— Произошла авария, — отрывисто произнес Джордж. — Пострадавшую надо немедленно обследовать. Не можете ли вы предоставить для этого комнату?
Ничего не ответив, дворецкий направился в холл. Джордж и юноша последовали за ним, неся безвольное тело Френки. Дворецкий скрылся в дверях одной из комнат, и вскоре оттуда вышла хозяйка дома. Это была высокая женщина лет тридцати, с рыжими волосами и светло-голубыми ясными глазами. Она быстро уловила ситуацию и распорядилась поместить Френки в одной из спален на первом этаже.
— Вызвать врача? — спросила хозяйка.
— Я сам врач, — пояснил Джордж. — Проезжал на своей машине и увидел, как произошла авария.
— О, какая удача. Пожалуйста, пройдите сюда.
Она проводила их в комнату с окнами, выходящими в сад.
— Дама серьезно пострадала?
— Пока ничего не могу сказать.
Миссис Бэссингтон поняла намек и удалилась. Велосипедист последовал за ней.
Оставшись одни, Френки и Джордж заговорили шепотом.
— Джордж, милый, я не испорчу тебе карьеру? Тебя не исключат из корпорации врачей, или как это у вас называется?
— Возможно, — мрачно ответил Джордж, — если об этом станет известно.
— Не станет. Не волнуйся, — успокоила его Френки. — У тебя это здорово получилось, молодец!
Джордж вздохнул и посмотрел на часы.
— Я уделю твоему обследованию еще три минуты.
— Договорись, пожалуйста, с каким-нибудь гаражом, чтобы забрали разбитую машину.
— Хорошо.
Посмотрев еще раз на часы, Джордж со вздохом облегчения сказал:
— Пора.
— Ты ангел, Джордж. Не знаю, почему ты пошел на это?!
— Я и сам не знаю. Дурацкая затея, — он поднялся. — Пока, Френки. Желаю хорошо провести время.
— Постараюсь, — ответила Френки.
Джордж вышел на поиски хозяйки дома, но она ждала его в гостиной.
— Я рад констатировать, что все оказалось не так серьезно, как я опасался. Небольшое сотрясение, которое должно скоро пройти. Надо подержать ее пару дней в постели и только после этого она сможет отправиться домой. — После небольшой паузы он добавил: — Эта дама, оказывается, леди Френсис Дервент.
— Подумайте! — воскликнула миссис Бэссингтон. — В таком случае я знакома с ее родственниками Дрей-коттами. А как вы думаете, мистер…
— Арбутнот.
— …мистер Арбутнот, надо пригласить завтра врача к леди Френсис?
— Считаю это излишним. Ей нужен только покой.
— По-моему, надо сообщить ее родным.
— Я все сделаю сам, не беопокойтесь.
С этими словами Джордж раскланялся и ушел.
Глава XII
«Ну вот, я благополучно попала в логово врага, — подумала Френки, — дальнейшее будет зависеть от меня».
В дверь постучали. Вошла миссис Вэссингтон.
— Я так огорчена, что причинила вам столько хлопот, — произнесла Френки слабым голосом.
— Пустяки, — возразила миссис Вэссингтон.
Френки снова услыхала этот протяжный приятный голос с небольшим американским акцентом и вспомнила слова отца о том, что один из Бэссингтонов женат на богатой американке.
— Доктор Арбутнот сказал, что вы через пару дней будете в полном порядке. Надо только полежать совершенно спокойно.
— Он мне показался очень милым, — сказала Френки.
— Мистер Арбутнот произвел на меня впечатление знающего врача. Какое счастье, что он как раз проезжал мимо!
— Да, действительно. Хотя его врачебная помощь не очень была мне нужна.
— Вам не следует много говорить, — продолжала хозяйка. — Я пришлю вам горничную, она поможет вам раздеться и лечь в постель.
— Вы очень любезны.
— Не стоит об этом говорить.
Когда хозяйка вышла из комнаты, Френки почувствовала на мгновение угрызения совести по поводу того, что вынуждена обманывать такое милое, ничего не подозревающее создание. Все это время ее мысли были настолько заняты главным героем драмы — Бэссингтоном, что она не задумывалась о второстепенных персонажах. «Что поделаешь — обратного пути нет. Но мне было бы легче, если бы она не была такой милой».
