И народ Миндшожил по его заветам и постепенно создавал себе на обширном плоскогорье новую родину.
Люди образовали племена и роды и избрали старейшин, которые творили справедливый суд.
Ни один не был богаче другого, и ни один не был беднее. Все были равны и свободны.
Так повелел Миндшо. А над страной сиял
Случалось иногда, что ночами Миндшо в уединении размышлял и беседовал с богами.
Желтыми, красными, голубыми кристаллами сверкают звезды в темном ночном небе. Погруженные в глубокое молчание стоят исполинские деревья и высокие горы. И вечность говорит с уединившимся. Искрами рассыпается, падая с неба, звезда. Боги посылают людям предзнаменование. Доброе оно или злое? Никто не знает этого, и Миндшо вверяет добрым силам свою судьбу и судьбу своего народа.
Тихая утренняя заря застает Миндшо бодрствующим в одиноких раздумьях и молитвах. Сияя, подымается на востоке Хекко — творец мира, властелин богов, святейший и величайший из четырех великих древних богов, вездесущий и бессмертный. Ибо Хекко — это солнце.
Так Миндшо благодарил Хекко за божественную помощь и силу. И созвал он народ свой и говорил Хекко его устами: «Войеботе! Внимайте! Таков закон благодарственной жертвы! И он священен! Воздвигнем храм Хекко, величайшему из богов. И пусть мудрые старцы окропят алтарь кровью жертвенных животных. Да будет милостив к нам Хекко».
И сделали так, как повелел Миндшо. И весь народ возносил хвалы богу.
Казалось, что Хекко особенно милостив к этой стране. Пашни приносили богатые плоды, повсюду радостно трудились люди. То здесь то там возникал поселок, поселки превращались в села, вырастали города. Наполнялись зерном амбары, а на сочных лугах пасся скот. Казалось, наступил золотой век.
В эти дни миролюбивый Миндшо, наслаждаясь величайшей любовью и уважением своего народа, созвал на пир всех старейшин и вождей. И уже подавали на стол драгоценный напиток, приготовленный женщинами, как, запыхавшись, вбежали гонцы. Так в мирную мелодию, которую на пиру исполнял флейтист, вторгся недобрый звук; и казалось, что должны загреметь
Ибо таково было сообщение гонцов. Чужеземцы ворвались в страну, они берут все, что им нравится от плодов полей, режут скот и посягают на честь женщин. Черна, как ночь, их кожа; головы, руки и ноги разрисованы устрашающими знаками, а в волосах торчат пестрые развевающиеся перья.
От имени старейшин своих племен просили гонцы о немедленной помощи.
В возбуждении вскочил Миндшо и повелел: «Идите и принесите мне священный барабан войны, который предки наши взяли с собой со своей родины!»
И он созвал свой народ и сказал:
«Войеботе! Внимайте! Мужчины и женщины, молодые и старые! Гонцы принесли нам ужасную весть: чужеземцы, темнокожие и черные, как ночь, вторглись в нашу страну с юга. Они грабят поля и загоны для скота и посягают на честь наших женщин!
Внимайте! Я призываю вас к оружию, независимо от возраста! Лишь самые юные да дряхлые старики пусть останутся дома. Я провозглашаю войну!»
И Миндшо, взяв тяжелую деревянную колотушку, размеренно бьет в древний барабан. Далеко отдается эхо, и барабаны в глубине страны подхватывают его и передают дальше. С угрожающей скоростью летит их зов через долины и горы: «В стране война! К оружию, воины!»
Наконец, барабан замолк. Миндшо хватает правой рукой горящий факел и бросает его в приготовленный костер. Ярко вспыхивает священный огонь войны. И гонцы окунают в пламя пропитанные маслом деревянные палки и с пылающими факелами в руках спешат на север и юг, на восток и запад. И скоро на окрестных горах полыхают огни войны. Они пылают по всей стране, оповещая:
Таков древний закон страны Нила, и его придерживается Миндшо. Он быстро гасит пламя; теперь его зажгут лишь тогда, когда барабанная дробь победы снова зазвучит в стране.
День за днем стекается огромная армия. Когда же собралось войско, стали воины молить Хекко о благом предзнаменовании.
И случилось так, что рассеялась дымка утреннего тумана — период дождей уже наступил — и восходящее солнце залило своим светом собравшийся народ. Благоговейная дрожь пробежала по толпе. Уверенные в победе, отправились воины в бой.
Из темноты леса, со всех сторон ринулись навстречу враги в неистовом и яростном порыве; Дикие крики издавали черные, как ночь, дикари. Упорно и монотонно моросил дождь. Молча и ожесточенно сражались Миндшо и его воины. Видимый всем Миндшо являл образец мужества. Но чем может помочь даже самое храброе сердце, если противник намного сильнее?! Сраженные герои один за другим падали на землю, и победа, казалось, клонилась на сторону чернокожих. Ожесточенно сопротивлялись поредевшие ряды воинов Каффы. И в минуту величайшей опасности, преисполненный веры в победу, призвал к себе Миндшо лучших из своего народа и отдал им такой приказ: «Ворвитесь в передние ряды, увлеките за собой храбрейших! Ищите боя с вождями врагов! Вы должны их повергнуть, — сломить их силу! Пробейтесь к черным вождям! Лишите врагов руководства! Убитых же лишите мужественности, ибо в мужественности — сила мужчины. Кто отнимет мужественность, тот возьмет и силу. Если враг потеряет ее, перейдет она к вам. И возьмите себе видимый знак мужественности врага. Вот что повелеваю я вам!»
В шуме боя громкие повеления Миндшо смешивались с последними криками пораженных насмерть и стонами умирающих. Он увлек воинов своей верой. И началась такая сеча, какой еще никогда не бывало. Земля обагрилась кровью. Миндшо и его воины творили истинные чудеса храбрости. Искалеченные вожди чернокожих издавали предсмертные стоны. Лишившись вождей, дикари разбежались в паническом ужасе. И когда день склонился к вечеру, Миндшо стал хозяином окровавленного поля битвы. А победители привязали ко лбам видимые знаки мужественности врагов.
Затем Миндшо созвал свой победоносный народ из всех областей страны на
праздник мира. Снова, как в те дни, когда окончилось великое странствие, весь народ, мужчины и женщины, старые и малые, расположились на огромном лугу. Необозримая толпа с нетерпением ожидала своего повелителя. И снова воздвигли огромный костер и поставили рядом большой старый священный барабан.
Смотри! Вот появляется торжественная процессия старейшин, сопровождающих Миндшо. Один из них знаком призывает к молчанию и говорит: «Войеботе! Внимайте! Весь народ возносит хвалу богам и непобедимому, что привел нас к победе, — Миндшо!» И они преклоняют колена, воздевают руки к небу и возносят хвалу.
А Миндшо думал о том, что победу добыли герои, и о том, какую скорбь принесла стране смерть лучших из них. И он опустил глаза к земле, чтобы никто не видел, как наполнились они слезами. Призвал он потом героев и повелел народу: «Благодарите тех, кто боролся с врагом и поверг его». Затем назвал он храбрейших по имени и велел подойти к нему, чтобы каждый их видел. И застенчиво подымались один за другим и подходили к нему герои, пока число их не стало велико, и ни один не был пропущен.