Морквард остановился. Дан натянул тетиву лука.
– Почему вчера, когда был похищен один из нас, ты преградил нам дорогу? – с вызовом спросил Мал.
– Потому что тогда, все, кто едет с тобой, были бы мертвы, – сказал старик. – Считай, что один раз я спас твоих друзей от смерти. Я спасу их еще раз, но прежде ты должен оказать мне услугу.
– Что я могу для тебя сделать?
– Мне нужна смерть оборотня. Это освободит меня.
– Разве ты несвободен? – удивился Хуфтор.
– Хайэ, тот, кто всё понимает лучше остальных, ты должен знать: я существую в плену у голода. Я вынужден поглощать всё, что попадается мне на пути помимо своей воли.
– Он знает мое настоящее имя, – хмыкнул Хуфтор.
– Как смерть оборотня поможет тебе? – спросил Мал.
– Тебе не нужно знать об этом, я сам обо всем позабочусь.
– Что-то мешает мне покончить с ним.
– Я не хочу принуждать тебя, а взываю к твоему разуму. Если ты не протянешь мне руку помощи, весь мир рано или поздно превратится в безжизненную пустыню. Вечный голод – мое проклятье. Я не могу убить себя, но могу уничтожить любого, кто встанет на моем пути.
– Что же с тобой будет, когда ты съешь всё живое?
– У меня есть еще время подумать на этот счет, в моем распоряжении несколько тысяч лет. Но я не хочу ждать – я хочу свободы, а для этого мне нужна смерть твоего оборотня.
– Тебе нужен мой оборотень?! Разве у тебя нет своего?
– Я – это ты.
Мал удивленно посмотрел на Лесного воина и увидел своего двойника. Мгновение спустя он обратился в ребенка и стал стремительно взрослеть. У него появился и исчез змеиный торс. Затем двойник превратился в дряхлого старца, и, в конце концов, в жидкого призрака.
– Кто ты?! – закричал Мал и упал на колени, обхватив голову руками.
У него пронеслось смутное воспоминание, что это действительно уже было в его жизни. Он чувствовал невыносимую головную боль:
– Всё началось с желания стать бессмертным. Анубис проник в мои мысли. Неужели боги могут исполнить желание непроизнесенное вслух? Не может быть!
– Вспомни будущее! – прозвучал призыв в его голове.
Мал попытался вспомнить то, чего с ним еще не было. Тщетно: он мог восстановить в памяти только прошлое:
– Почему я ничего не помню? Господи, неужели всё это случилось со мною?
– Невозможно вспомнить будущее, но ты можешь его предвидеть, исходя из собственных желаний, принятых решений и совершенных поступков, – сказал Лесной воин, вернувшийся в облик старца. – Оставь сомнения, помоги мне, и ты поможешь себе.
– Я не хочу смерти оборотня! – закричал Мал.
– Может быть, ты хочешь стать таким же, как я? – сказал Лесной воин и исчез.
Мал попытался встать, но не смог: безмерная усталость навалилась на него. Он снова упал на землю, и слезы покатились из его глаз. Он плакал сразу обо всем: о собственной нелепой судьбе, о безумном желании, так не вовремя вырвавшемся из глубины души, об утраченной возлюбленной. Вот о чем нужно не забывать ни на мгновение:
– Маргарита, я найду тебя. Я найду тебя, во что бы то ни стало.
Он повторял эти слова как заклинание до тех пор, пока его плеч не коснулась рука, и Мал сквозь рассеивающуюся пелену забытья услышал голос Хуфтора:
– Вставайте, принц, перед нами дорога на Абидос.
Мал сел на коня, и всадники выехали на дорогу, ведущую всё дальше от Сухого леса. Разговор с Лесным воином не отпускал принца. Мал случайно обронил:
– Можно ли доверять Лесному воину?
Ехавший рядом Верн сказал, что не знает, как ответить на этот вопрос.
– Я желаю побыть один, – объявил Мал и подстегнул коня.
Стоило ему оторваться на сотню шагов, как Орион вдруг встал на дыбы и заржал. Впереди по дороге к ним шла арабская девочка, оставляя за собой едва заметные следы на песке. Ее внешнее сходство с Маргаритой, неотличимость походки и жестов были поразительны.
– Зачем ты это делаешь? – произнес Мал.
– Я исполняю твое желание видеть меня.
– Ты ошиблась, если я и хочу видеть тебя, то только мертвой.
Мал дотянулся до связки ритуальных кинжалов, вытащил один из них и подстегнул коня. Девочка улыбнулась ему и побежала прочь. Ее ноги легко подбрасывали маленькое тело над поверхностью песка и несли его вперед со скоростью ветра. Вдруг она остановилась и ровно в тот момент, когда Орион проносился над ней, резко подскочила и вцепилась в наездника. Мал не удержался и выпал из седла, разжав пальцы и выпустив кинжал. Его подхватила девочка. В это мгновение ее голова отделилась от плеч и отлетела в сторону. Обезглавленное тело навалилось на Мала. Он отбросил от себя труп и увидел стоящего над ним Лесного воина с окровавленной секирой в руках. Голова оборотня лежала на песке и с ненавистью смотрела на Лесного воина.
– Как ты смеешь? Тебя нет! Ты никто! Ты пустое место! – шипела голова.
Но очень скоро звуки и без того с трудом вырывающиеся из губ отрубленной головы стихли, и на лице у оборотня застыла маска гнева. Останки потрескались и превратились в прах. Кровь, пролившаяся на одежду Мала, высохла и осыпалась.
–Она сильнее тебя. Не дразни ее. Хочешь убить – убей! И пересчитай кинжалы – их должно быть двенадцать, – сказал старец и исчез.
Мал поверил в то, что его ждет жизнь в теле призрака, но не мог понять, в какой момент он бесповоротно встал этот на путь. Принц скакал в ожидании того, что призрак снова объявится и позволит поговорить с ним. Хуфтор был единственным, кто не потерял самообладания, в точности следуя провозглашенным им самим воинским заповедям. Отрубленная голова оборотня напомнила ему историю о Горгоне:
– В давние времена великий герой, не знающий поражений на полях битв, был сражен красотой женщины, происходящей из царского рода. Но она не приняла ни один из принесенных им даров, она презрела подвиги, совершенные в ее честь, и отказалась стать женой потерявшего голову героя. Но ее жизнь оказалась недолговечной. Она умерла, так и не познав мужа. Великий воин столь сильно желал обладать красавицей, что, лишившись последней надежды овладеть ее живым телом, в приступе безумия похитил ее труп и совокупился с ним. После он увидел сон предвещающий рождение дочери. Воин должен был назвать ее Горгоной, ибо она поможет ему завоевать царство. Спустя девять месяцев Герой проник в гробницу, где была захоронена царевна, и нашел там младенца. Так у него появилась дочь. Он вырастил ее, воспитывая как воительницу. В день совершеннолетия Горгона обрела дар, предназначенный ей еще до того, как она появилась на свет. Ее взгляд лишал людей воли и наводил на них ужас. Это помогло ее отцу завоевать царство, просуществовавшее до тех пор, пока не нашелся смельчак хитростью лишивший Горгону головы и выбросивший ее в море.
– Вместо волос на ее голове кишели змеи, – добавил Мал.
– Когда Горгона разила взглядом, ее пышные волосы вздымались над головой и шевелились. Оттого люди и прозвали ее змееволосой, – объяснил Хуфтор.
Пустыню сменили плодоносные земли, и Мал вновь почувствовал присутствие призрака. Он вырвался вперед:
– Лесной воин, слышишь ли ты меня?!
Воздух в небе всколыхнулся, уплотнился и сжался в тело дряхлого старика. Мал заговорил первым:
– Сколько тебе лет?
– Я сбился со счета. Может быть, несколько тысячелетий.
– Неужели ты – это я?
– Мир совершает движение по кругу. Пришло время, и я вернулся к себе самому, каким был в начале жизни.
– Значит, ты знаешь, чем всё закончится?
– Путь мира всегда неповторим, и люди, населяющие его, слишком непостоянны.
– Что именно изменилось с тех пор, как ты появился на свет.
– Всё стало другим: страны, города, обычаи.
– Что же изменилось во мне по сравнению с тобой?
– Из предложенных Тотом путей я выбрал путь человека, ты же выбрал путь змея.
– Я отрекся от того и другого пути.
Лесной воин задумался, и Мал задал следующий вопрос:
– Почему ты не умираешь?
– Потому что я захотел стать бессмертным, – ответил призрак и добавил, – мои силы на исходе, я больше не могу с тобой говорить.