— Это ты! — вскричал эшнарец. — Как ты нашел нас, и о чем говорил с чернолицыми? И почему, клянусь всеми богами, они тебе кланялись?
— Скоро узнаете, — взгляд Улнара остановился на Далмире, и девушке показалось, что воин облегченно вздохнул. — Ничему не удивляйтесь, сейчас вы пойдете со мной.
— Ты что, договорился с ними? — вскричал Хаггар. — Договорился с морронами? Но почему они не связали тебя, как нас?
— Потому что он заодно с ними, — сказал Кронир. — Неужели не ясно?
— Вы пойдете со мной, — Улнар говорил негромко. — Верьте мне, мастер Шенн.
— Тогда почему мы еще в колодках? — спросил Эвран. — Развяжи нас.
Улнар не ответил. К нему подошли шестеро морронов, вела их женщина. Улнар коротко кивнул, указывая на людей. Что–то сказал. Морроны заспорили. Улнар настаивал, говоря на смеси морронского и языка арнов, и Далмира поняла лишь одно слово: оружие… И точно: какой–то чернолицый принес отобранные у людей мечи и секиру Хаггара. Рослый моррон взвалил связку на плечо, пленников подняли и повели. Но не на юг, а на запад!
— Куда это мы идем? — изумленно спросил Эвран. — Проклятье, нас ведут вглубь Кхинора!
— Улнар! Улнар, куда нас ведут? — крикнул Эрбин. Один из морронов ударил его древком копья в грудь, и эшнарец, задыхаясь, упал. Улнар молча смотрел, как друзья помогают ему подняться. Затем повернулся и пошел во главе отряда. Пленников повели следом.
Неожиданное появление пропавшего воина удивило Шенна. Конечно, невероятно, что морроны слушаются арна, но фагир привык находить всему логичное объяснение. Так учил его мастер. Узнаем в свой черед. Но, если Улнар за нас, то почему он не развязывает нас и уводит вглубь Кхинора? А если против, зачем ему приходить, ведь найти нас наверняка было непросто. Фагир решил ждать. Перчатки на мне, а морронов теперь всего лишь шестеро. Знать бы, на чьей стороне Улнар…
Эрбин не унимался. Выкрикивая проклятия, он требовал от Улнара ответа, но воин молчал, не оборачиваясь к пленникам, и даже Далмире стало не по себе. А что, если все же он с ними? Нет, этого не может быть! Она вспоминала свои беседы с ним, его лицо, глаза… Нет, ведь не зря его прозвали Честный, не может он предать!
Сделали привал. Морроны ели и пили, Улнар сидел рядом, не подходя к пленникам. Морронка протянула ему кусок мяса, но воин отрицательно покачал головой.
— Улнар, ты тоже ешь человечину? — выкрикнул Эрбин. — Надеюсь, вы подавитесь мной!
Улнар обернулся:
— Эрбин, скоро ты все узнаешь.
— Перестань оправдываться, трус! — крикнул в ответ эшнарец. — Если бы у меня был мой топор, я убил бы тебя на месте!
Один из морронов встал и ударил пленника. Эрбин оскалился, отплевываясь кровью:
— Это что за удар? Пятилетний мальчишка бьет сильнее!
Моррон понял без перевода. К нему подошел еще один, ногами они повалили эшнарца наземь и начали бить. Сидящий рядом Хаггар изловчился и пнул одного из мучителей так, что тот покатился по траве. Все морроны вскочили.
Ухмыляясь, морронка поднесла к лицу десятника нож. Хаггар плюнул в нее. Кончик ножа прочертил на щеке кровоточащую полоску, но Хаггар не издал ни звука, и ни один мускул не дрогнул на его лице. Но он отшатнулся, когда морронка слизала с щеки его кровь.
— Мерзкие твари! — он попытался ударить ее ногой. Морронка отскочила и рассмеялась, облизывая измазанные кровью губы. Держащие десятника чернолицые принялись избивать его копьями.
— Улнар! — не выдержала Далмира. — Сделай что–нибудь!
Улнар молчал, наблюдая за ними. Лицо его закаменело, а взгляд стал страшен. Далмира увидела, как воин что–то достал из–за пазухи и поднес ко рту. Глубоко вздохнул, словно ему не хватало воздуха, и шагнул к морронам. Вылетевший из его ножен меч прочертил сияющую дугу, и в веере кровавых брызг голова одного из охранников подлетела вверх. Еще взмах — и второй падает, держась за разрубленную спину. Воин стремительно прыгнул к остальным. Те уже поворачивались к нему. В руках их были копья, но чернолицые не успели их поднять. Воин вклинился между ними, разя клинком с такой скоростью, что Далмира открыла рот. Три иссеченных тела повалились на песок. Это было невероятно! Командир, высокая морронка, успела выхватить меч, но Улнар легко отбил удар и проткнул ее насквозь. Держась за вошедший в живот клинок, женщина медленно завалилась навзничь.
