— Стой, Коре Сарыг! Твой буланый не из простых коней, да и ты не из простых людей. Не смог я тебя догнать. Твоя взяла. Вернись, не трону. Надо мне тебе одно слово сказать.
Поднялся снова Коре Сарыг на вершину горы, где его волк ждал.
— Слушай, Коре Сарыг, — говорит ему волк. — Хочешь знать, кто я? Я — хан всех волков, самый главный хан. За то, что волки мои много скота у людей задрали, всевышние осудили меня девять лет под землей жить, под камнем тяжелым. Семь лет я промучился, пока ты меня не вызволил. Ты мне жизнь спас, и должен я тебя отблагодарить. А гнался я за тобой, чтобы испытать тебя, чтобы знал ты, что не всегда за добро добром отвечают. Теперь же я, как обещал, тебе три добра сделаю. Из шестидесяти косяков лошадей шесть косяков тебе выделю, из шестисот моих коров шестьдесят тебе отдам, из шести тысяч золоторогих овец шестьсот подарю. А еще будешь ты понимать язык животных. Ничего мне для тебя, моего спасителя, не жалко. Я хан всех ханов, и владения мои необъятны. Приезжай ко мне. Не пожалеешь. Ну, а теперь ступай в тот аал под горой. Покорми буланого, сам поешь посытней, отдохни одну ночь. Утром поедешь по моему следу.
Сказал так волк и помчался назад. Задрожало все вокруг. Камни до неба взлетали и обратно падали. Деревья до земли сгибались, как трава валились.
«Вот это зверь! — удивился Коре Сарыг. — Какой след оставляет! С такого следа и ночью не собьешься. Не диво, что он хан из всех ханов».
Спустился он к аалу с горы, увидел посредине большую красивую юрту, прямо к ней подъехал. Зашел в юрту — народу полно, и все едят. Жирным мясом животы набивают, жирным супом обжираются. Никто на Коре Сарыга не смотрит, никто не спросит, откуда и куда он едет, никто за стол не зовет. Посидел он молча возле двери, на улицу вышел. Посмотрел кругом, увидел ветхую юрту на краю аала, к ней пошел. Переступил порог — в юрте старушка с дочерью. Увидели его, обрадовались.
— Никогда нашу дверь никто чужой не открывал. Какой добрый человек к нам явился! — это старушка говорит. — Встань, дочь, налей гостю айрана.
Тут же девушка вскочила, айран-кумыс подала.
— Надо нам, дочь моя, — продолжает старушка, — хорошо накормить гостя. Сходи-ка, приведи овцу, зарежь ее, мясо свари. Пусть гость досыта поест.
![Коре Сарыг на Буланом коне _32.jpg](https://litlife.club/books/218187/read/images/_32.jpg)
Все сделала дочь, как мать велела, и скоро сварила в казане мясо. Положили его в корыто, на восход подержали, бросили Хозяйке огня несколько кусочков. Коре Сарыга угощать стали. Накормили досыта, спать возле очага положили.
![Коре Сарыг на Буланом коне _33.jpg](https://litlife.club/books/218187/read/images/_33.jpg)
Проснулся ночью Коре Сарыг и видит, как Хозяйка огня над очагом золотой тарелкой покачивает, мясо, что ей дали, жарит. Тут входит с улицы другая Хозяйка огня — одноглазая, однорукая, тощая, высохшая вся.
— Ой, подружка! — говорит. — Какая ты справная, пригожая. Видно, хорошо тебя кормят?
— Жаловаться не приходится. Хоть и бедные люди здесь живут, а для меня ничего не жалеют.
— А мои, — жалуется, которая пришла, — люди богатые, да жадные. Совсем не кормят. Вся-то я высохла, исхудала, одни кости да кожа остались… Недавно в глаз ножом ткнули, жилы на руке порезали.
Догадался Коре Сарыг, что это Хозяйка огня из красивой юрты, где он у порога посидел да несолоно хлебавши и ушел. Слушает он разговор, а виду не подает.
А пришлая, кривая и сухорукая, не успокоится никак:
— Сегодня же ночью подниму их двор в пламени. Будут знать!
Только она ушла, Коре Сарыг задремал. Вдруг скот заревел, люди закричали. Он выскочил на улицу, а юрта богача уже огнем занялась.
Коре Сарыг давай скот из пригонов выпускать, людям спастись тоже помог. Шум стоит, треск. Тут люди плачут, там овцы ревут, собаки лают, волки воют…
Слышит Коре Сарыг ликующий волчий вой и все понимает:
— Будет нам сегодня что пожрать! Все табуны овец передавим, весь скот за горы угоним!
