Задумавшись, я не сразу почувствовала, что каменный амулет уже не был теплым. Я испуганно отдернула руку и, будто желая проверить саму себя, снова прикоснулась к нему. Мне не показалось, камень был холодным, как лед. Я сжала его в ладони, так, как сделала в доме Лорены, но холод из него не уходил — наоборот, мне казалось, что он стал еще холоднее. Я вернула его на подоконник и принялась внимательно разглядывать в свете луны, но ничего странного или подозрительного не обнаружила. Тот самый кусочек камня в форме чаши, ничуть не изменившийся. Я потерла ладонь, которая до сих пор была холодной, и негромко рассмеялась. Похоже, мне на самом деле пора спать.
— Ты там не замерзла? — услышала я голос Саймона. Он сел на кровати и посмотрел на меня. — Все в порядке?
— Да. Принести тебе воды?
— Нет, спасибо. Мне приснился жуткий сон.
— Какой?
Саймон помолчал несколько секунд, после чего пожал плечами и виновато улыбнулся.
— Надо же. А я не помню. Странно. Мне кошмары не снились с самого детства. И я никогда в жизни так быстро не забывал снов.
Самолет Билла задержали по причине нелетной погоды в Европе, и я не поехала его встречать. Он должен был прилететь к обеду, как раз в те часы, когда делались самые неотложные дела, и я решила перепоручить важную миссию Юлии. Обыкновенно она приходила в офис раньше меня, и уже работала, когда я появилась в приемной.
— Доброе утро, мисс Паттерсон, — сказала мне она и добавила: — Вам прислали цветы!
— Цветы? — вяло подняла бровь я.
— Да, — кивнула Юлия. — Такой замечательный букет! Темно-алые розы… интересно, от кого он? Я распорядилась поставить его у вас. И расписалась за вас, надеюсь, вы не против.
Я прошла в кабинет, на ходу снимая плащ, и остановилась, разглядывая лежавший на столе букет. Это на самом деле были темно-алые розы. Я приблизилась и взяла его в руки, пытаясь на глаз определить количество цветов — пересчитывать розы я всегда считала верхом меркантильности, но потом все же пересчитала. Двадцать три розы — ровно половина моего возраста. Я уже знала, кому могла прийти в голову такая двусмысленная, пусть и не лишенная изящества шутка, но достала из цветов записку и прочитала короткое предложение, подтверждавшее мою догадку: «Если это увидит Уильям, пожалуйста, симулируй все, кроме радости. В.М».
Юлия заглянула в приоткрытую дверь. На лице ее разве что слепой не заметил бы любопытства.
— От старого знакомого, — сказала ей я, ни секунды не сомневаясь, что она мне не поверила, и продолжила: — Приготовь мне кофе.
Когда Юлия вышла, я достала сотовый телефон и набрала номер Вивиана. Я знала, что в такой час он еще спит, но это меня беспокоило меньше всего.
— Похоже, сегодня ты рано встала, — сказал он.
— Похоже, ты еще больший идиот, чем я думала, — ответила я в тон ему.
Вивиан сделал паузу.
— А, ты про цветы, — произнес он, наконец. — Они тебе понравились?
— Ты мог подумать о том, что Билл увидит их раньше меня и прочитает записку?
— Если честно, да. Но, если уж совсем честно, мне наплевать. И почему идея послать цветы не пришла мне в голову раньше? Тогда мне бы не пришлось каждый день звонить тебе по десять раз только для того, чтобы ты сбросила звонок.
— Ты не думаешь, что если твои звонки сбрасывают, то это означает, что кто-то не хочет с тобой разговаривать?
— Но ведь ты перезвонила.
Я села в кресло и проследила взглядом за Юлией, которая поставила передо мной чашку с кофе и удалилась, забрав ежедневник.
— На самом деле, я хотел послать их тебе домой, — продолжил Вивиан, — но у меня нет твоего адреса. И, если уж мы с тобой разговариваем, не могла бы ты объяснить, что происходит? Может быть, я тебя обидел? Я был негостеприимным хозяином?
— Ну почему же, — возразила я. — Все отлично.
— То есть, ты не отвечала на мои звонки потому, что все отлично?
— Я не отвечала потому, что мне не хотелось с тобой разговаривать. Да и тебе в тот вечер, судя по всему, тоже не хотелось со мной разговаривать, иначе бы ты мне ответил. Хотя… о чем я. Было бы невежливо с твоей стороны отвечать на телефон, когда рядом дама.
