- Нет, милая, - ухмыльнулся Дима, - ты бы и так влезла, авантюристка до кончиков ногтей. Нестеров своим завещанием только подогрел тебе скорость.
- Ребёнок! – завопила экономка, - всё наследует ребёнок! Что за чушь?
- Не чушь, - мило улыбнулась я, - когда ей исполнится восемнадцать, она вступит во владение, а пока я исполняю роль регента при дочери.
- Идиоты! – прорычала экономка, - сволочи! – а я решила её
добить.
- У меня осталась последняя тайна, - сказала я, - но, боюсь, вам станет дурно. Дим, где ты нашёл дневник?
- В старом антикварном комоде прабабки Элизабет, - ответил он, а я показала старую книгу.
- Я не буду озвучивать этот дневник, - сказала я, - да и неэтично будет с моей стороны, поскольку записи эти личные. Я прочла его, а перескажу вам всё своими словами, чтобы вы поняли, что все ваши злодеяния – это злобное коварство одного из ваших предков. Мэри Драммонд любила только одного человека, герцога Кретбери. Она вышла за него замуж и родила сына, а барон Гроттенсбовер тоже влюбился в юную красавицу, но она не ответила ему взаимностью.
- Что за чушь? – вскричала мисс Гротс.
- Реплики потом будете вставлять! – холодно сказала я, - а пока слушайте! Он просил её руки у Элизабет, но она отказала, потому что барон был нищ, стар, да к тому же ещё и игрок. Он спустил своё состояние с молотка, чтобы расплатиться с долгами, у него осталось лишь ветхое поместье, в котором влачили своё существование пара слуг, которым некуда было деваться. Он надеялся удачной женитьбой решить все свои проблемы. Но, помимо меркантильности, ему глаза застилала страсть к прекрасной Мэри. Он влюбился в девушку с первого взгляда, а она полюбила молодого герцога, за которого и вышла замуж. Молодых ожидало лишь безоблачное счастье и совместная старость, но тут вмешался старый барон. Когда герцог уехал по делам, барон прокрался в поместье, подкупив пару слуг, и изнасиловал Мэри. Девушка забеременела от него. А её мать, желая скрыть произошедшее от герцога, увезла дочь рожать в деревню. Но это уже была не та Мэри. Барон сломал ей психику, и она, не выдержав, поскольку очень любила мужа, утопилась в пруду. Элизабет, не желая видеть этого ребёнка, причину, из-за которой её горячо любимая дочь свела счёты с жизнью, отвезла внука к его отцу, и барону пришлось воспитывать сына.
- Нет! – рявкнула экономка, - это неправда!
- Это правда, - покачала я головой, - барон написал Элизабет письмо, в котором сообщил, что сделает всё, чтобы потомки его сына стали герцогами Драммонд. Он пообещал расправиться с благородным семейством, убил несколько человек, но она смогла его остановить. Пообещала предоставить это письмо стражам порядка, если он не угомонится. Он притих, в руках этой женщины было оружие против него, а Элизабет всё свалила на призрак дочери. Так было проще. Но барон пообещал ей, что взрастит сына в ненависти, что и сделал. Как вы могли пойти на это? Как могли поверить?
- Это неправда, - пролепетала экономка, - у меня есть дневник. Он подлинный, я проверяла.
- Конечно, подлинный, - кивнула я, - как же может быть иначе? Ведь его написал сам барон, чтобы ввести потомков в заблуждение. А у меня есть письмо, написанное бароном Элизабет, и инспектор уже сделал экспертизу, сравнил письмо с дневником, изъятым у вас.
- Согласно результатам графологической экспертизы, - сказал инспектор, - письмо и дневник были написаны одним и тем же человеком примерно сто лет назад.
- Нет! – заорала мисс Гротс, стукнув руками, закованными в наручники, по столу, - нет! Нет! Нет! Что же теперь будет?
- Теперь вас ожидает суд и высшая мера, - вздохнул инспектор, а экономка зарыдала.
- Нас повесят из-за какого-то идиота! – выла она, - это несправедливо!
- Вы имели право решать, - вздохнула я, - кстати, вот эти молодые люди, Джек и Джеймс, они потомки Мэри Драммонд и Дэвида Кретбери. Хорошо, что она успела родить ребёнка.
Рыдающую мисс Гротс и Грегори увели, инспектор велел отвезти их, а сам остался. Я попросила его об этом, поскольку это был ещё не конец в этой запутанной истории.
