Луна, наконец-то, снова скрылась в облаках. Ребята теперь были на самом краю крыши. Внизу, под ними, была темнота. Интересно, как высоко они находятся? Однако посветить вниз они не решались. Страх подгонял. Набравшись храбрости, первым прыгнул вниз Мирек. Он жёстко приземлился на мостовую, не успев подготовиться, потому что не видел, куда прыгает. От удара у него заболели ноги и перехватило дыхание, однако он тут же ободряюще закричал остальным.
Вторым прыгал Ярка. Стоявшему внизу Миреку не совсем удалось его поймать, но зато двое остальных приземлялись уже практически в их объятия.
Как только все оказались внизу, они тут же воспользовались царившей вокруг суматохой и вылетели через подворотню. Они попали на узкую улицу, идущую между двумя низкими стенами, пробежали через какой-то тёмный проход. Через мгновение они уже очутились на одной из трущобных улиц.
— А теперь — домой! — весело выдохнул Мирек. — Чем быстрее мы окажемся на Разделительном проспекте, тем лучше. Дорога каждая секунда!
И они рванули по тёмным улицам туда, где, как им казалось, была их спокойная и безопасная Другая Сторона. В отличие от первой их вылазки в Трущобы, сегодня ребята возвращались раньше, и на улицах было ещё полно народу.
Никто из ребят даже не заикнулся о том, что они могли бы ещё сегодня забежать к Святому Якубу, за последними страницами дневника Тлескача. Домой, и только домой — вот что крутилось в голове каждого из них!
32. Письмо из Трущоб
Следующие несколько дней после событий, которые приключились с «Быстрыми стрелами» в сарайчике Яна Тлескача, со стороны всё выглядело так, будто ребята старались обо всей этой истории забыть, и ничего больше о ней не слышать: Мирек не созывал собраний, клуб был закрыт, а на вопросы другостранских, когда выйдет следующий «ТАМ-ТАМ», «Быстрые стрелы» отвечали уклончиво. Из-за всего этого на Другой Стороне царило всеобщее удивление. Однако если бы кто-нибудь из этих ребят пережил хотя бы десятую долю того, что пережили «Быстрые стрелы» во время своей второй вылазки в Трущобы, они бы не удивлялись! Страх от всего случившегося накрепко засел в душах «Быстрых стрел», и уходил оттуда очень медленно.
Воспользовавшись молчанием «ТАМ-ТАМа», дворцовские выпустили новый номер «Сборщика», без ладу и складу свалив в кучу всё то, что и так уже знал каждый. Никакого впечатления их номер не произвёл, и другостранские продолжали умолять «Быстрых стрел» выпустить новый «ТАМ-ТАМ». Все знали, что только в этой газете они найдут достоверные и внятно написанные новости, и только «ТАМ-ТАМ» сможет удовлетворить их разгоревшийся интерес ко всем подробностям трущобной истории.
Наконец, Мирек Душин созвал всех членов «Быстрых стрел». Они пришли уже несколько успокоенные и предвкушающие продолжение поисков. Страх понемногу выветривался, все снова чувствовали себя уверенно. Собрание началось с обсуждения последнего, не доведённого до конца, приключения.
— И что же будем делать теперь? — растерянно спросил Индра, когда речь перешла на окружавшие их необъяснимые загадки. — У меня голова от всего этого идёт кругом! Этого всего уже как-то слишком!
Мирек слабо улыбнулся, и вытащил из кармана толстый блокнот:
— Не у тебя одного! Думаю, мы все в этих загадках запутались. Предлагаю записать все те необъяснимые вещи, с которыми мы столкнулись, начиная с самого начала расследования!
Ребята начали вспоминать, и то и дело кто-нибудь указывал на случай, который они не могли объяснить. Мирек записывал. В итоге список событий выглядел следующим образом:
1. Кто передал дворцовским самую первую листовку «Быстрых стрел», сразу же после её выпуска? Красненький?
2. Кто и зачем нарисовал ёжика в клетке на стене недалеко от Трущоб?
3. Каким образом в «Сборщике» уже два раза появлялись факты из дневника Тлескача раньше, чем в «ТАМ-ТАМе»? Не могли же они быть списаны из самого дневника, который всё время лежал у Мирека?
4. Почему Красненький предал их клуб?
5. Что искало «Братство кошачьей лапы» в Трущобах?
6. Над каким тайным изобретением работал Тлескач?
7. Кто его преследовал? Кто был в его сарае? Кого Тлескач боялся?
8. Что прятал Тлескач в жестянке под сараем, и как это было связано с ёжиком в клетке? Он же написал в дневнике что: «…жестянка надёжно спрятана в земле под сараем, а ёжика из клетки не достанет никто».
9. Кем был этот таинственный М., и почему он так сильно хотел заполучить головоломку Тлескача?
10. Что общего было у М. с пропажей головоломки, и с её последующей находкой в железках перед мастерской, в которой Тлескач учился ремеслу?
— Десять! — уныло констатировал Ярка, когда перечень был закончен. — Десять вещей, одна загадочнее другой. И это мы ещё не записали туда то, о чём пока и не думали.
— Это ты о чем? — тут же спросил Индра.
— Ну например, откуда в Трущобы ребёнком пришёл Ян Тлескач? Кто ему дал в это его одинокое путешествие ёжика в клетке, и куда тот пропал после смерти Яна? Что за тайна окружала его смерть? По официальной версии он качался на верёвке, прикреплённой к колоколу, качнулся за пределы звонарской площадки, не удержался и упал с большой высоты вниз. Но правда ли это? Так ли было на самом деле? Кто-нибудь это видел?
Когда Ярка, наконец замолчал, слово взял Мирек:
— Да, это тоже загадки, ты прав! Однако их мы уже вряд ли когда-нибудь разгадаем, и пока что они никак не связаны со всей той кучей странностей, с которой нам действительно надо разобраться.
Затем ребята приступили к работе над новым «ТАМ-ТАМом». Чтобы превзойти «Сборщика» и компенсировать другостранским ребятам долгое ожидание, Мирек решился написать в новом номере о существовании дневника Яна Тлескача, и о том, что был найден сарай, в котором он работал над чем-то очень загадочным. Наверное, ещё ни один номер «ТАМ-ТАМа» не передавался от читателя к читателю с такой скоростью, и не читался в таком напряжении! Новость о том, что был найден дневник и рабочий сарай Яна Тлескача, произвели настоящий фурор. На улицах можно было увидеть стоящих кучками ребят и девочек, обсуждающих эту новость. На «Быстрых стрел» не переставая сыпались вопросы вроде: «У кого сейчас дневник?», «Есть ли там что-то ещё, кроме уже известных фактов?», «Где находится сарай Тлескача?», «Можно туда как-нибудь попасть?», и самое главное: «Как «Быстрые стрелы» отважились пойти в Трущобы, и проводить там расследование?». Авторам «Сборщика» оставалось только скрежетать зубами от зависти.
Тем временем новости, которые принёс всем последний выпуск «ТАМ-ТАМа», успели распространиться за пределы Другой Стороны и Дворцов. На третий день после выпуска газеты, когда ребята было собрались отправиться вечером в Трущобы и найти вторую часть дневника, кое-что произошло.
Зайдя перед вылазкой в клуб, они нашли под дверью перепачканное письмо.
— Уж не Красненький ли нам решил написать? — натянуто улыбнулся Ярка, хотя и сам в это не верил.
Мирек торопливо разорвал конверт и пробежал глазами первые строки. Затем он с удивлением присвистнул и начал читать вслух довольно коряво написанное письмо: «Я узнал, что вы нашли дневник Тлескача. Я его куплю! Сегодня к вечеру, когда начнёт смеркаться, приходите в Глухой тупик в Трущобах! Вы найдёте там в доме № 5, у самой земли, маленькое окошко в подвал. Оно будет приоткрыто. Положите туда конверт с дневником, и возьмите другой, который будет там лежать. В этом конверте будет сто крон! В обмен на дневник! Оставив дневник и взяв деньги, быстро сматывайтесь. Жду вас обязательно. Непременно принесите дневник!».
— Сто крон! — удивлённо выдохнул Быстроножка. — Кто-то точно сошёл с ума!
— Не думаю, что письмо написал сумасшедший, — покачал головой Мирек. — Скорее всего его писал кто-то, для кого дневник очень важен.
— Мы его продадим? — с жадным блеском в глазах спросил Индра. — Сто крон это вам не абы что!