И увенчал жрец священной короной главу избранника, и возложил ему на плечи зеленую вышитую золотом мантию, и подал золотой меч и другие регалии. Трижды громко провозгласил жрец его имя. Теперь избранный превратился в Великого, которому принадлежала вся власть над Каффой. Он обладал божественной силой: отныне Хекко говорил его устами. Жрецы бросились ниц и взяли в руки пучки травы в знак смирения и покорности. Они закутали Великого в драгоценные покрывала. Отныне никто не смеет видеть его. Тот, кто взглянет на владыку Каффы, будет убит привратниками и скороходами. Владыка всегда должен оставаться скрытым за покрывалами. Его не видит никто, он же зрит всех. Только через своего верховного жреца будет Великий отныне говорить с народом.
Медленно движется процессия со скрытым за покрывалами повелителем Каффы через толпу, которая благоговейно простирается на земле. Ворота дворца закрываются за процессией. Лишь когда верховный жрец снова появляется перед воротами и останавливает дикий грохот барабанов, свист флейт и рев труб, народ поднимается. От имени Великого, который сейчас вкушает первую трапезу, жрец оповещает, что отныне Великий будет держать суд и расправу согласно обычаям и законам страны. Весь народ приглашен сегодня и на последующие два дня быть гостем на площади перед дворцом.
Тут всюду поднялся сильный шум. Толпа танцевала и пела под звуки литавр и свирелей, труб и флейт. Народ кормили и поили превосходным медовым вином три дня, с раннего утра и до глубокой ночи. После этого все разошлись по домам, восхваляя Великого.
Великий был первым царем Каффы и дал стране это имя. И Хекко говорил его устами. Народ не забыл Миндшо. Он был основателем царствующей династии Каффы, которая названа по его имени Миндшилаш, или род Миндшо. И вот какие
были после него, и вот их имена: Гирра был второй царь[34], он жил в городе Шонга, поэтому его называли государем Шонги; третий царь жил в Аддо[35], четвертый — государь Шадды[36]. Пятый был Мади Гафо, или царь Боррето[37]; шестой был царь Бонги[38]; седьмой назывался Гиба Нечочо[39]; восьмой царь был Гали Гафочо[40]; девятый — Гали Гиночо[41], он был тем, кто сделал великим государство Каффы, он покорил многие страны и возвысился до титула царя царей, он стал царем царей, или императором многих царей, и был первым императором Каффы: после этого титул императора стал титулом всех правителей Каффы. Десятого царя звали Гаки Гаочо[42]; одиннадцатого — Галли Гаочо[43]; двенадцатым был Шаги Шарачо[44]; ему наследовал Беши Гиночо[45]; четырнадцатым царем и шестым императором Каффы стал Хотти Гаочо[46], под его властью царство превратилось в великую и непобедимую державу. За ним следовал Гаха Нечочо[47]. Шестнадцатым царем был Гави Ночочо[48], которого сменил Кайе Широчо[49], и он стал Хекко, который в нем воплотился. Царь Каффы с тех пор и на все времена стал Аттиочо, или царь-бог. Восемнадцатый царь Каффы носил имя Галли Шерочо[50]; последний назывался Гаки Шерочо[51], вместе с ним в наши дни[52] исчезло великолепие Каффы. Наша надежда — его возвращение!
У гробниц царей-богов
Бибер в волнении. Только теперь понял он смысл и значение всех обычаев страны. Лишь теперь ему полностью открылась тесная связь жителей страны с их божественными повелителями. Путь к гробницам царей богов превращается в увлекательное паломничество.
22 июня Бибер на пути к горе Шоша, священной горе, где находятся гробницы царей-богов Каффы. Группа сопровождающих его каффичо осталась внизу, у подножия горы Шоша; еще и теперь каффичо избегают священных мест, куда они, как требует того строгий запрет, никогда не смеют ступить. Только некоторым избранным да диким зверям не возбраняется приближаться к усыпальницам царей-богов Каффы. Милиус и Бибер продираются сквозь лес по узкой, едва различимой тропинке на вершину горы. В величественном уединении девственного тропического леса располагаются здесь погребения царей-богов. Под скрывающей все лесной растительностью Бибер в состоянии различить восемнадцать склепов[53]. Большей частью это обвалившиеся шахты, которые тянутся по прямой линии с запада на восток. Отчетливо видны лишь две могилы: царей Кайе Шерочо и Галли Шерочо.
К своей большой радости, Бибер находит здесь бесценные сокровища. В одной из ям он обнаруживает гондо, драгоценный кувшин, из тех, что ставились в усыпальницу царей-богов при погребении. А вскоре он держит в дрожащих от волнения руках ценнейшую находку — золотой фаллос; он будет уникумом в его богатой каффской коллекции. Под глубоким впечатлением покидают оба друга священное место.
Как всегда, Бибер добросовестно записывает события дня. В нем пробуждается горячее желание узнать, как погребали последнего умершего царя-бога, пережить хотя бы по рассказам древние обряды. Старый певец каффичо может выполнить и это его желание. Вдохновенно начинает он рассказывать, медленно, с достоинством, нараспев. Но на этот раз отсутствует высокий пафос легендарного прошлого. В его словах отражаются только личные душевные переживания.
«Умолк большой царский барабан. Весь народ в каффской стране, все мы теперь знали, что царь-бог Кайе Шерочо умер. Начался траур по великому усопшему. Весь народ постился, и никто не спал в своей постели. Из городов, деревень и поселков страны, ведомый жрецами, стекался в Андерачу народ. И воины во главе с носителями фаллосов шли туда же.
На лугу перед городом воздвигли большой шатер. Там а тяжелом саркофаге покоился усопший царь-бог[54]. Для того чтобы никто из народа не мог приблизиться к великому покойнику, перед шатром соорудили бамбуковый забор. Необозримой толпой стоял народ Каффы в Андераче и вокруг нее. Все молчали; тихий гул огромной толпы был едва различим.
На третий день после сообщения о смерти началась великая тризна. С безоблачного неба Хекко, бог солнца, посылал на землю свои раскаленные лучи, воздух был недвижим.
Мужчины и женщины в едином порыве скорби обнажили до бедер свои тела. Мужчины обрили головы, а женщины рвали волосы, раздирали свои одежды и до крови бичевали себя и мужчин колючими ветками. Сетования собравшегося народа, громкий плач и причитания оповещали о глубокой скорби. Так закончился первый день заупокойных торжеств. Ночью никто не думал о сне. Зажгли множество факелов, которые светились сквозь ночную тьму над горами и долинами.
Подобно веренице блуждающих огней тянулись мимо погребального шатра скорбящие с факелами в руках. В шатре жрецы бога солнца несли стражу подле покойного. Непрерывно произносили они заупокойные молитвы. А перед шатром по обеим сторонам входа выстроились двенадцать жрецов с золотыми щитами Каффского царства, символами двенадцати месяцев года.
33
Государи Каффы. — У царя Каффы постоянно было пять, семь или девять «медше», т. е. жен. Это были дочери царей соседних стран Мало, Куча, Гера и Гумма или девушки из родов Аргепо и Дукко. Его сыновья носили титул «татемо бушо» (т. е. царский сыч, принц) и как законные сыновья царя принадлежали к роду Миндшо. Дочери носили титул «тшибете», т. е. принцессы. Их выдавали замуж за юношей из рода Аргепо или царей Дауро, Гера, Гумма, Мало или Куча.
34
Гирра правил с 1425 по 1460 г.
35
Царь Аддо (1460–1495 гг.). Захватил страну Аддио.
36
Государь Шадды (1495–1530 гг.). Сделал Шадду своей резиденцией.
37
Мади Гафо (1530–1565 гг.). Резиденция его находилась в городе Боррето. При нем в страну проникли первые мусульмане, произошло вторжение оромо Шипенао, а также поселились первые беглецы-христиане — амаро.
38
Царь Бонхи (1565–1605 гг.). Захватил землю Бонга, разделил свою страну на двенадцать областей, поставив во главе каждой правителя — «вораборашо» — «герцога». Число их позднее возросло до восемнадцати. Им подчинялись «графы» — «рашо». Во времена его правления были построены первые христианские церкви. Говорят, он умер ста двадцати лет от роду.
39
Гиба Нечочо (1605–1640 гг.). При нем был установлен строгий культ Хекко.
40
Гали Гафочо (1640–1675 гг.).
41
Гали Гиночо (1675–1710 гг.). Дал стране новое государственное устройство.
42
Гаки Гаочо (1710–1742 гг.). Народ Каффы дал ему имя «великий», при нем было основано царство оромо Джимма-Кака.
43
Галли Гаочо (1742–1775 гг.). Ему дано прозвище Галло.
44
Шаги Шарачо (1775–1795 гг.). При нем был бунт народа Дауро.
45
Беши Гиночо (1795–1798 гг.).
46
Хотти Гаочо (1798–1821 гг.). Ему были подвластны сорок царей и царств.
47
Гаха Нечочо (1821–1845 гг.). Прозвище Беддо. При нем царство Дауро стало независимым.
48
Гави Ночочо (1845–1854 гг.).
49
Кайе Широчо (1854–1870 гг.). Прозвище Камо. Изгнал христианских священников. Начиная с него, все цари носили титул Аттиочо, царя-бога, и жили в многоженстве.
50
Галли Шерочо (1870–1890 гг.). Прозвище Галлито. При нем были гонения на католиков; он постановил, что ни один из рода Миндшо не имеет права стать христианином («критино») или мусульманином («нагадо»). Народ стал называться с тех пор «хеккитино», т. е. последователями культа Хекко. После того как Каффа была присоединена к эфиопской империи, культ Хекко отступил перед эфиопской формой христианства «карра хаимонот», государственной религией Эфиопии.
51
Гаки Шерочо (6. IV 1890-10. IX 1897). Прозвище Тшинито. Приказал истребить в стране всех львов, чтобы обезопасить крестьян. Умер в изгнании.
52
В наши дни — т. е. в дни рассказчика. (Прим. ред.)
53
…восемнадцать склепов. — Царские усыпальницы достигали каждая двух метров в ширину и длину и семи метров в глубину. На восьмой день после торжественного погребения над могилой строили круглый шатер «годо» 6 метров диаметром без срединной балки. Основание шатра уставляли глиняными кувшинами «гондо», наполненными медовым вином. Полый бамбуковый ствол вел из шатра сквозь грунт к покойнику. Обычно у каффичо не было общих мест погребения. Каждая семья хоронила своих покойников вблизи поселения. Эти могилы представляют собой шахтные захоронения. Могила каффичо, как и древнего египтянина, имеет вид отвесной шахты трех метров глубины, от которой по основанию отходит штольня — два метра в длину и два метра в ширину. Во время похорон только шахта засыпается землей. Вокруг могилы выращивали живую изгородь из кустарника, однако не насыпали ни кургана, ни даже земляного холмика.
54
…покоился усопший царь-бог. — Тело покойного царя натирали благовонными маслами, облачали в царские одеяния, на палец надевали перстень и клали в «дуе гоно» — саркофаг из полого древесного ствола, который ставили на возвышение.