– Я не знала, что Элли возьмет трубку. Она вообще-то этого не делает, но в последнее время я так часто говорю по телефону, что она просто…
– Вы не должны были выпускать его из рук ни на секунду.
– Мы немедленно прекратим разговор, если вы будете говорить со мной подобным образом, Сэнди!
Она немного помолчала.
– Джон звонил из Клируотера, к северу от Камлупса. Завтра мы установим за вами наблюдение, и патруль будет круглосуточно дежурить у вашего дома, – спокойно сказала она.
– Вы думаете, что Джон направляется сюда?!
– Мы не знаем, что он намерен делать.
Сердце выскакивало у меня из груди.
– А как же Элли? У нее занятия в школе, и…
– Поговорите с учителями, скажите, что речь идет о ее безопасности. Убедитесь, что они знают о том, что Элли нельзя ни с кем отпускать. Приводите ее прямо в класс, и пускай она ждет с учителем, пока вы не заберете ее домой. Не спускайте с нее глаз.
– Вы же не думаете… Он не причинит вреда Элли, правда?
– Нам известно только, что он очень зол, и из-за этого Даниэла, скорее всего, уже мертва.
– Прекратите винить меня, Сэнди! Если бы вы хорошо выполняли свою работу, он бы вообще мне не звонил. Почему другие не занимаются этим делом?
– Сейчас над делом Кемпингового Убийцы работают все сотрудники отдела по борьбе с тяжкими преступлениями, но этот процесс…
– Ваш процесс не работает!
Я бросила трубку и пошла к машине, чувствуя, как меня переполняет праведный гнев.
Но тут я подумала о Даниэле, и мое сознание заполонили образы: вот она умирает в лесу, ее пальцы скребут по влажной земле, она умоляет пощадить ее…
Правда кислотой жгла мне душу. Это моя вина.
Домой мы ехали в тишине. Эван, хмурясь, взял меня за руку, и я была благодарна ему за поддержку. Глядя в окно, я скрывала от Элли слезы.
– Может быть, тебе поговорить с родными? – предложил Эван.
Я покачала головой.
– Сэнди придет в бешенство. Кроме того, я не хочу их во все это втягивать.
– Они могут удивиться, что ты так долго молчишь.
– Они привыкли к тому, что я чем-то увлекаюсь. Я скажу, что занята подготовкой к свадьбе или что у меня проблемы с заказами.
Так и было. Я вспомнила все письма, связанные с работой, на которые так и не ответила, и мне стало страшно.
– Наверное, тебе нужно взять отпуск.
– Я столько лет строила свое дело… Не могу же я все бросить.
– Потом догонишь.
– Я всего лишь немного отстала с заказами. Я справлюсь. – На самом деле я уже достаточно серьезно запаздывала с выполнением работы.
– Я подумал, что тебе с Элли стоит пожить со мной на турбазе.
– У Элли и так уже проблемы в школе. Я не могу отрывать ее от занятий. И турбаза так далеко. Если там что-то случится…
Раньше мне нравилось ездить к Эвану на турбазу и временами заглядывать в расположенный неподалеку городок Тофино с его поразительной смесью культуры хиппи, пятизвездочных отелей, кофеен, где можно отведать булочек с конопляными зернами, галерей с каменными статуэтками и байдарочных станций. Но сейчас я думала только о крохотном полицейском участке, расположенном в нескольких часах езды от турбазы. Добираться туда нужно было по горному серпантину, где не работали мобильные телефоны.
– Тогда мне следует взять отпуск.
Я удивленно посмотрела на него.
– И как ты собираешься это сделать? Ты же только вчера говорил, что места на турбазе забронированы уже на все лето.
– Мне не нравится, что ты остаешься здесь одна, – вздохнул Эван. – Сейчас я должен быть рядом, должен заботиться о тебе и Элли.
Элли сидела на заднем сиденье, слушая плеер Эвана, но я все равно понизила голос.
– С нами все будет в порядке. Копы охраняют наш дом, и у нас установлена сигнализация. Кроме того, ближайшие пару дней ты будешь здесь. Я не думаю, что Джон приедет на остров. Когда он злится, то просто меня игнорирует.
– Я хочу, чтобы ты была максимально осторожна.
– Да что ты говоришь!