Улнар подошел к пленным:
— Ну, вот и все.
Выпучив глаза, Эрбин смотрел на воина. Улнар перерезал его веревки.
— Простите, я не мог сделать это раньше, — сказал он. Через минуту все были свободны.
— Не могу поверить глазам, — сказал Эвран, потирая стертые колодками руки. — Ты убил шестерых за какие–то мгновенья! Ты человек или демон?
— Разбирайте оружие, — сказал Улнар. — Вы нашли стагнир? Я спрашивал морронов, но они ничего не знают.
— Стагнир остался под землей, — ответил Шенн, — и останется там навсегда.
Воин удивленно посмотрел на фагира:
— Что это значит? Разве мы шли не за ним?
— Так получилось, — нехотя ответил Хаггар. — Теперь мы без стагнира и без денег, которые обещал мастер.
— Погоди–ка, Улнар! — обретя меч, Эрбин расправил плечи и задрал бороду. — Расскажи–ка нам, куда это ты пропал и как нашел нас? И почему ты в ладах с морронами?
Красноречивые взгляды товарищей подтвердили, что и они хотели бы знать это. Улнар вложил меч в ножны.
— Я расскажу, — произнес он.
После рассказа воина воины долго молчали.
— Это невероятно! — сказал Хаггар. — Выходит, ты нанялся к мастеру не из–за денег, а чтобы пробраться вглубь Кхинора? Выходит, ты шпион Ош–Рагн?
— Я не шпион, Хаггар, — терпеливо ответил воин, — и никогда им не буду. Эта черная пыльца, собранная колдунами Гунорбохора, подчиняет волю человека. Я видел, как пленные воины, такие же, как вы, исполняли все, что говорила им Ош–Рагн. Поэтому она не убивает арнов, а берет в плен. Вас хотели отвести к ней, и если бы отвели… Говорю вам: лучше умереть, чем испытать эти муки. Потому что потом вы станете ее рабами навсегда.
— Вранье! — сказал Кронир. — Я не верю этому. Не бывает такого, а вели нас к Ош–Рагн только затем, чтобы сварить в котлах!
— Это зелье дает небывалую силу, — продолжил Улнар. — Я бы легко справился с ними, — воин кивнул на трупы охранников, — даже если бы их было больше. Но я не хотел рисковать, поэтому именем Ош–Рагн забрал вас из орды. Но морроны отправили со мной этих, для охраны. Мне пришлось согласиться, чтобы не вызвать подозрений. И вести вас на запад. Ош–Рагн сейчас там.
— Откуда ты знаешь? — удивился Эвран.
— Встречался с морронами. Теперь я могу пересекать Кхинор, как чернолицый, вот это, — воин показал товарищам флакончик, — мой пропуск. Это знак личной гвардии Ош–Рагн, людей, обращенных магией Гунорбохора.
— Если это так, то как мы можем верить тебе? — спросил Хаггар. — Ты лгал нам весь наш путь, потом ушел из отряда невесть куда, а теперь вернулся. На чьей ты стороне, Улнар?
— Я вернулся, чтобы спасти вас, — ответил воин. — Только ради этого я проделал путь через пустыню. В Анвиноре я нашел ваши следы, видел могилы Семира и Идгерна… Но я думал, что стагнир у вас!
— Ты не получишь денег, так же как и мы все, — сказал Эрбин.
— Погодите… а где же Маррод? Убит?
Воины переглянулись.
— Этот ублюдок сбежал от нас, как и ты, только еще и оставил нас запертыми в подземельях Анвинора! — пояснил эшнарец. — Если бы не мастер Шенн, мы бы не выбрались оттуда.
— Улнар — не Маррод! — сказала Далмира. — Я и раньше говорила, что эмону нельзя доверять!
— То, что он вернулся, еще ни о чем не говорит, — произнес Кронир. — Если он гвардеец Ош–Рагн, как можно ему верить?
— О чем ты говоришь! — воскликнула девушка. — Разве не он освободил нас, не он убил этих морронов?
— Я верю Улнару, — сказал Карон. Эрбин саркастично усмехнулся:
— Ты бы вообще молчал, деревенщина.
— Я тоже верю ему, — сказала Далмира. — Если б не он, где бы мы были сейчас? В колодках или в котлах!