщинам не место, — доказывал он.
— Я настаиваю! Я хочу видеть, какое у Эриенн будет лицо, когда вы прирежете ее мужа.
Аллан устало вздохнул. Ему было уже известно, что Тэлботы ничего не прощают и что они весьма кровожадны, когда предаются мести.
— У вас есть собственная карета. Я не могу остановить вас, однако мне достанется от вашего отца, если с вами приключится какая-нибудь беда.
Клодия слегка приподняла голову и посмотрела через плечо шерифа, после чего самодовольно улыбнулась:
— Во всяком случае, вину за это на вашу голову возлагать не придется. Сюда едет мой отец. Я отправлюсь с ним.
Аллан внутренне вздохнул с облегчением и пошел встречать карету, после того как она въехала через ворота. Карета еще не остановилась, как лорд Тэлбот высунулся в окно.
— Это экипаж Сэкстона мы встретили по дороге недалеко отсюда? — спросил он.
— Да! — ответил Аллан. — И мы должны догнать его. Лорд Сэкстон есть не кто иной, как Кристофер Ситон.
Звук, сопровождавший несдержанную брань Тэлбота, заставил всех троих посмотреть друг на друга в удивлении.
— Что это было? — рявкнул Тэлбот, посмотрев вокруг. Он был уверен, что звук донесся из-за его спины.
— Неважно! Нам надо выезжать, если мы надеемся добраться до Сэкстон-холла с нашими людьми.
— Я еду с вами, папа! — заявила Клодия, подходя к открытой дверце.
— Иди ты к черту!
— Я поеду!
Клодия распахнула дверцу. От удара дверцы о стенку кареты прокатился такой гул, что у Эйвери, сжавшегося в багажнике, зазвенело в ушах.
— Черт побери, девчонка! Ты что, не соображаешь? — взревел Тэлбот. — Это же война!
— Я теперь ненавижу Сэкстонов так же, как и вы, отец, и вам не удастся лишить меня зрелища падения Кристофера Ситона! И более того! Вам известно, что я терпеть не могу отступать!