Мы немного помолчали.
– Может быть, он уже отпустил ее, – сказала я. – Знаешь, до того, как позвонил мне.
– Может.
Эван, отводя взгляд, сжал мою руку.
Вот почему я не хотела ждать среды. Я не могла ждать. Я только и делаю, что жду. Все выходные мы с Эваном непрерывно смотрели новости, подпрыгивая всякий раз, как звонил телефон. Но Джон так и не связался со мной. К вечеру позвонил Рейнолдс. Он сказал мне то же, что и Макбрайд, за исключением тех ее слов, от которых я почувствовала себя так, словно лично подписала Даниэле смертный приговор.
Я пожаловалась Билли, что мне кажется, будто все вышло из-под контроля, и он опять посоветовал мне почитать книгу, которую непрерывно цитирует.
– Это единственное, что помогает мне, когда я волнуюсь из-за расследования, – сказал он. – Почитав ее, я еще раз просматриваю все материалы по делу и разрабатываю дальнейшую стратегию. «Опытный воин не станет полагаться на то, что противник не нападет. Он будет думать о том, с чем его встретить». Я обдумываю все возможные варианты развития событий и готовлюсь к каждому из них.
– Ничего себе! – удивилась я. – Когда же вы спите?
– А я не сплю, – рассмеялся он.
Удивительно. Я думала, что Рейнолдс из тех мужчин, которые проваливаются в глубокий сон, едва коснувшись подушки головой, как Эван. Приятно узнать, что не одна я мучаюсь от бессонницы.
– Эван останется дома на выходные.
– Это хорошо, Сара. Держитесь!
После этого мы попрощались.
Рейнолдс должен вернуться на остров в понедельник, то есть сегодня, поэтому я уверена, что он еще позвонит. Сэнди пока остается в Камлупсе. Пока не найдут Даниэлу, наверное…
Эван оставался дома до упора, даже переночевал, хотя обычно уезжает в воскресенье вечером. Бедняга, ему пришлось вставать в четыре утра, чтобы успеть на базу. Я проводила его, и мы долго обнимались перед дверью. Потом я пошла в комнату к Элли и подремала на ее кровати, пока не пришло время собирать ее в школу.
Родителей Даниэлы пару раз показывали по телевизору. Эван говорит, чтобы я не смотрела новости, но я ничего не могу с собой поделать. Ее мама выглядит очень молодой. Наверное, она родила Даниэлу в том же возрасте, что и я Элли. Я все думаю о том, что мама сказала Даниэле на прощание. «Будь осторожна»? «Хорошо тебе провести время»?
Сеанс двенадцатый
Спасибо, что согласились встретиться со мной сегодня. Вечером вы все равно увидите это в новостях, но я хотела рассказать вам обо всем сама. Если смогу, конечно. Всю дорогу сюда я думала о том, что сказать, но… это так тяжело. Я даже Эвану еще не сообщила – он вышел с туристами на морскую прогулку. Но мне нужно кому-то рассказать. Не могу отделаться от этого ощущения. Я чувствую себя, словно леди Макбет, смывающая кровь со своих ладоней.
Сегодня утром пришел Рейнолдс. Он так крепко зажал смартфон в руке, что побелели костяшки пальцев. По выражению его глаз я сразу все поняла.
– Она мертва, да?
– Нам нужно поговорить.
Мы прошли в гостиную. Хотя на улице было солнечно, меня зазнобило. Билли уселся в кресло рядом с диваном, и Олешка тут же запрыгнул ему на руки, но Рейнолдс лишь потрепал пса по холке и ссадил на пол.
– Ее тело нашли сегодня утром. – Он заглянул мне в глаза.
Я пыталась осознать его слова, но разум отказывался подчиняться мне.
– Где?
– В лесу Уэллс-Грей, неподалеку от Клируотера. Там мы искали в первую очередь, но площадь этого леса более пятисот тысяч гектаров. Мы бы не нашли ее, если бы два туриста не сбились с пути и случайно не обнаружили труп. Судя по всему, Даниэла была убита в течение пары часов после его последнего звонка.
Услышав имя Даниэлы, я наконец-то поняла, что все это происходит на самом деле. Мне вспомнилось, как Джон старается не видеть живого человека в своей жертве. Жаль, что я не могу так.