Всю дорогу из Хогвартса он места себе не находил. Если бы не его глупость - Сириуса оправдали бы. Вот она, главная мысль, лишившая его покоя. Уж в чем-чем, а в этом он обвинял себя вполне справедливо. Зачем они вообще послушали Гарри? Надо было убить Хвоста еще в Хижине, мертвый Петтигрю уже служил бы достаточным доказательством невиновности Сириуса, при наличии трупа поверили бы даже рассказам детей, а теперь у Блэка не было ни доказательств, ни свидетелей, принимаемых в расчет.
Ремус даже не знал, куда бежал Сириус. Конечно, он не остался бы в Англии, по крайней мере, Люпин верил в благоразумие друга. Но теперь его даже не найти, а ведь столько было еще не сказано между ними. Он помнил взгляд настойчивых синих глаз: «Я думаю, нам надо поговорить…» Тогда Ремус считал, у них в запасе как минимум вечность, чтобы успеть еще наговориться и обсудить все обиды и недомолвки. Но где теперь эта вечность?
- Вы найдете Сириуса? - спросил его утром Гарри, с надеждой глядя в его глаза.
- Я… не знаю, где он, - рассеянно отозвался Рем, уткнувшись взглядом в свой чемодан, который наполнялся вещами, книгами и старыми пергаментами.
- И не будете искать? - разочарованно протянул подросток, поправляя очки. Так всегда делал Джеймс, когда не знал, что сказать.
- Если я ему понадоблюсь - он найдет способ известить меня об этом, - быстро заметил Ремус и стал прощаться.
Он не сказал Поттеру о том, как хотелось бы ему, чтобы Сириус нашел способ передать ему весть о своем местонахождении. Но так же он прекрасно понимал, что даже Блэк, с его порывистыми решениями, не станет столь рисковать, чтобы прямо написать письмо бывшему любовнику с указанием места, где он скрывается. Тем более, благодаря Снейпу, об их близких отношениях теперь знал сам Министр магии Фадж. С утра, перед отъездом из Хогвартса, Ремус получил письмо из Министерства, где ему приказано было явиться на следующий день в аврорат на допрос. Рем не питал иллюзий по поводу темы предстоящего разговора.
На следующий день он отправился туда. Учитывая, когда он был тут в последний раз, воспоминаний было хоть отбавляй, одно печальнее другого. Он сдал палочку охраннику у лифта, и его провели в комнату, как две капли воды похожую на ту, где когда-то на него орал Сириус.
Едва он успел присесть за стол, как в комнату грузно прошествовали несколько человек - тут был аврор в красной, форменной мантии, сам Министр и, очевидно, его секретарь. Все они молча уселись на стулья у другой половины стола. Ремус поймал взгляд Фаджа, полный отвращения, и крепче сцепил пальцы рук, лежащих на столе.
- Ремус Джон Люпин, вас вызвали в Штаб авроров для дачи показаний по делу о побеге из Азкабана Сириуса Ориона Блэка, - монотонно начал аврор, аккуратно раскладывая на столе пергамент, доставая склянку с чернилами и перо. - Вы готовы ответить на вопросы?
- Я вас слушаю, - ровно отозвался Рем, бесстрастно посмотрев прямо в глаза Министру магии.
- Вы познакомились с Блэком в период вашей учебы в Хогвартсе?
- Да.
- Каков был характер ваших отношений?
- Мы были друзьями, - сухо бросил Люпин, стиснув зубы.
- Можно ли считать вас лучшими друзьями?
- Полагаю, в пору учебы в школе можно.
- Насколько близкой была ваша дружба?
- Я же только что согласился с понятием «лучшие друзья».
- У нас имеются сведения об иных отношениях между вами, - вклинился Фадж, сдвинув кустистые брови и буравя Люпина недобрым взглядом.
- Если вы хотите о чем-то спросить, то формулируйте вопросы четче, - холодно заметил Ремус, начиная по-настоящему злиться. Министр посмотрел на аврора, тот коротко кивнул.
- Вы и Блэк были любовниками?
- Стали ими на последних курсах учебы, - как можно спокойнее ответил Ремус. Корнелиус возмущенно надул щеки.
- И почему же вы не явились в аврорат сразу, едва сбежал Блэк, и не сообщили нам…
- О чем? Что спал с ним в школе?
- Он мог искать у вас укрытия!
- Сильно в этом сомневаюсь, - жестко отрезал Рем, скрестив руки на груди. - Сириус никогда не отличался особенной сентиментальностью. И даже вам, Министр, должно быть известно, что к бывшим редко возвращаются!
