— А я сломаю тебе нос.
— А я так дам тебе по голове, что она будет болеть целый месяц. А потом я проломлю тебе череп.
— Прошу тебя, давай попробуем относиться друг к другу по-человечески.
— Это ты начал.
— Тогда извини.
— Как мило с твоей стороны!
— Ну же, Подставка для гренок, давай пожмем друг другу руки. Я нашел для тебя кое-что новое и ценное. Кое-что для твоей коллекции.
— По-моему, у меня это и так уже есть.
В комнате показался еще один молодой человек. На нем был шелковый халат с медалью, приколотой к груди. В отличие от первого, он был красив.
— Так-так, что тут у нас?
— Оборванка, — сказал тот, кого называли подставкой для гренок. — Я нашел — чур, мое!
— Я застряла, — сказала я. — Помогите мне выбраться.
— Что это и что нам с этим делать? — сказал красавчик.
— Помогите выбраться, говорю! Я застряла! — заорала я.
— Я не буду ее есть, — проворчал урод.
— Я застряла! — продолжала орать я.
— Чем бы она ни оказалась, — заявил красавчик, — ситуация подводит нас к следующему вопросу: хотим ли мы ее вызволять? Какая нам от этого будет польза?
— Мне больно. Застрять так — это очень больно! Больно, черт вас возьми!
— Не знаю, — сказал Подставка для гренок. — Она может оказаться забавной.
— Что у нас здесь на полу? — сказал тот, что без цепи. — Пепельница. Не твоя пепельница, я видел ее раньше. А это? Булавка для галстука. Чья же она? Выглядит так знакомо. А это что? Туфля, женская туфля! И это не простая туфля, правда? Я узнаю ее где угодно. Она принадлежит Борнобби. Но как она оказалась здесь? Подожди минуту. Ты воровка, правда? Маленькая дрянная воровка. Ты украла все эти предметы рождения. Теперь мне ясно. Зачем ты это сделала? Кто ты? Подожди минуту, подожди-ка одну чертову минуту, ты ведь и мой собиралась украсть.
— Нет-нет, не собиралась.
— Ты пришла сюда, чтобы украсть мой Предмет рождения.
— Тогда вот он я, — отозвался Подставка для гренок.
— Успокойся, Подставка для гренок, никто тебя отсюда не заберет.
— Я так благодарен, мой герой, — протянул тот уныло.
— Он — твой Предмет рождения? — спросила я. — Он? Но он же человек.
— Ты так наблюдательна, — снова протянул Подставка.
— Да, он человек, если его можно так назвать, — сказал красавчик.
— Я тебя вздую! — окрысился Подставка.
— Но он не всегда был таким. Правда, Подставка? Он был…
— Подставкой для гренок! — сказала я.
— Ну конечно, подставкой! Чем же еще?
— Подставкой для гренок! — воскликнула я.
— Серебряной подставкой для гренок, — сказал Подставка. — Серебряной. Я был сделан из серебра.
— Но как он… Как это могло… Как он стал… человеком?
— Тебя это не касается.
— Мы не знаем, — сказал Подставка.
— Заткнись, Подставка.
— Подставка?! Разве?! — выкрикнул тот. — Нет, я уже не подставка. Я — Роуленд Коллис, так меня зовут. Роуленд Коллис. Но он никогда так не говорит. Никогда не называет меня Роулендом. Он никогда не говорит «Роуленд Коллис»!
— Ты подставка для гренок, Подставка. Знай свое место.
— Я все здесь разнесу! Разнесу! У меня плохое настроение. Мне нужно что-нибудь разнести!
— Успокойся, успокойся сейчас же!
— Не могу! Не могу!
— Вот тебе лекарство. Выпей это.
Щеголь протянул ему бутылку. Роуленд Коллис схватил ее и с шумом к ней приложился. Я принюхалась. Запах был довольно знакомым. Джин.
— Бабушка сказала, что его нужно держать здесь, — сказал парень с медалью, — пока все не станет понятно. Так что он здесь, и он — моя вещь. Никто о нем не знает. Только бабушка и теперь, похоже, ты. Так кто ты такая? Что ты делаешь в моей комнате и как достала все эти вещи?
— Я упала.
— Это я и сам вижу.
— Ты поможешь мне? — спросила я. — Пожалуйста, помоги мне выбраться. Думаю, я могла что-то сломать.
