– Джейкоб… – сказал я тихо. – Пожалуйста…
– Я не могу сдаться, – сказал он так, словно эти слова отрывали от него клещами. – Обратной дороги нет.
– Раумеется есть, – ответил я. – Прекрати это всё, и…
Но Джейкоб покачал головой, поднял пистолет, прицелился Хлое в грудь, и…
Ш‑ш‑ш‑у‑хххх!
Оглушительный рёв воздуха, вытекающего из… из пилотской кабины, у закрытой двери в которую Джекоб как раз стоял. Он обернулся, а Хлоя тем временем поспешно спряталась за креслом.
Дверь в кабину, похоже, была герметичной; по‑видимому, не было опасности, что её выбьет, даже если с другой стороны воцарится глубокий вакуум. Эта дверь не двигалась в сторону на направляющих, а поворачивалась на петлях, как дверь в кабину на пассажирских самолётах, и, судя по её виду, открывалась вручную.
– Джейкоб, – сказал я. – Мне не опасна разгерметизация, а вот тебе и твоим… гостям – да. Вам троим нужно по крайней мере спрятаться в шлюзовой камере.
Он не ответил. Мне были видны лишь белки его глаз; пот выступил у него на лбу крупными каплями.
– Собственно, – сказал я, так проникновенно, как только мог, – мы все могли бы пройти через шлюзовую камеру и вернуться в Верхний Эдем…
– Нет! – Это было скорее животное рычание, чем слово. – Я убью…
Ещё один ш‑ш‑ш‑у‑хххх!
Внезапно, к моему полнейшему изумлению дверь в пилотскую кабину начала открывать внутрь , в салон. Невероятно – когда с другой стороны вакуум, нужна нечеловеческая сила, чтобы открыть эту дверь. Хлоя, по‑видимому, завизжала, но её визг потонул в рёве утекающего воздуха. Дверь продолжала открываться, и…
О Господи всемогущий!
И в салон вступила Карен Бесарян; её синтетические волосы развевались на поднятом вытекающим воздухом ветру. Как только она полностью оказалась внутри, она отпустила дверь, и та с громким стуком захлопнулась.
Джейкоб развернулся к ней лицом, поднял пистолет и выстрелил ей прямо в живот. Металлический штырь воткнулся в неё, однако она продолжала идти вперёд, решительно делая шаг за шагом.
Джейкоб снова выстрелил, в этот раз прицелившись выше. Ещё один штырь воткнулся ей в грудь, разорвав пластиплоть и обнажив кремний и силикон.
Но Карен продолжала двигаться вперёд, и…
Хлоя сжалась, словно кошка, вне поля зрения Джейкоба, а потом прыгнула и опустилась Джейкобу на спину, обхватив его руками за шею. Джейкоб выстрелил снова, но в этот раз промахнулся – питон прошёл сквозь дверь в кабину, словно её и не было, пробив в ней двухсантиметровую дыру, через которую снова засвистел воздух.
Джейкоб не обратил на это внимания. Он прицелился Карен в голову и выстрелил снова. Штырь попал в неё, но отрикошетил от непробиваемого черепа. Я инстинктивно проследил траекторию отскочившего снаряда, который воткнулся в боковую стену лунобуса и застрял там, не пробив сквозного отверстия.
Я снова переключил своё внимание на Карен – и потрясённо раскрыл рот, инстинктивно пытаясь втянуть в себя воздух. Её левая глазница была разбита, и глаза в ней не было. Синеватый металл виднелся через рваную дыру в пластикоже, и какая‑то жёлтая смазка, словно янтарные слёзы, стекала по левой стороне лица.
Но её голос с неизменным джорджийским акцентом был в полном порядке.
– Оставь моего друга и всех остальных в покое, – сказала она, по‑прежнему идя вперёд.
Брайан Гадес тоже начал действовать. Он прыгнул, летя почти горизонтально с развивающимся хвостом на затылке, и схватил Джейкоба за ноги. Хлоя отцепилась от падающего Джейкоба и метнулась в сторону.
Внезапно я осознал, что повсюду кровь. Мне понадобилось мгновение, чтобы понять, что случилось: от резкой смены давления у Джейкоба пошла из носа кровь, и два алых фонтана – а ведь кровь и правда ярко красного цвета! – били из его ноздрей. Боже, если бы его не вылечили от синдрома Катеринского, смена давления, вероятно, убила бы его.
Джейкоб растянулся на полу. Карен одолела остаток расстояния между ними и теперь склонилась над ним. Она схватила его правое запятье левой рукой и вцепилась в его странный пистолет правой. Джейкоб явно не хотел отпускать пистолет, и…
И тут раздался треск, вполне различимый на фоне шипения выходящего воздуха, и я понял, что Карен сломала по меньшей мере одну кость в руке Джейкоба, выворачивая пистолет из его хватки. Она с отвращением посмотрела на оружие и отбросила его в сторону; он высоко подлетел, отскочив от обивки одного из кресел, и начал своё медленное падение вниз.
Руки Джейкоба пришли в движение, обхватив Карен за голень. Я видел, как исказилось от боли его лицо; сломанная кость в правой руке, должно быть, причиняла страшные мучения. Но он дёрнул Карен вверх изо всех своих сил, и в лунной гравитации этого оказалось достаточно, чтобы бросить её вверх и назад, словно шотландское бревно[89].
Внезапно он оказался на ногах и бросился к пистолету. Брайан припал к полу и прыгнул, перелетел через салон и столкнулся с Джейкобом – оба снова упали. Я бросился к ним, пытаясь помочь Брайану, а Хлоя пронеслась мимо меня в противоположном направлении. Брайан поднялся на ноги, и Джейкоб тоже поднялся, но он не обращал на Брайана внимания; всё его внимание было приковано к Хлое, которая…
Моё несуществующее сердце на секунду остановилось; мне правда так показалось.
…которая подхватила пистолет и выстрелила из него прямо в грудь Джейкобу.
Рот Джейкоба открылся в том неидеальном «О», которое получается у биологических людей, его дефектные глаза с неправильным количеством колбочек широко раскрылись, и новый поток алого цвета залил ту кровь, что уже была у него на рубашке; он пошатнулся и…
О, чёрт…
…и, словно повторяя то, что случилось с отцом, он тяжело осел на одно из крутящихся кресел, и кресло повернулось на полоборота, и Джейкоба Джона Салливана, рождённого от мужчины и женщины, не стало.
41
– И как ты это сделала? – спросил я после того, как мы покинули лунобус и суматоха закончилась.
– Сделала что? – не поняла Карен.
– Вломилась в кабину. А потом открыла дверь кабины, которую прижимало атмосферным давлением.
– Ты же знаешь, – сказала Карен, глядя на меня уцелевшим глазом.
– Откуда?
– Ты разве не выбрал опцию суперсилы?
– Что? Нет.
Карен улыбнулась.
– О, – сказала она. – Ну а я выбрала.
Я потрясённо кивнул.
– Напомни мне, чтобы я тебя не злил.
– «Мистер МакГи», – сказала Карен, – «не злите меня. Вам не понравится, если я разозлюсь».
– Что?
– Прости. Ещё одно телешоу, которое тебе надо будет посмотреть.
– Уже предвку… кстати! Я же отключил Дешона. Ты знаешь, какой был вердикт?
– О Господи! – воскликнула Карен. – Я совсем про это забыла. Нет, когда он звонил, присяжные только выходили. Давай‑ка ему перезвоним.
Мы попросили Смайта проводить нас в коммуникационный центр, и оттуда мы позвонили на сотовый Дешона, включив предварительно громкую связь, чтобы всем было слышно. Как оказалось, звонок на Землю был довольно сложным процессом, включающим в себя настоящих живых людей‑операторов – я и не знал, что такое ещё существует. Но в конце концов телефон Дешона зазвонил.
– Дешон Дрейпер, – сказал он вместо приветствия, и потом, через секунду: – Алло? Там кто‑нибудь…
– Дешон! – сказала Карен. – Это Карен, я звоню с Луны, так что прошу прощения за задержку сигнала. Каков был вердикт?
– О, теперь вам интересно! – сказал Дешон немного капризно.
– Простите, Дешон, – сказал я. – Тут много чего произошло. Биологический я мёртв.
Пауза, длиннее, чем просто скорость света.
– Ох ты ж…, – сказал Дешон. – Мне очень жаль. Вам, должно быть…
– Вердикт! – вмешалась Карен. – Каков был вердикт?
– …сейчас хуже некуда. Хотел бы я… О, вердикт? Друзья, простите. Мы проиграли; Тайлер победил.
89
Имеется в виду шотланский национальный вид спорта – бросание бревна.