Хороший банк, как и хорошее вино, отличается выдержкой!
Кризис затронул крупнейшие банки. Но они на то и крупнейшие, что нашли в себе силы на Центробанк надавить. Они элементарно пригрозили ЦБ не возвращать выданные ранее этим банкам кредиты и отказаться от выполнения взятых на себя ранее обязательств по государственным внешним и внутренним долгам (дефолт). И Банк России поддался на эту угрозу (а не пошел бы банкам навстречу – остался бы гол как сокол, один в чистом поле без банковской системы). Центробанк взял под пристальный контроль банки, не выдержавшие испытание на МВФ. Они должны каждый вечер предоставлять в Банк России свою отчетность. Также ЦБ согласился выдать банкам, попавшим в сложную обстановку, дополнительные кредиты для поддержания их на плаву. При этом тому банку, который умудрился продать по дешевке пакет ОВВЗ «Голдмен Саксу», помощь от ЦБ была предоставлена в самую последнюю очередь. Средний размер кредита, который Центробанк выдавал каждому крупному банку, – 100 млн. долл. При этом на вопрос газеты «Сегодня» о том, как себя чувствует тот или иной банк, ответ банкиров был стандартно-вежливый: «Мы все свои обязательства перед партнерами по МВФ выполнили, у нас долгов ни перед одним банком нет. Есть банки, которые остались должны нам, но по сравнению с нашими активами эти долги незначительны».
Банкиров можно понять. В их задачи входило успокоить рынок, ведь если информация о том, что у такого-то банка случились убытки, дойдет до ушей крупных клиентов и вкладчиков, то все побегут из банка забирать свои деньги. А банк силен своими клиентами. Так что смело можно сказать – выделение стабилизационных кредитов на несколько дней пронесло страну мимо черной пропасти банковского краха. Но вот выберутся ли с помощью этих денег банки из той западни, в которую они попали, или кредит лишь на несколько дней отсрочил смертный приговор, который оказался в руках самих банков.
Слово не воробей, особенно когда произносит его Джордж Сорос. Стоило этому миллиардеру и филантропу высказаться в газете «Файнэншл таймс» по поводу кризиса в России, как негативные настроения среди иностранных и отечественных игроков на нашем рынке ценных бумаг еще больше усилились.
Это неудивительно, если напомнить хотя бы вкратце, что говорил финансовый гуру в своем письме, напечатанном в авторитетном органе западных деловых кругов. «Распад российских рынков перешел в смертельную стадию, – отмечалось в статье. – Банковская система, говоря по существу, уничтожена. Лучший способ стабилизировать ситуацию состоит в том, чтобы девальвировать рубль на 15–25 процентов, введя фиксированный курс рубля по отношению к доллару или будущей европейской валюте евро.»
Девальвация необходима, чтобы компенсировать падение цен на нефть и сократить объем резервов, необходимых для поддержания фиксированного курса рубля. Сорос полагал, что действовать нужно немедленно. Ведь существовала опасность, что население снова начнет забирать деньги со сберегательных счетов.
Поэтому группа семи индустриальных государств должна выделить России еще 15 миллиардов долларов. Только это сможет восстановить доверие к рублю, утверждал Сорос.
Альтернативой предлагаемым Соросом мерам станет или дефолт (невыполнение Россией условий по выплате долгов), или гиперинфляция. Каждый из этих вариантов, предупреждал он, может иметь катастрофические финансовые или политические последствия.
Как же восприняты эти рекомендации аналитиками в Сити и официальными лицами Запада? В «Файнэншл таймс» с комментарием выступили авторы колонки «Лекс», в которой освещались актуальные события в мировой экономике. «Лекс» полагал, что рецепты Сороса невозможно осуществить на практике. В частности, потому что после девальвации, которая опустошит рублевые сбережения населения, на них невозможно будет получить поддержку со стороны Думы.
Сколь ни тяжело нынешнее положение, продолжал «Лекс», немедленной угрозы девальвации нет. Ведь резервы Центробанка составляли примерно 18 миллиардов долларов. И существовала возможность быстро получить дополнительные средства за границей, продав часть «Газпрома» и других компаний, где государство имеет долю. Правда, для этого нужно, чтобы в игру вступил стратегический западный инвестор.
Не успели российские власти сполна насладиться плодами первого транша кредита МВФ, как экономическая ситуация обострилась настолько, что вновь поползли слухи о близящейся девальвации рубля. Интересно, что на этот раз из уст Кириенко уже не прозвучало резкого опровержения этих слухов. Напротив, молчание кабинета министров на эту тему многим показалось симптоматичным, и лишь один Центробанк по-прежнему уверял всех, что девальвация принесет только вред.
Забеспокоился и американский Белый дом. Президент Клинтон присылает в Москву своего эмиссара – замминистра финансов, который должен был прояснить, что происходит в России, а во время визита американского президента в сентябре должен быть утвержден сценарий взаимоотношений России с международными финансовыми организациями. И если девальвацию рубля после Джорджа Сороса одобрит сам американский президент, нам действительно некуда будет деваться. Кстати, по слухам, сам Сорос неплохо заработал на своем высказывании: его призыв к девальвации спровоцировал падение немецкой марки, чем известный валютный спекулянт Джордж не преминул воспользоваться. А как же иначе в мире бизнеса и чистогана?
Правительство и ЦБ выступили с совместным заявлением. Это в мировой экономической истории замороженные государственные долги штука не новая. Этот так называемый технический дефолт, отказ от своих обязательств, проводили, и не по одному разу, многие страны, например Аргентина. И всегда следствием было – бегство капиталов из страны. Было такое и у нас, правда, в скромных масштабах, когда в 1991 году Внешэкономбанк отказался платить по своим чекам. Однако таких масштабов неплатежеспособности у нашего государства ещё не было. Единственное, что у нас «неаргентинского»: официально не заморожены банковские вклады. Однако этого и не потребовалось коматозное состояние рынка государственных ценных бумаг не позволяло банкам расплатиться с вкладчиками. В стране перестали «работать» самые престижные пластиковые карты и были отключены банкоматы, а в понедельник очереди за деньгами в банках стали безнадёжными, получить их стало крайне трудно. В заявлении правительства и ЦБ, правда, был один пунктик, который обещал «в целях восстановления финансового рынка» в ближайшее время начать размещение одно-двухнедельных государственных ценных бумаг. Непонятно только, кто же и зачем их будет покупать в сложившейся ситуации. И с каких это пор короткие долговые бумаги могли поднять рынок?
Самое страшное для нас именно отказ по платежам внутреннего долга, помноженный на девальвацию рубля. Просто девальвация позволила бы внутренним инвесторам выжить, пусть и с потерями. Однако государство поступило как классический строитель финансовой пирамиды – в конце игры «честно» развело руками.
Как ни парадоксально, но среднестатистический гражданин «нецивилизованной» России знает, пожалуй, больше иностранных слов, чем такой же средний гражданин государства зарубежного, И это «полиглотство» никак не связано с курсами иностранного языка. Все идет от жизни. Причем каждая эпоха внедряла в сознание свои словечки. Горбачевская, например, прочно затвердила в памяти понятие «консенсус» и несколько других, относящихся к политическому словарю. Ельцинская больше просветила сограждан насчет зарубежного звучания финансовых понятий – дилер, брокер, транш. Многие уже напрягались при словах «ставка рефинансирования». Наконец, в последнее время активно, хотя и не «у всех на устах», стало звучать еще одно не наше словечко «дефолт». Многие инвесторы в последнее время начали бежать от России из-за опасения этого самого дефолта. Хотя правительство уверяло, что все свои обязательства выполнит и причин для беспокойства никаких нет.