- Что вы опять мутите, прекрасная Эвива? – спросил инспектор.
- Ровным счётом ничего, - улыбнулась я, - просто надо ещё одну завесу тайны приоткрыть. Я имею в виду Дарин.
- Да, - ожила Сьюзен, - что же стало с моей дочерью? Вы выяснили?
- А как же, - хмыкнула я, - инспектор, оглядите внимательно всех присутствующих, и скажите, кто вам знаком.
- Вот эта девушка знакома, - указал он на Изабеллу, - уж очень красивая, и вот эта, - на Стефани, - именно они присутствовали
на трассе в момент катастрофы и спасли Теймплу.
- Очень хорошо, - кивнула я, - ну, девушки? Сами расскажите? Или мне предоставите озвучивать?
- Мы расскажем, - пролепетала Стефани, а Изабелла залилась слезами.
- Мы не хотели! – прорыдала она, - не думали, что так получится!
- Уймись! – буркнула Стефани, а Джуди с ужасом посмотрела на сестру.
- Что ты такое говоришь? – пролепетала она, - что ты натворила?
- Я знаю, что мы виноваты, - кивнула Стефани, - но надо было проучить эту мразь! Она вращалась среди отморозков, натравила их на Изабеллу, они над ней несколько часов издевались, как могли. Она выставила бедняжку в чёрном свете, облила помоями плюс ко всему. А потом парень, которому нравилась я, послал её, когда она к нему подкатывать стала. Помнишь, - она повернулась к сестре, - я пришла, вся в синяках? А тебе сказала, что упала с лестницы?
- Да, было дело, - кивнула Джуди.
- Не падала я с лестницы, - пояснила Стефани, - это приятели Дарин меня избили. Изнасиловать не успели, рядом оказалась полиция.
- Боже! – вскрикнула Джуди, - вот мразь!
- Именно, - кивнула сестра, - убивать Дарин мы не хотели, мы хотели ударить её её же оружием. Мы напоили её, позвонили её отморозкам, мы хотели, чтобы они изнасиловали и избили её. Но всё пошло не по плану...
- Она увидела меня, - пролепетала Изабелла, - стала издеваться надо мной, в наш скандал вмешалась Стефани. Она подала той стакан с семидесятиградусным ромом, в котором было растворено снотворное. Та махнула его залпом, швырнула стакан и вылетела из дома.
- Мы даже оторопели от неожиданности, - протянула Стефани, - от Джуди мы знаем, что Дарин совсем не пьёт, а тут выпила,
не поморщившись, и выскочила из дома.
- Но как она могла выпить! – протянула Джуди, - она совсем не пила! Совершенно!
- Самой интересно, - развела руками Стефани, - но, тем не
менее, это так. А мы, перепугавшись, бросились за ней. На трассе произошло то, чего мы так боялись, что хотели предотвратить. Она столкнулась со встречной машиной, уснув за рулём.
- Мы едва откачали ту женщину до приезда врачей и полиции, - пролепетала Изабелла, - но потом оказалось, что она умерла, а Дарин выжила.
- Нет, - покачала я головой, - это Теймпла выжила, она поменялась с Дарин местами, чтобы иметь возможность устроиться с замок, не вызывая подозрений.
- Значит, это была не наша дочь? – ахнула Сьюзен.
- Нет, это была Теймпла Претон, - кивнула я, - и потому-то такие изменения в характере. У обеих было сильно изуродовано лицо, а проверять никто не стал.
- С ума сойти! – протянула Джуди, и кинулась на сестру, - ты хоть понимаешь, что наделала?
- Понимаю, - кивнула Стефани, - мне нет оправдания. И я готова понести ответственность.
- Что, отправишься на виселицу? – прищурилась сестра, а Стефани побледнела, - идиотка! Кретинки! Надо было идти в полицию, а не заниматься самосудом!
- Я уже была в полиции! – вскричала Изабелла, - но ничего не добилась! Как было ещё с ней поквитаться?
- Не волнуйтесь, - вздохнул инспектор, - вам ничего не будет.
- Спасибо, - не выдержав, разрыдалась Изабелла, - я так боялась. Спать спокойно не могла. Но она должна была ответить.
- И она ответит, - кивнула я, - за всё ответит. Высшую меру, правда, вряд ли дадут, но срок получит.
- Кто получит срок? – оторопела Стефани.