— Мне сказали, что вы приказали казнить Даниэля.
— Да.
— Но почему? Я не понимаю!?
— А что тут непонятного? Я послала его к Андрэ не затем, чтобы он работал на его врага. А он ведь работал, иначе ты не просила бы за него!
Я замотала головой.
— Все не так! Даниэль спас мне жизнь! Высшие Силы, неужели вы не понимаете!? Он — художник! Гениальный художник! Нужно всего три секунды, чтобы убить его, но сколько времени потребуется природе, чтобы создать подобного гения!?
— Ты так горячо его защищаешь, — в голосе прорезались шипящие нотки. — Он уже рисовал тебя?
— Рисовал, — согласилась я. — Я бы не говорила, если бы не видела его картин!
— И все же он должен умереть!
— Но почему!? Гении и таланты не должны стоять рядом с политикой! Даниэль делал то, что было необходимо! Он старался выжить!
Елизавета рассмеялась.
— Скажи, ты можешь переключить телефон на громкую связь?
Я посмотрела на оборотня. Эта модель была мне незнакома. Валентин ткнул пальцем в какую-то кноп-ку.
— Говорите.
— Я могу поговорить с Рамиресом? — голос вампирши, звонкий и четкий, разнесся по помещению.
— Слушаю, — отозвался Рамирес, приближаясь ко мне.
Елизавета опять засмеялась.
— Рамирес, моя просьба насчет казни остается в силе, — громко и отчетливо произнесла она. — Но мне захотелось поиграть. Меня слышат все вампиры города?
— Да, Елизавета. Все.
— Отлично! Пусть каждый попросит меня не казнить Даниэля! Если все вампиры в этом зале будут согласны подарить ему жизнь, он останется жить! Если же нет, то нет! Вы согласны со мной?
— Это ваша игра и ваша воля, — отозвался Рамирес.
— Именно! Мой друг, вы окажете мне эту маленькую услугу!?
— Разумеется! Юленька, передайте мне трубку. Итак, я первый прошу помиловать Даниэля.
Я наградила Рамиреса благодарным взглядом. Он поклонился мне и передал трубку Вадиму.
— Я тоже прошу помиловать Даниэля, — четко произнес вампир.
Телефон пошел по залу из рук в руки. Я сжала ладонь Даниэля. Высшие Силы, как я люблю его! Зачем мы ссорились!? Как я могла быть так глупа!? Теряла драгоценные минуты счастья! Больше я не потеряю ни секунды!
— Поедем потом ко мне? — шепнула я.
Даниэль наклонился и коснулся моих губ. Даже не поцелуй, просто прикосновение.
— Поедем. Обязательно.
— Прошу помиловать Даниэля.
— Прошу помиловать Даниэля…
— Казнить его! Казнить!
Я дернулась от истерического выкрика. Повернула голову на голос и увидела — Катьку! Моя подруга сжимала телефон, как кинжал. Голубые глаза горели злобным огнем. Она встретила мой взгляд и еще раз, громко и отчетливо произнесла:
— Казнить Даниэля!
— Катя! — вскрикнула я. — Нет!
Но было поздно. Из трубки раздался смех победительницы.
— Казнить! Глас народа — глас божий, не так ли? Даже для вампиров!
— Подожди!
Я шагнула вперед, собираясь схватить трубку, но Елизавета отключилась. Я вырвала телефон из Катькиных рук и поспешно набрала номер. Сперва никто мне не отвечал. Потом в трубке раздался мужской голос.
— Слушаю вас?
— Я хочу поговорить с Елизаветой! Наш разговор прервали!
— Наш разговор не прервали, — вампирша взяла трубку. — Я выразилась вполне ясно. Казнить.
Я сжала руки.
— Елизавета, так нельзя!
— Почему нельзя? Потому что вы трахаетесь?
И тут меня осенило.
— Так ты это из ревности!? Конечно же! Даниэль видел тебя такой, какая ты есть! И не смог полюбить
тебя! Ты превратила его в вампира, но не смогла заставить полюбить тебя! И не заставишь! Тебя нельзя любить! Потому что для тебя любовь — это не чувство, а препарат на предметном стекле!
— Вот и проверим, так ли крепко твое чувство, — отозвалась вампирша после короткой паузы.
Я закусила губы.
— Елизавета. Ты меня еще не знаешь, но я слов на ветер не бросаю. Богом клянусь — если ты не отменишь приказ, я доберусь до тебя! Я перерву тебе глотку, и буду пить твою кровь!
— Ты угрожаешь мне от имени своего господина?
— Нет! — перебил меня Вадим. — Она угрожает тебе как самая опасная женщина из всех, кого я знал.
— Пусть угрожает, — отозвалась на его слова вампирша. — Если мы встретимся, девочка, я оторву тебе голову. И мы еще посмотрим, кто выпьет чью кровь!
— Елизавета, — начала я. — Не стоит…
— Стоит, — оборвала она меня. — Я сказала — казнить! Я не меняю своих решений! И не звони больше!
В трубке опять запищали гудки. Я отдала ее оборотню и повернулась к Катьке.
— Кто тебя тянул за язык, тварь!?
Катька смотрела на меня с вызовом.
— Если я лишилась любимого человека, кто сказал, что ты останешься с тем, кого любишь!?
Я сделала шаг вперед.
— Так это из-за глупой ревности?! Ты просто мразь!
— Теперь ты почувствуешь то же, что и я! Ты поймешь!
Я сделала еще шаг. По телу гуляла бешеная злость. Сейчас я смогла бы разорвать ее на части голыми руками. И я бы бросилась на нее с кулаками, но Вадим вовремя перехватил меня за талию.
— Юля, вампиры в несколько раз сильнее людей.
— Пусти меня! Немедленно!
Я выдиралась и выворачивалась. Я убью эту тварь! Голыми руками убью!!! А потом выпущу на свободу всю свою силу! И пусть гибнут все, кто здесь находится! Как жаль, что я не смогу разрушить здание подобно Самсону! Сейчас, вот уже сейчас… Я потянулась зубами к руке. Брызнет кровь — и я освобожу свою ярость. И Даниэль…
Я так и не поняла, что со мной произошло в следующий момент. Что-то ударило меня сзади по голове. И мир взорвался облаком разноцветных искр. Больше я ничего не помнила.
Глава 20. И последняя в этой истории
Я открыла глаза. Надо мной был белый больничный потолок. Я лежала на чем-то ужасно жестком, а в руку была воткнута иголка от капельницы. Рядом с моей кроватью сидела медсестра. Я попыталась заговорить.
— Что со мной?
Получилось какое-то нечленораздельное хрипение, но даже от этого стона сестричка подскочила так, словно ее ткнули иголкой. Глаза у нее стали как две пуговицы.
— Вы пришли в себя? Моргните, если вы меня слышите!
Я попыталась моргнуть. Оказалось, что сделать это не так-то просто. К векам словно по гире привязали. Но я же упрямая! Я моргнула, увидела облегчение на лице девушки и провалилась в глубокий спокойный сон.
Второй раз я открыла глаза в той же палате. Или не той же? Не знаю. Потолок был очень похож. Такой же белый. И даже какая-то иголка в руке торчала. Рядом так же сидела медсестра. Кажется та же самая. Я по-пробовала заговорить. На этот раз без познавательных целей. Сейчас я отдала бы полцарства за чашку воды.
— Пить!
Девушка поняла меня. Она осторожно приподняла меня за плечи и поднесла к губам чашку с каким-то теплым соком. Я жадно выпила ее — и опять откинулась на подушки. Теперь голос меня слушался гораздо лучше. И появилось любопытство.
— Где я?
— В третьей городской больнице, — отозвалась сестричка.
Так, Надька где-то поблизости.
— А что я тут забыла?
— У вас было воспаление легких. Боялись вовсе вас потерять. Как вас вообще довезли — удивительно.
— Что со мной было?
Почему-то это казалось мне очень важным.
— Вы всю больницу переполошили, — наклонилась ко мне сестричка. — Вас на скорой помощи привезли. Вы упали, ударились головой и в кому впали. Потом у вас сердце два раза останавливалось. Едва-едва откачали. А когда откачали, на следующий день, вы еще без сознания были, у вас температура подскочила чуть не все сорок один. Вы тут метались, бредили, никакими медикаментами ее сбить не удавалось! Друзья ваши чуть с ума не сошли!
Друзья? Память возвращалась с неохотой. Друзья, подруга, Катька, вампир, клуб, Андрэ, Даниэль, Мечислав, поединок, Даниэль!!!
— Мои друзья? Кто они?
Медсестра посмотрела на меня с удивлением.
— Они мне не представлялись. Заплатили за лучшую палату, главному в карман денег сунули, тут к вам каждый день консилиум собирался. Мне уж стыдно от них деньги брать! Я и так смотрела за вами как за родной! Страшно сказать — я от них столько за этот месяц получила, что хватило мужу машину поменять!