Герцог Клонель собирал войско. Получив владения Черного Барона я так и не получил его титул, а потому оставался в вассальной зависимости не короны а Клонеля. Хотя тут и был юридический казус, но всех устроило текущее положение дел. Потому меня также призвали в войско. Правда, здесь было одно но. Благородные рыцари, бароны и графы не желали видеть равным себе купчишку. У купца можно взять денег, можно весело провести время в одной из клонельских бань, решить торговые дела, но в войне…. Так что призвать меня призвали, но заодно воспользовались моим предложением продать герцогу восемь десяток повозок и сделали главой обоза, который из них и сформировали. Должность это малопочетная, хлопотная и мало кто соглашался на нее идти, а тут под рукой оказался «благородный» купец.
Повозки загрузили провизией, оружием, походными кузницами, шатрами и прочим скарбом. Меня, наверное, в насмешку над моим титулом обязали привести под знамена Клонелей не обычные для дворянина три десятка солдат, а просто обеспечить возчиками обоз.
В поход одного конечно не отпустили. Рэнди немного перетасовав составы, собрал небольшую армию. Две команды, ходившие в Ларог, насчитывали пять десятков человек, временно эти люди остались без работы, при этом хорошо знали торговые пути северного соседа. Два десятка арбалетчиков, два вооруженных алебардами и десяток кочевников. К этому добавился десяток наемников гестов во главе с Тарином сыном Омаха главой Серебряных молотов.
Серебрянные молоты, вот уже год как переселились на мою землю. Кузнечное дело вот страсть этих гигантов, а новые печи, секреты плавки чугуна привлекли их сильнее денег. Клан молотов был младшим в сложной иерархии гестов, численность составляла всего пятьсот особей, четыре сотни из которых были мужчины. Так что их легко отпустили осваивать новые земли, тем более что колония гестов в Риттене росла, и гигантам становилось тесно в метрополии. Мы с радостью приняли гестов на своей земле и в обмен за их труд платили не только звонкой монетой, но и делились своими секретами. Фатти с гестами уже делали прототип новой жатки, пытались механизировать процесс производства простейших инструментов. Одним из условий поселения, была вассальная зависимость и как следствие участие в войске сюзерена. Потому два десятка гигантов были приняты в наши ряды и стали ударной силой гарнизона замка. Тарин был молод и ни разу не участвовал в битве, а потому чтобы стать полноценным вождем он решил принять участие в походе Клонелей.
Акс холод выжил и в итоге стал магом замка. В поход я его не отпустил, оставив на нем и Огле свою семью. Магическую защиту военного похода взял на себя Лианг и пара наемных магов из торговых команд. Обоз мы немного переоборудовали. Повозки оснастили щитами, для десятка из них, нарастили борта и увеличили колеса, сделав что-то вроде арб, только на четырех колесах. Пять телег — оборудовали под крутящиеся стрелометы. Еще одна везла небольшую разборную катапульту.
Для двухтысячной армии Клонеля хватило бы и пяти десятков возов, тем более многие дворяне везли фураж и провизию на своих телегах. В обозе же под моим началом их было около ста. Все свободное место было заполнено оружием. Дешевые копья, мечи и топоры, часть из которых Клонелю продал я, а самое ценное две сотни простых армейских арбалетов. Все это везли горным племенам кантабаров и аквитанов, которые по сведениям разведки взбунтовались против короля Дориана.
Основной удар Ларог готовил по Штиру — кузнечной столице человечества. Таленгар в войне рассчитывал на помощь Риттена, тем более четвертый легион базировался у Штира, защищая интересы самого могущественного государства человеческого анклава. Но как оказалось позже, удар был таков, что самому Риттену потребовались все его северные легионы, чтобы остановить вторжение. Два из пяти великих кланов орков вступили в войну. Нападению подвергся Датлен, еще одна армия беспрепятственно пройдя по территории Ларога, ударила по Риттену. Армия Ларога как и ожидалась, двинулась к Штиру, но встретить их мог лишь Гин Седьмой со спешно набранной армией, которая была значительно слабее ларогцев усиленных орочьими кланами.