— Не очень хорошо понимаю, что ты хочешь от меня услышать, Изольда. Может, я должен оправдываться? Или мне надо напомнить тебе, что в тот вечер я звонил, но ответить ты не потрудилась?
Я откинулась на спинку кресла и повернулась к окну.
— Ты позвонила для того, чтобы сообщить мне, что я идиот? — снова заговорил Вивиан. — Если это все, то я, с твоего позволения, продолжу спать. Я вернулся час назад, а через три часа мне нужно вставать, потому что у меня полно дел.
— Я соскучилась, — ответила я коротко.
— «Я соскучилась, идиот», — подвел он итог. — Для того чтобы сделать такой вывод, тебе нужно было неделю сбрасывать мои звонки?
— Твои звонки тут не при чем. — Я взяла со стола амулет и, приподняв его за шнурок, оглядела. — Просто я хочу тебя увидеть.
— Если ты хочешь меня увидеть, приезжай.
Услышав легкий стук в дверь, я вздрогнула и повернулась в кресле. На пороге кабинета, скрестив руки на груди и приняв выжидательную позу, стоял Билл.
— Я перезвоню позже, — сказала я. — Извини, что разбудила. Отдыхай.
Билл подошел к столу и занял одно из кресел.
— «Просто я хочу тебя увидеть», — повторил он сказанную мной фразу, и я поняла, что он слышал если не весь мой разговор, то основную часть, и этого было достаточно для того, чтобы он сделал выводы. — Отличный букет. — Я протянула руку для того, чтобы взять записку, но он опередил меня, развернул ее и прочитал написанное. — У доктора Мори для врача довольно-таки аккуратный почерк. Или он просто старался, потому что писал эту записку для тебя?
Я забрала у него записку и встала.
— Ты должен был приехать в обед.
— Да. Но самолет вылетел вовремя, а я не хотел звонить из аэропорта и беспокоить тебя. Судя по всему, я сделал правильно. Ты была занята, и тебе требовалась пара часов сна с утра. По этой же причине ты всю неделю не отвечала на мои звонки.
— Я работала, Уильям.
Он кивнул на букет.
— Надеюсь, работа тебя не очень утомила?
— Не смей устраивать сцен, — предупредила я.
Билл пожал плечами.
— Что ты, какие сцены. Я думаю, мы поговорим дома. Тебе ведь нужно мне кое-что объяснить.
— Мне не о чем с тобой разговаривать, и я не собираюсь ничего объяснять. — Он сделал попытку подняться, но я подошла к нему, и он снова опустился в кресло. — Я уже не раз говорила тебе, Уильям. Если тебя что-то не устраивает, ты можешь уходить. Или тебе нужны деньги для того, чтобы найти жилье?
Билл все же встал.
— Сначала ты уезжаешь в Мирквуд с Саймоном, потом доктор Мори посылает тебе цветы, потом ты говоришь кому-то, что хочешь его увидеть. Как бы ты чувствовала себя на моем месте?
— На твоем месте я бы не строила из себя верного любовника с тем количеством баб, номера которых записаны в твоей телефонной книге. А также не делала бы такое обиженное лицо, будто на меня обрушился весь мир. — Я снова вернулась к столу и взяла нераспечатанные письма. — Мне нужно работать, Уильям. Сегодня ты можешь поехать домой, думаю, тебе нужен выходной. Если у тебя будет время, ознакомься с документами, которые я пришлю тебе по электронной почте. Мне нужна консультация.
— Я могу сделать это после того, как соберу вещи, или документы не терпят отлагательств?
Я посмотрела на него и взяла нож для бумаг.
— Это подождет до завтра. Ты даже можешь организовать себе планы на вечер. А заодно и на ночь. Чтобы ты не замерз в постели в одиночестве.
2011 год
Мирквуд
На рынке, несмотря на будний день и ранний час, было шумно и людно. Я не любила большие скопления людей, а после переезда в Мирквуд их возненавидела. Но сидеть дома, разглядывая стены, пусть и иногда меняя комнаты, было невозможно. Кроме того, в удовольствии купить свежие фрукты самостоятельно я себе отказать не могла. В моей старой квартире в Треверберге холодильник заполняла регулярно появлявшаяся домработница, и она же готовила еду, но фрукты я всегда покупала сама. Хотя бы потому, что, сколько списков ни составляла, они не были полными, и мне каждый раз хотелось чего-то еще.