Дай в лицо взглянуть, не мучь!

   -- Но встречались мы с тобою...

   Голос мой ты не забыл?

   -- Я измучился борьбою,

   Прежних дум нет, прежних сил!..

   XXIX

   В сердце только горечь смеха,

   Пережитого давно.

   Вновь во мне ты будишь эхо...

   Кто ты, злое домино? --

   Голову подняв устало,

   Дмитрий маске бросил взгляд...

   Где ж она?.. -- Шумела зала,

   Домино и масок ряд

   Вкруг сновал, болтая праздно.

   Но скамья пред ним пуста,

   И в толпе однообразной

   Как узнать, где маска та?

   Ускользнула, скрылась странно,

   Как видение, как сон,

   Что тревожит ум туманный...

   Дмитрий был разбит, смущен.

   XXX

   С болью в сердце, утомленный,

   Он сидел, согнувшись весь.

   Кто она? Вопрос мудреный

   Разрешить не мог он здесь.

   Мнилось, слышал он дыханье,

   Аромат ее духов...

   Запах в нас воспоминанье

   Часто будит лучше слов...

   Но духи, улыбка, речи,

   Незнакомки нежный взгляд --

   О забытой, прежней встрече

   Лишь неясно говорят.

   Кто она? Зачем явилась

   Перед ним, встревожив ум?

   Но вокруг все суетилось,

   Мысли гнал докучный шум.

   XXXI

   -- Баста! В путь пора! - сурово

   Дмитрий молвил, хмуря лоб.

   Зал с толпою бестолковой

   Бросив, вышел на сугроб,

   Молча он садится в сани

   И летит по мостовой...

   Ряд дворцов в седом тумане,

   Храм далекий купол свой

   Подымает величаво...

   Чуть светлеет ночи мгла.

   Как безумная забава,

   Ночь бессонная прошла.

   Не сомкнувши глаз, к барьеру

   Дмитрий станет поутру...

   Так игрок, метнув на веру,

   Ставит туз, начав игру.

   ХХХII

   Образ Нины в грезах ночи

   Снится Дмитрию опять...

   Хоть бы раз взглянуть ей в очи,

   Тонкий стан ее обнять!

   И теперь, перед разлукой,

   Все, что славно, мило в ней,

   Не слито с обычной скукой,

   Перед ним встает ясней...

   Слово нужное, две встречи,

   Незабвенных пять минут --

   Все ушло, ушло далече!

   Не ее ль окошко тут?

   Дом высокий на Литейной,

   Темный ряд кариатид...

   С занавескою кисейной

   Два окна... в них свет дрожит.

   XXXIII

   Свет дрожит неровный, шаткий

   По зеркальному стеклу...

   Спит она! -- То свет лампадки.

   То ночник горит в углу!

   И велит остановиться

   Дмитрий кучеру... глядит, --

   Не она ль ему вновь снится?

   Не она ль в окне стоит?

   Чья-то белая фигура

   Меж гардин видна сквозь мрак...

   И на лоб надвинут хмуро

   Белый с кисточкой колпак!

   -- Тьфу, профессор! - Дмитрий злобно

   Сыплет бранью, огорчен,

   И, ругаясь неподобно,

   Гнать велит вознице он.

   XXXIV

   Ах, совсем неинтересно,

   В миг, когда душа полна,

   Вместо женщины прелестной

   Встретить мужа у окна!

   Qui pro quo, увы, нередки,

   И встречаются нам вдруг,

   В спальне, в сумраке беседки

   Не супруга, а супруг.

   Случай нами правит властно,

   Много в жизни терний злых,

   И, открыв объятья страстно,

   Мы обман сжимаем в них.

   Часто радость смотрит хмуро,

   А печальное -- смешней,

   И проказника Амура

   Заменяет Гименей.

   XXXV

   Не люблю я Гименея.

   Глуп и слеп он, но при том,

   Подозреньем пламенея,

   Ходит вечно с фонарем.

   Вот он бродит рядом с спальней,

   Оступился о порог,

   Лоб разбил, и тем фатальней

   На челе Гимена рог!

   Но порой, играя в жмурки,

   Купидона схватит он,

   Как ни прячется в конурки

   Шаловливый Купидон.

   Письмецо иди записка

   К Гименею попадут...

   Ах, без писем меньше риска,

   А писать -- любви капут!

   XXXVI

   Стал Гимен добычей басен.

   Но порой сей страшен бог:

   В юбке Гименей ужасен

   Вдвое он ревнив и строг!

   Тут он ходит без повязки,

   Он забыл о слепоте,

   И супруги нашей глазки

   Видят даже в темноте.

   Правда, нет супруг рогатых

   (Хоть и злы чертовски все).

   Шалости божков крылатых

   Не вредят супруг красе.

   Все мы свыклись с Гименеем,

   И годам так к сорока

   Мы к Гимену тяготеем:

   Жизнь скучна холостяка.

   ХХХVII

   Коль достигну лет я этих,

   Я к торжественному дню

   О супружестве и детях

   Гимн Гимену сочиню.

   Ниспошли же мне супругу

   Добродетели верней,

   Равнодушной сделай к другу,

   О Гимен, о Гименей!

   Пусть сто лет, измен не зная,

   Проживу я вместе с ней,

   Пусть не получу рога я,

   О Гимен, о Гименей!

   Турьих рог не дай мне длинных,

   И бараньих, и длинней,

   И оленьих, и козлиных,

   О Гимен, о Гименей!

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ДЕЛО ЧЕСТИ

   Un duel met les gens en

                       mauvaise posture.

                                 Моlière.

   Сосu. Substantiv.

   Mari d'une femme infidèle.

                                 P. Larousse.

   On croit, j'en suis convaincu,

   Que vous me faites cocu.

                                 Bêranger.

   I

   Орлеанский и Туринский,

   Благородные бойцы*,

   В бой вступили исполинский,

   Легких шпаг скрестив концы.

   Итальянской полон мести,

   Ранил принца ловкий граф.

   Это было дело чести,

   И кто ранен, тот не прав.

   Суд свершился справедливый.

   Супостата одолев,

   С графом был, встряхнувши гривой,

   Сам Святого Марка лев!

   Если б был осел у Марка,

   То наверное и он

   В бой за честь вступил бы жарко,

   Клеветою возмущен.

   ________________

   *) Недавняя дуэль, наделавшая шуму в Европе.

   II

   Миллиметр в мильонной доле

   Уменьшив, взяв микроскоп,

   Рану принца в бранном поле,

   Не измерить, -- смерть и гроб!

   Corps б corps в упорной схватке

   Принц пронизан был, и вот

   Страждет он; совсем в упадке:

   У него болит живот.

   Уязвлен был в деле чести

   Он не в сердце и не в грудь,

   Но в довольно низком месте,

   И припарки как-нибудь

   С черным пластырем английским:

   Паладина исцелят,

   И в Аид к брегам стигийским

   Он отправится навряд.

   III