- Может быть, вы его сообщник? - не слушая его, продолжал Фадж. - Не вы ли помогли ему пробраться в Хогвартс несколько раз?
- Я не общался с Блэком почти тринадцать лет! - рявкнул Рем, сверкнув глазами. - И, разумеется, я не стал бы оказывать ему любую помощь!
- Вы дали понять, что отношения между вами и Блэком прекратились еще до его преступлений, - вклинился в их перепалку спокойный голос аврора. - Когда и при каких обстоятельствах?
- За два года до убийства Поттеров мы расстались, - хмуро бросил Ремус, пытаясь взять себя в руки. Гнев тут не лучший помощник. - Я не видел его с того времени…
- А у нас есть сведения, что вы были в Визжащей Хижине два дня назад, когда Блэк заманил туда Гарри Поттера и его друзей! - вновь ехидно подал голос Фадж, самодовольно тряхнув круглой головой.
- Если бы вы не перебили меня, Министр, вы бы услышали, как я закончу предложение, - ровно продолжил Ремус. - Я не видел его с того времени до вечера в Хижине.
- …Куда вы пришли вместе с Блэком! Вы помогли ему заманить детей в это опасное место?
- Не я! Я появился там значительно позже, и только затем, чтобы спасти детей!
- А мистер Снейп утверждает обратное!
- Мистер Снейп пришел в Хижину гораздо позднее и не видел и половины того, что там происходило!
- Но, в отличие от вас, он сразу попытался схватить Блэка!
- В отличие от меня, он непроходимый идиот, который не видит дальше своего носа!
Ремуса колотило от ярости. Фадж смотрел на него со смесью брезгливости, возмущения и подозрения - было от чего прийти в бешенство.
- Сколько вам было, когда вас укусил оборотень? - вновь заговорил аврор.
- Девять лет, - глухо отозвался Рем, отводя взгляд от Министра, который поморщился, услышав это.
- Вы учились в Хогвартсе уже с болезнью?
- Очевидно да, раз в Хогвартс принимают с одинадцати лет, - ехидно заметил Ремус.
- А вас не терзали угрызения совести и не было ли вам ясно и в эти годы, что вы опасны для людей? - рявкнул Фадж, ноздри его крупного носа возмущенно раздувались.
- Я опасен одну ночь в месяц, Министр, - холодно произнес Люпин, его светло-карие глаза чуть сузились. - Эту ночь я проводил в Визжащей Хижине, из которой не мог выбираться, будучи волком.
- Это вы так считаете!
- Так считаю и я, Корнелиус, - спокойно заметил Альбус Дамблдор, который только что стремительно вошел в комнату. Рем не мог не бросить на старого волшебника взгляд, полный благодарности.
- Альбус! - Фадж суетливо вскочил на ноги, с досадой прикусив губу. - Не уверен, что вы можете находиться здесь, ведь идет допрос…
- Я не припомню времени, разумеется, исключая военные годы, когда на допросе присутствовал бы и Министр магии, но ведь вы тут, - дружелюбно заметил Дамблдор, пожимая его руку. - Разве вы не получали мое письмо с соображениями относительно вины мистера Люпина?
- Да, письмо… Но, видите ли, тут выяснились некие новые обстоятельства…
- Роман мистера Люпина и Сириуса Блэка давно в прошлом, - заметил директор школы чародейства и волшебства, наколдовывая себе стул, на который сел в непринужденной позе. Рем вздрогнул от его слов. Он никогда не думал, что Дамблдор не в курсе их отношений с Сириусом, просто такая формулировка задела его.
- Так вы знали? Дамблдор, вы должны были поставить меня в известность! - воскликнул Фадж, тоже снова присаживаясь на свое место. - Я полагал, у Блэка не осталось ни семьи, ни друзей, а он…
- Мистер Люпин тоже не относится ни к одной из этих категорий, уверен, он и сам вам это говорил, не так ли? - Альбус бросил взгляд на Рема, и тот коротко кивнул. - Я могу поручиться за Ремуса, Корнелиус. Я полностью доверяю этому человеку.
Рем отвел глаза в сторону. Вера в него Дамблдора потрясала… Чем он ее заслужил? Когда-то Альбус поверил мальчику-волчонку, пустив его на территорию школы, потом простил ему убийство человека и даже отвратительную истерику по поводу ареста Сириуса. И все эти годы он продолжает верить в него!