Он стоял передо мной, пуская дым из трубки и качая головой. Внезапно он остановился и присмотрелся ко мне повнимательнее. Он даже протянул руку и приподнял прядь моих волос.
— О… боже!
— Что? — сказала я. — Что? Что?
— Я только что понял, кто ты.
— Нет, я не… о ком бы ты ни думал… Я не она. Я служанка. И да, воровка тоже.
— Ты ведь не здешняя, не так ли?
— Нет, нет, я пытаюсь выбраться отсюда. Ты мне поможешь? Пожалуйста, помоги.
— Нет, я не могу тебе помочь. Подставка для гренок, принеси мои туфли!
— А я так надеялся отдохнуть, сэр.
Из-за джина Роуленд Коллис казался очень расслабленным. Ссутулившись, он ушел и вскоре вернулся с парой лакированных штиблет.
— Надень их на меня.
Роуленд Коллис подчинился.
— Ты уходишь? — спросила я.
— Ухожу, чужачка. Ухожу!
— Пожалуйста, помоги мне! Пожалуйста!
— О, я приведу помощь довольно скоро. Сторожи ее, Подставка, а когда я приду, вернись на свое место и ни звука. Я вознагражу тебя за хлопоты.
— Две бутылки! — сказал Роуленд Коллис.
— Как минимум.
Щеголь подошел к двери, вынул ключи и отпер все замки. Он начал открывать дверь, и кто-то тут же просунул в нее ногу, чтобы не дать снова захлопнуть.
— Кто там? — крикнул красавчик. — Кто ломится ко мне в дверь? Назад, или я тебя вздую!
Я узнала туфлю в двери. Это была та самая туфля с царапиной, которую я видела в гостиной. Узнала я и брюки, а затем и их владельца.
Клод.
— Клод! — вскрикнул красавчик.
— Клод! — закричала я.
— Роуленд Коллис, — уныло протянул Роуленд Коллис. — Вот как меня зовут, если это кому-нибудь интересно.
А затем Клод ударил парня с медалью сковородкой. Моей сковородкой.
21 Универсальная затычка для ванны
Повествование Клода Айрмонгера продолжается
Я вхожу
Я ударил Муркуса. Я с ненавистью ударил его сковородой кузины Гастрид (мистер Гарни). Удар был сильным, и Муркус упал на пол, схватившись за свою красивую голову. Мне стало хорошо, я честно признаю это. Я был счастлив. С этим ударом моя ненависть немного ослабла.
![Заклятие дома с химерами i_023.jpg](https://litlife.club/books/235756/read/images/i_023.jpg)
— Пожалуйста! — завывал тот. — Моя голова! У меня идет кровь! Ты убьешь меня!
— Думаю, я действительно так сделаю, если ты немедленно не заткнешься.
— Клод! Клод! — закричала Люси из камина.
Я вытащил ее. Что они с ней сделали? Она была вся исцарапана и перепачкана кровью и сажей. Она выглядела очень жалко, но все же это была она. Передо мной стояла самая что ни на есть Люси.
— Люси Пеннант, наконец-то! Ну и набегался я из-за тебя!
— Из-за меня, Клод? Почему?
— Я обегал весь дом, начиная с гостиной с красным диваном. Я бы никогда тебя не нашел, если бы ты не нашла бабушку. Она подняла такой шум, что даже я его услышал. Все эти слуги бросились к ней, а затем ты исчезла в дымоходе. Я прикинул, с какими каминами может соединяться этот дымоход, и решил заглянуть к Флиппе и Кросспину, но затем услышал голоса за этой дверью и предположил, что ты у Муркуса. Я услышал, как Муркус сказал, что собирается уходить, и притаился у двери. Дождавшись, когда он начал ее открывать, я просунул туда ногу, и тогда в дело вступила сковородка, мистер Гарни, которого я почему-то нашел в гостиной под диваном. Но, как бы там ни было, я здесь, Муркус здесь и ты здесь. И Сесили Грант, туфля Борнобби, и Генриетта Найсмит, и Малышка Лил тетушки Луиссы каким-то образом тоже оказались здесь. А это кто такой? Я никогда его раньше не видел.
— Подставка для гренок, — всхлипнул Муркус. — Но прошу тебя, не говори никому.
— Это Роуленд Коллис, Клод, — сказала Люси.
— Я — Роуленд Коллис, Клод, — сказал странный парень.