— Зря радуетесь, — собаки брешут. — Ничего у вас не выйдет. В нашем аале добрый молодец Коре Сарыг На Буланом Коне ночует. Не даст он вам поживиться.
Коре Сарыг тут же вскочил на коня, собак кликнул, в гору поскакал. Как раз вовремя — девять волков овечий табун гонят. Увидели его волки, подались в сторону, но Коре Сарыг не дал им уйти. Всех нашли его меткие стрелы.
Завернул он овец к аалу, погоняет, поторапливает. Все остались целы и невредимы. Один только белый ягненок отстает, позади отары плетется.
Мать этого ягненка, белая овца, зовет его, блеет:
— Что ты, маленький мой, отстаешь? Не увидит этот чужой человек, и попадешь прямо зверю в пасть.
— Что ты меня упрекаешь, — ягненок ей отвечает, — как я могу угнаться за всеми? На мне весь талан[5] табуна лежит. Как тут не устать, не отстать.
Все-все Коре Сарыг понимает, только виду не подает. С криком, со свистом гонит овец. А ягненка того взял к себе на седло. Раз такая тяжесть на нем, думает, надо ему помочь добраться до дому. Надо же — на такого маленького что пришлось!
Под утро уже пригнал весь табун в аал, ни одной овечки в урон зверям не отдал, запер во двор богача. Увидев, что скот его цел и невредим, хозяин благодарить Коре Сарыга стал.
— Отдели, — говорит, — половину отары себе. Я тебе в дар даю.
А Коре Сарыг в ответ:
— Ничего у меня не случилось. Конь мой не исхудал, да и я не отощал. К чему мне такое добро.
— Нет уж, гость дорогой, — не отстает хозяин. — Если б тебя не было, вся отара пропала бы начисто — или бы в огне сгорела, или бы волки задавили. Ты спас, тебе половина скота.
— Не нужно мне такое добро, — вновь отказывается Коре Сарыг. — Но чтобы тебя не обидеть, возьму я у тебя одну овцу с ягненком. Если счастье будет, и от них стадо вырастет, а не повезет, так и из сотни ничего не останется.
Сказал так и выбрал овцу с тем ягненком, которого на своем седле вез.
— Как хочешь, как хочешь, дорогой. Бери, что тебе надо. Лишь бы тебе обидно не было. Столько ты добра сделал, — говорит хозяин, а сам радуется, что неразумный человек от богатства отказался, одну овцу берет.
Коре Сарыг вернулся к старушке с дочерью, у которых ночевал.
— Вы для меня единственную свою овцу зарезали. Возьмите взамен другую, с ягненком. Растите их.
— Что ты, добрый человек! Разве мы в долг угощали. Ведь ты с дороги, проголодался.
— Ну, ладно. Если брать не хотите, пусть будет так, я у вас овцу с ягненком оставлю. Присматривайте за ними. Мне к Хану волков ехать надо.
Сел на своего буланого Коре Сарыг и отправился в дальний путь. Доехал до того места, где с волком расстался, посмотрел на его след, опять удивился: от каждой волчьей лапы яма в земле, водой полная. Пустился он по этому следу. Буланый то птицей летит, то вихрем крутится. Много земель разных проехали, много гор пересекли. В неоглядной степи очутились. Табуны коней по степи ходят. Пастух с ними.
Подъехал к пастуху Коре Сарыг, поздоровался, поприветствовал, свое имя назвал.
— О-о, вон кто ты! Так это о тебе наш хозяин рассказывал. Езжай к моему шалашу. Я вот коней отгоню, сам там буду.
Возле юрты Коре Сарыга встретила жена пастуха. Пока то, да се, сам хозяин явился. Тут же трехлетнего жеребенка заколол, стал гостя угощать.
— Приедешь ты к нашему могучему Хану-волку, будет он тебе всякие богатства предлагать, а ты ничего не бери, — говорит пастух. — Табун лошадей станет дарить, тоже отказывайся. Проси одного белого жеребенка.
Поблагодарил Коре Сарыг за угощение, за совет, дальше на буланом поскакал. Вихрем мчался, птицей летел буланый. До такого места доехали, где пастух стада коров пас. Коре Сарыг поздоровался с ним, свое имя назвал.
— О-о, так это про тебя наш Хан-волк рассказывал!
Повел его пастух к себе, самую жирную телку-двухлетку зарезал, угостил хорошо, совет дал: