А то, что нам надо как можно основательней заняться расследованием убийства туркмен. Жаль, по горячим следам раскрыть не удалось. Значит, убийца не так прост и предстоит кропотливейшая и нуднейшая работа. Версий немало, но все они до конца не отработаны. Уверен: поездка принесет пользу. Вот тогда и поулыбаемся, -- закончил я с пафосом.
Зафилософствовал, -- понял мой юмор и усмехнулся Терехов. -- В одном пока есть твердая уверенность: преступник опытен, хитер и жесток. Орудия убийства -- обрез, топор и нож.
Гребенкин посмотрел на часы.
-- Значит, так, до отъезда, вернее, вашего отлета, остается около семи часов. Пора расходиться, в дороге на разговоры времени хватит. Поправив очки, добавил:
И попрошу... -- Посмотрел на меня и Терехова. -- Во-первых, взять копии заключений экспертиз. Они, я думаю, пригодятся. Во-вторых, дать задания по всему тому, что подпирает и может подпирать по срокам. Особенно по делу Рюмина. Тут раскрутить на полную катушку: Сушков напомнит и не раз. Так вот, чтобы никого не подставить, дайте ребятам поручения и пусть работают. Я Епифанцева по полученной экспертизе извещу, а вы Грузнову тоже скажите. Звоните, жду сигналов.
Прежде чем разойтись, договорились по времени отъезда в аэропорт.
III
Мы с Тереховым несказанно обрадовались, в назначенное время к дому подкатил на дежурке старший оперуполномоченный уголовного розыска УВД Валентин Сидоров. Он небольшого роста, с бородкой, отчего и прозван уважительно -- "Борода". Поставив дорожный портфель на землю и всем своим видом выражая крайнее недовольство, стал выговаривать:
-- Ну, кто же так, братцы, делает? Идиотизм какой-то! Три часа назад "Якорь" (так между собой оперы величают Грузнова) вызвал будто на пожар и говорит -- одна нога тут, другая в Сибирске! Разве ж так можно?!
-- Дорогой Валя! А мы-то тут ломали голову, как вдвоем будем управляться! -- заговорили с Тереховым разом от избытка чувств, да так крепко обняли Сидорова, что он заойкал.
Терехов тотчас же отреагировал:
-- Слушайте. И этот бородатый чувак1 есть грозный дротик2?!
-- Хватит лапшу кидать3 -- воскликнул Сидоров, отвечая на шутку шуткой.
Пошутили, посмеялись и в машину. Прощаться было не с кем: дети в школе, жены на работе.
Терехов, учитывая, что он толще всех, сел рядом с водителем, а мы с Сидоровым -- на заднее сиденье. Терехов полуобернулся к нам. Да так и просидел, разговаривая до самого аэропорта. Мы не раз с благодарностью вспоминали Грузнова. Молодец шеф, он даже нашел время позвонить насчет билета для Сидорова в линейный отдел милиции аэропорта. В общем, и в этом плане проблем никаких.
До Москвы летим вместе, потом расстаемся. Мы с Сидоровым держим курс на Сибирск, а Терехов -- в Алма-Ату. Дальнейшая связь по телефону -- через дежурных УВД. Лично для меня участие Сидорова крайне важно. Он опытный специалист и нет слов какое подспорье. Теперь, с учетом дефицита времени, не надо разрываться между Сибирском и Озерском. Проблема снята, но что дни грядущие готовят?..
Пока все идет по плану. В Москве расстались с Тереховым. Жаль, конечно, с ним всегда легко работается.
И вот уже второй час как летим с Сидоровым к Сибирску. В который раз мысленно пытаюсь воспроизвести все, что связано с убийством туркмен в лесополосе. Кое-что из материалов расследования прихватил с собой, должно пригодиться. Хочется предугадать результат поездки, но мысли настолько расплывчаты или до абсурда нереальны, что тут же вылетают из головы с монотонным гулом самолета. Вспомнил, что Грузнов обещал в Сибирске какой-то сюрприз. Может, пошутил, с ним это иногда бывает. В городе, где ни разу не был, сюрпризов можно ожидать сколько угодно. Ладно, поживем-увидим. Глаза стали слипаться и я погрузился в приятную дрему. А почему бы и не вздремнуть, ведь последние дни были загружены до предела. Откинувшись на мягкую спинку кресла, рядом со мной спокойно посапывал Сидоров.
"Сюрприз" Грузнова открылся сразу же, как только мы спустились по трапу самолета. К нам подошел невысокий, но плотный, лет под сорок с гаком человек в кожаной куртке и в темных очках.
Из Каменогорска?
А разве не видно? -- удивился я.
-- Приметы вроде бы совпадают, -- засмеялся встречавший и снял очки. -- Ну, здравствуйте, дорогие земляки, с прибытием вас в Сибирск. -- И представился: -- Начальник областного управления уголовного розыска Попов. -- Помолчав, добавил: -- Зовут Петром, а по отчеству -- Григорьевич.
Глаза у Попова добрые и радушные. "Так вот, оказывается, в чем заключался секрет Грузнова", -- подумал я, присматриваясь к земляку, ведшему нас к автостоянке. Грузнов не сказал, что уголовный розыск в УВД Сибирской области возглавляет земляк. Ну, легче будет работать. Пока ехали на светлой "Волге" до Сибирска, Попов рассказывал, что проходил здесь срочную, а потом остался работать на заводе тяжелого машиностроения. Коллектив завода рекомендовал на службу в милиции, а теперь вот он и родителей к себе перетянул. Отец как дома, так и здесь работает в лесничестве.
-- Что же мы до сего времени не встретились! -- посожалел я.
--Да вот, все собирался поехать, но никак не получалось, -- вздохнул Попов.
-- Хотя на родине теперь уж никого и не осталось. -- А как узнал из сводок МВД о гибели туркмен, решил: еду, но вы опередили. -- Он нахмурился. -- Если дело не пойдет, не исключено, что не раз еще придется встречаться.
-- Выходит, не было бы счастья, да несчастье помогло, -- сказал я.
Попов пожал плечами:
--Выходит так, но теперь уж, если приеду, то обязательно с женой. Надеюсь, встретите?
-- На высшем уровне, -- заверили мы с Сидоровым.
У гостиницы вышли из машины. Попов предложил вначале разместиться, привести себя в порядок, а потом пообедать и идти представляться в УВД.
IV
Я внимательно вчитываюсь в каждую строчку уголовных дел по убийствам, аналогичным "нашему", в лесополосе под Полянском. Их два, с интервалом в месяц. Со времени последнего прошло около года. Одно убийство совершено в пригородном районе Сибирска, второе километрах в тридцати от Озерска. Попов велел пригласить ко мне на беседу всех членов следственно-оперативных групп. Не явилось три человека, в том числе заместитель начальника следственного отдела областной прокуратуры Трубин. Он в командировке и приедет послезавтра. Встреча с прокурорским работником особенно важна потому, что он возглавляет следственно-оперативные группы и как никто может внести ясность о том, что для меня пока что туман. Зато я долго пытал вопросами работников следственного управления и экспертов-криминалистов. Хорошо, что все они оказались на месте.
Постепенно передо мной, хотя бы частично, приоткрывалась тайная завеса над совершенными преступлениями.
А Сидоров тем временем работает с агентурой, пытается выудить что-нибудь полезное. "Агентурист" он опытный. С этой, далеко не простой категорией лиц умеет налаживать и чисто человеческие, и деловые контакты.
Я сижу в отдельном кабинете и изучаю, как уже сказал, материалы уголовных дел. В перерывах беседую с приглашенными.
Зашел Попов. Сказал, что сейчас подойдут еще два сотрудника, а Трубин приедет из командировки завтра, и участливо спросил:
-- Ну что?
Я пожал плечами, потом со вздохом ответил: -- Сами понимаете.
-- Да уж как не понять. С такими исходными данными оснований для оптимизма нет. Но не буду отрывать, позже обменяемся впечатлениями. У двери остановился. -- Слушай, а если вечерком у меня посидим? Жену предупредил, Сидорову позвоним. Как смотришь?
А может, "посидим" поближе к отъезду? -- попросил я , хотя в душе был благодарен Попову за приглашение. Но ведь после дороги отдохнуть надо, да и завтра денек предстоит сумбурный.