Клонели же вместо того, чтобы присоединиться к войску короля, на тот момент уверенного в поддержке четвертого легиона, были направлены ударить по Ларогу с востока, там по замыслу полководцев мы должны были беспрепятственно пройти герцогство Кроков и, соединившись с кантабарами и аквитанами, создать угрозу разорения центральных провинций Ларога.
Горные племена кантабаров и аквитанов контролировали три перевала между Ларогом и степями айвов. Дикари были многочисленны, а неприступные горы долгие годы давали им возможность жить независимо от короля Дориана. Но постоянные набеги варваров, вынудили Дориана лет десять назад совершить карательный поход и сделать перевалы частью своих восточных провинций. Но, то аквитаны, то кантабары бунтовали с завидной периодичностью. Чем и решили воспользоваться Клонели. Тем более что вожди горцев, как уверяли савахи, просили помощи.
Глава 2
Поход возглавил граф Ал Далан. Воин — маг опытнейший полководец герцогства. Но и он ничего не мог поделать со сложившейся ситуацией. Войско на марше как слепни окружили летучие разъезды ларогцев. Никакого ощутимого вреда они не причиняли, но необходимость постоянно быть на стороже держала людей в напряжении. Рыцари соревновались между собой за право догнать юркого противника. Иногда это удавалась и следовала короткая расправа, но чаще загонщики попадали в засаду и откатывались к колонне зализывать раны.
Ал Далан каждое утро проводил военный совет, на котором мне как обознику приходилось участвовать. Моим постоянным соседом в шатре графа был барон Серв. Охрану обоза поручили его дружине. Наверное, барон, единственный достойный муж среди благородной, заносчивой братии. Он привел четыре десятка пехотинцем и десяток всадников. Вооружены воины были разным оружием, но добротным и основательным. Сам феодал пользовался неизменным авторитетом у разношерстой толпы знати, которая встала под знамена Клонеля.
В то утро Ал Далан рвал и метал. Накануне десяток всадников из числа «благородных рыцарей» вновь поддался на провокации противника и, оторвавшись от колонны начал преследование разъезда ларогцев. Кончилось все двумя трупами и тремя легкоранеными. Отныне каждый повинный в подобной бездумной атаке будет наказан лично графом, а суд нашего полководца скор и суров. В то же время все понимали, что отгонять обнаглевших ларогцев надо.
Была у нас с Рэнди задумка на этот счет, но проявлять инициативу, да еще под клеймом трубочистов — обозников — значит насмешить всех вокруг. Но делать что-то нужно. Ларогцам особенно понравилось безнаказанно постреливать в сторону обоза, ибо никто их тут особо не отгонял, и один из возничих на днях был ранен случайной стрелой. Учитывая, что благородные шли впереди пехоты, дабы пыль глотала пехота, а пехота впереди обоза, помощь к нам решись противник отбить повозки шла бы несколько дольше, чем смогли сопротивляться воины Серва и мои. Так что я с Рэнди при поддержке барона Серва решили отыграть заготовку, которую он обкатал, еще ходя в караванах на Судах.
Ранним утром десяток айвов и всадники барона ушли влево и вправо от колонны, причем на такое расстояние, что исчезли из видимости. К обоим десяткам придали магов, чтобы те могли держать связь с колонной. Разъезды противника показались ближе к обеденному привалу, к слову сказать, обычно в них было не более пяти воинов. Как обычно, ларогцы приблизились на полном скаку к колонне и стали постреливать, без видимого успеха, находясь на относительно безопасном расстоянии. В это время получившие сигнал айвы, с их стороны пришел противник, стали сжимать петлю. Заметившим их ларогцам ничего не оставалось, как развернуться навстречу айвам, но тех было в два раза больше, или попробовать, промчавшись вдоль обоза оторваться от них, а потом раствориться в степях. К нашей радости ларогцы выбрали второй вариант. Пять всадников галопом помчались вдоль обоза.