РАССКАЗ ОБ АПТЕКАРЕ И ЛЮБИТЕЛЕ ГЛИНЫ
Жил горожанин… чем-то он болел;
Он, как халву, простую глину ел.
Аптекаря однажды посетить
Пришлось ему, чтоб сахару купить.
Аптекарь вмиг (он плут великий был)
Комками глины гири заменил.
Сказал: «Торгую без обмана я —
По гирям глина взвешена моя!
Что вы хотите?» — «Сахар нужен мне,
А глина гири заменит вполне».
А сам подумал: «Гирь в аптеке нет.
Пустое! Глина лучше, чем шербет».
Вот так же сваха к юноше пришла:
«Ох и невесту я тебе нашла!
Боюсь — неровня вам. Беда одна —
Дочь нашего кондитера она».
А он в ответ: «Что слаще и жирней
Кондитерских любезных дочерей!»
«Ты не имеешь гирь, но глина мне
Ценней и слаще сахара вдвойне».
Аптекарь тот весы установил
И вместо гири глину положил.
И не спеша пошел в покой другой
Колоть индийский сахар дорогой.
Сказал: «Простите мне, как на беду,
Топорик свой никак я не найду».
Пока топорик он, ворча, искал,
Тот покупатель глину колупал.
Пихал он воровато глину в рот,
Боясь: «Аптекарь невпопад придет,
Заметит: глину ем я, скажет — «вор».
Тогда — увы — беда мне и позор!»
Но про себя аптекарь от души
Смеялся: «Ешь, несчастный, не спеши.
Ты у меня желанное нашел.
Меня боишься, ибо ты — осел.
Ешь, ешь, любезный, досыта… А мне
Одна опаска — вдруг ты мало съешь?
За съеденную глину я прощу,
По весу глины сахар отпущу.
Не ведаю, поймешь ли ты потом,
Кто был из нас разиней и глупцом!»
О НАБОЖНОМ ВОРЕ И САДОВНИКЕ
Бродяга некий, забредя в сады,
На дерево залез и рвал плоды.
Тут садовод с дубинкой прибежал,
Крича: «Слезай! Ты как сюда попал?
Ты кто?» А вор: «Я — раб творца миров
Пришел вкусить плоды его даров.
Ты не меня, ты бога своего
Бранишь за щедрой скатертью его».
Садовник, живо кликнув батраков,
Сказал: «Видали божьих мы рабов!»
Веревкой вора он велел скрутить
Да как взялся его дубинкой бить.
А вор: «Побойся бога, наконец!
Ведь ты убьешь невинного, подлец!»
А садовод несчастного лупил
И так при этом вору говорил:
«Дубинкой божьей божьего раба
Бьет божий раб! Такая нам судьба.
Ты — божий, божья у тебя спина,
Дубинка тоже божья мне дана!»
СПАСШИЙСЯ ВОР
Какой-то человек, войдя в свой дом,
Увидел вора, шарящего в нем.
Погнался он за вором, в пот вогнал.
И уж совсем он вора настигал,
Но закричал в ту пору вор другой:
«Эй, не беги, почтеннейший! Постой!
Поди сюда, взгляни-ка— вот следы
К твоим дверям крадущейся беды!
Иди по ним, о добрый человек,
Чтоб не утратить все добро навек».
Подумал тот: «А вдруг ко мне опять
Другой злодей забрался воровать?
Бегущего ловить какой мне прок?
Вернусь-ка я скорей на свой порог.
А вдруг забравшийся ко мне злодей
Жену мою зарежет и детей!
Тот муж, — видать, доброжелатель мой,—
Не зря советует спешить домой».
«О друг! — второго вора он спросил.—
Какие ты следы еще открыл?»
А вор ответил: «Видишь — три следа?
Вор этот подлый убежал туда!
За ним скорей, почтенный, поспешай,
Чтобы не скрылся этот негодяй».
«Ах ты осел! — несчастный завопил.—
Ведь этот вор в моем жилище был,
Ведь я его почти уже догнал!
Ты задержал меня — и он удрал.
Ты мелешь о следах какой-то вздор!..
Что мне в следах, когда вот сам он — вор?»
А вор ему: «Увидя вора след,
Полезным счел я дать тебе совет».
Тот вору: «Или ты совсем дурак,
Иль сам ты вор. Всего вернее — так.
Я догонял, почти схватил его.
Ты закричал — я упустил его!»
РАССКАЗ ОБ УЧИТЕЛЕ
Один учитель был не в меру строг.
Был детям ад любой его урок.
И, становясь день ото дня лютей,
Он до отчаянья довел детей.
Однажды перед школою, в тиши,
Советоваться стали малыши:
«Придет он скоро; как ему не лень
Томиться здесь, томить нас целый день?
Хоть заболел бы он — спаслись бы мы
От злой зубрежки, словно от тюрьмы.
Да крепок он, как каменный сидит,
Кому бы дать затрещину — глядит».
Сказал один малыш, смышленей всех:
«И обмануть мучителя не грех.
Условимся: один из нас войдет —
Посмотрит и ладонями всплеснет:
«Салам! Храни вас благодать творца!
Что с вами стало? Нет на вас лица!»
Другой войдет: «Учитель дорогой,
Какой вы бледный, вы совсем больной!
И третий и четвертый… Так подряд
Все тридцать это слово повторят:
«Что с вами? Дай вам боже добрый час
Да уж не лихорадка ли у вас?»
Ему покажется от наших слов,
Что он и в самом деле нездоров.
Как он больным себя вообразит —
Воображение его сразит.
И умный человек с ума сойдет,
Коль верх воображение возьмет».
«Ай, молодец! У нас ты всех умней»,—
Обрадовались тридцать малышей
И клятву дали заодно стоять
И тайну никому не выдавать.
Вот мальчик тот, что всех смелее был,
Дверь в помещенье школьное открыл:
«Салам, учитель! Сохрани вас бог!
Как здравье ваше? Вид ваш очень плох».
Учитель буркнул: «Я вполне здоров.
Садись и не болтай-ка пустяков».
Но все ж от замечанья малыша
Тревоге поддалась его душа.
Второй малыш сказал: «Как вы бледны!
Учитель дорогой, вы не больны?»
И третий мальчик то же повторил.
Четвертый, пятый то же говорил…
И так все тридцать школьников подряд —
Тревогою учитель был объят,
От страха он невольно ослабел:
«Да я и впрямь, как видно, заболел!»
Вскочил, свернул поспешно коврик свой
И через дворик побежал домой.
Ужасно на свою жену сердит:
«Я страшно болен, а она молчит.
Я при смерти, а ей и дела нет!»
Бежит домой, бегут ребята вслед.
Жена спросила, увидав его:
«Что с вами? Не случилось ли чего?
Ведь вы не возвращались никогда
Так рано! Да минует нас беда!»
«Ты что, ослепла, что ли? — муж в ответ.
Ты моего лица не видишь цвет?
Все люди мне сочувствуют, одна
Не видит мук моих моя жена!»
«Да ты вполне здоров, — жена ему,—
С чего ты вдруг взбесился, не пойму».
«Негодная! — учитель возопил.—
Я бледен, я дрожу, валюсь без сил.
Взгляни, как изменился я с лица —
Да я на грани смертного конца!»
Жена: «Я дам вам зеркало сейчас,
Не изменился цвет лица у вас».
«Да провались ты с зеркалом своим!—
Вскричал учитель, яростью палим.—
Постель мне постели, чтоб я прилег.
Живей! Я от болезни изнемог».
Постель ему устроила жена.
«Бесцельно спорить, — думала она.—
Он не послушает разумных слов.
Хоть вижу я, что он вполне здоров.
Ведь от дурной приметы человек
Порой больным становится навек»,
Под несколько тяжелых одеял
Учитель лег, и охал, и стонал.
Ученики, забившись в уголок,
Бубнили хором заданный урок.
Малыш, что всю затею изобрел
И на учителя болезнь навел,
Сказал: «Вот мы бормочем и кричим —
И нашему учителю вредим.
От шума головная боль сильной,
А стоит ли болеть из-за грошей?»
«Он прав, — сказал учитель, — Полно вам!
Ступайте-ка сегодня но домам».
И малыши, прервавши свой урок,
Порхнули птичьей стайкой за порог,
А матери, их крики услыхав,
Не в школе — за игрой их увидав,
Спросили с гневом: «Кто вас отпустил?
Сегодня разве праздник наступил?»
А дети отвечали матерям:
«Нас отпустил домой учитель сам.
Он вышел утром к нам, на коврик сел
И вдруг внезапно чем-то заболел».
А матери в ответ: «Обман и ложь!
Да нас ведь сказками не проведешь.
Учителя мы завтра навестим,
Мы ваш обман, лгуны, разоблачим».
Пришли они к учителю домой,
Глядят: лежит он тяжело больной.
Вспотев от жарких, толстых одеял,
Он, с головой укутанный, стонал.
Сказали женщины: «Помилуй бог!
Учитель наш и впрямь уж очень плох.
Ведь если он умрет, то как нам быть?
Кто будет наших сорванцов учить?
Не знали мы, что впрямь недуг напал
На вас, учитель!» — «Я и сам не знал,
Да за уроком ваши сыновья
Увидели, что очень болен я.
Кто весь в трудах — почувствует не вдруг,
Что силы подточил ему недуг.
Кто очень занят, некогда тому
Прислушаться к здоровью своему».