Френки провела довольно скучный вечер, лежа в одиночестве в затемненной комнате. Миссис Вэссингтон заглядывала к ней время от времени, чтобы узнать, как она себя чувствует, но не задерживалась у постели больной.
На другой день Френки выразила желание поболтать со своей хозяйкой. Во время беседы они обнаружили много общих знакомых. К концу дня Френки почувствовала с некоторым смущением, что она и миссис Бэссингтон стали друзьями. Сильвия Бэссингтон в разговоре несколько раз упоминала о своем муже и маленьком сыне Томми. Она производила впечатление скромной женщины, глубоко привязанной к своей семье. Однако по какой-то неуловимой причине Френки казалось, что Сильвия не совсем счастлива. В ее глазах иногда появлялось беспокойное выражение, которое никак не говорило о полном благополучии.
На третий день Френки поднялась с постели и была представлена хозяину дома. Это был мужчина высокого роста с тяжелым подбородком, с добрым, но каким-то отсутствующим выражением лица. Он проводил много времени, запершись в своем кабинете. У Френки создалось впечатление, что он очень любит свою жену, хотя и мало интересуется ее повседневными заботами.
Томми, семилетний мальчуган, был здоровым, шаловливым ребенком. Сильвия Бэссингтон обожала его.
— У вас так хорошо здесь, — произнесла со вздохом Френки. Она лежала в шезлонге в саду. — Не знаю почему, может быть, из-за ушиба головы, но я чувствую, что мне не хочется двигаться. Я бы так лежала и лежала…
— Кто же вам мешает, вам не к чему торопиться в город… Кроме того, — продолжала Сильвия, — мне так хорошо с вами. Вы такая веселая и остроумная. Вы так поднимаете мое настроение!
«Итак, она нуждается в поднятии настроения», — пронеслось в мозгу Френки.
— Я чувствую, что мы с вами стали настоящими друзьями, — продолжала Сильвия. — Надеюсь, что вы не очень будете скучать здесь — завтра возвращается мой шурин. Он вам понравится. Я в этом уверена. Роджер всем нравится.
— Он живет с вами?
— Время от времени. Он не может долго сидеть на одном месте. Роджер сам себя называет «блудным сыном», и это в какой-то степени верно. Он никогда долго не может заниматься одним и тем же делам. Но такие люди встречаются довольно часто, особенно в старинных семьях. Обычно они обладают большим обаянием.
Роджер удивительно отзывчивый человек. Не знаю, что бы я делала без него весной, когда болел Томми.
— А чем он болел?
— Он свалился с качелей. Они, по-видимому, были привязаны к гнилой ветке, и она сломалась. Роджер сам раскачивал его и был очень удручен происшествием. Сначала подозревали, что у Томми поврежден позвоночник. Но травма оказалась несерьезной, и теперь он совершенно здоров.
В это время, как бы в подтверждение ее слов, до них донесся веселый смех Томми.
— Бедному мальчику не везет. Прошлым летом с ним снова произошел несчастный случай — он едва не утонул.
— Неужели? — задумчиво спросила Френки. Ее уже больше не мучили угрызения совести, и она не думала о возвращении в город. «Несчастный случай! Не специализируется ли Роджер на несчастных случаях?» — подумала она. Вслух она добавила: — Если вы действительно ничего не имеете против, я бы с удовольствием побыла у вас еще немного. Но не будет ли ваш муж возражать против такого бесцеремонного вторжения?
— Генри? — губы миссис Бэссингтон скривились в странной гримасе. — Нет, Генри не будет возражать. Его сейчас ничто не трогает.
Френки посмотрела на нее с любопытством.
Генри Бэссингтон вскоре присоединился к ним, и Френки имела возможность наблюдать его вблизи. Безусловно, в нем было что-то странное. Он то погружался в какие-то мысли, от которых его было трудно отвлечь, то давал саркастические й резкие ответы на все вопросы, с которыми к нему обращались. Но он не всегда был таким. Вечером, за обедом, Генри Бэссингтон рассказывал анекдоты, в общем — был в ударе.
Но его веселье показалось Френки неестественным.