– Ну и как вы управились? – спросил Адам, часто моргая.
– Да просто оттаскивали всех, кто входил в сторону и все дела, – рассмеялся Майкл. – А то сначала была куча мала. С животными вообще намучались – они сослепу намерились в лес бежать. Моя первая рота их полчаса ловила.
– Всех поймали?
– Ага.
Зрение вернулось и Адам застыл на месте, как вкопанный.
– Вот это да! – восхищенно выдохнул за спиной Ричард.
– Ну, я же говорил, – радостно потирая ладони с таким видом, как будто бы он уже владел всеми лесами в округе, – красота, – сказал Майкл.
Они стояли у подножия высокой башни из черного камня, стремительно уходящей в пасмурное весеннее небо. Башня стояла в центре идеально, как будто циркулем, очерченного черного круга диаметром приблизительно три километра. Сразу за границей круга, как будто ранее отсеченный бритвой, начинается лес. Он кажется мрачным и зловещим, может быть, потому что все знают, какие звери бродят по его тенистым просторам.
– Где транспорты? – спрашивает Адам, зачарованно глядя на стены башни.
Кажется, что башня высечена из цельного куска камня – не видно ни малейших следов стыка между блоками. Формы башни кажутся совершенными – идеальный конус, на высоте трехсот метров сходящийся в иглу вершины.
– Сзади тебя. Наши джинны их как раз опускают.
Адам обернулся и увидел чудовищные фигуры Гончих. Транспорты медленно и плавно опускались на землю, по‑прежнему окутанные черным туманом. Когти Гончих с хрустом вгрызлись в землю, прорывая глубокие борозды. Туман, скрывающий транспорты, стал редеть, как дым, разгоняемый ветром. Опустив свою ношу, Гончие застыли над людьми, в первый раз пристально оглядывая толпу. Потом они испустили пронзительный вопль, похожий на рев сирены, но только усиленный тысячекратно, и исчезли с оглушительным грохотом. Земля вздрогнула, как во время землетрясения, никто из людей не смог удержаться на ногах. Земля дрожала примерно десять секунд, как во время старта ракеты‑носителя.
– Ни черта себе! – сказал Ричард, рывком вскакивая на ноги.
Майкл выразился куда как более энергично и нецензурно, помогая встать Адаму.
Люди с трудом поднимались на ноги, оглушенные и испуганные.
– Эти джинны рехнулись, – зло проорал Майкл, – теперь каждая тварь в лесу будет знать, что мы здесь. Черт бы подрал этих Гончих!
– Ты выставил оцепление? – спросил Адам.
– Обижаешь, Эйд. Все батальоны уже по периметру окапываются.
– Хорошо. Скажи Дюморье, чтобы его батальон помог людям разгрузить транспорты. Где Мазаев?
– В башне.
– Где‑где? – спросил Адам.
– В башне, – ухмыльнулся Майкл.
– Так ведь она же цельная, – удивился вслед за Адамом Ричард.
– Ага, цельная, – продолжал ухмыляться Майкл.
Он нажал рукой на кнопку связи радиопередатчика, микрофон которого был закреплен у него на левом плече.
– Фапгер вызывает Мазаева. Прием.
Он отпустил кнопку, послышался слабый треск помех, как часто это бывает при плохой связи, а потом голос Мазаева:
– Слушаю вас, Майкл. Прием.
– Вы не могли бы выйти наружу на минутку? Тут у меня двое людей, которые уверяют меня, что в башню невозможно войти.
Донесся хриплый смешок профессора и треск помех смолк. Через секунду Мазаев появился, казалось, прямо из стены рядом с Ричардом. Тот испуганно вздрогнул:
– Черт, как призрак какой‑то!
Мазаев, улыбаясь, осмотрел ошеломленных Адама и Ричарда, явно наслаждаясь произведенным эффектом. Майкл довольно посмеивался.
– Пойдемте, я проведу небольшую экскурсию, – сказал Мазаев, поворачиваясь к башне.
– А я пошел окапываться, – сказал Майкл, снимая с плеча карабин.
Адам и Ричард не обратили на его слова никакого внимания, потому что Мазаев, улыбаясь, вложил свою руку, как им показалось, прямо в стену.
– Маскировка потрясающая, – сказал профессор, – только внимательно присмотревшись, можно заметить, что этот участок стены чуть светлее. Не бойтесь, идите прямо за мной.
Мазаев сделал шаг и исчез в стене. Адам и Ричард последовали за ним. Стена казалась реальной, но сделав над собой усилие, они без труда прошли сквозь стену и оказались внутри башни. Помещение было большим и просторным, мягкий теплый свет исходил от стен. Не было видно никаких источников освещения или каких‑нибудь механизмов.
Посреди зала огромная колонна яркого света уходила вверх, от колонны доносилось негромкое басовое гудение.
– Этот свет и есть видимое приложение Силы в этом мире, – сказал Мазаев, пристально рассматривая колонну.
Адам посмотрел себе под ноги и удивленно присвистнул: пол был прозрачным, внизу, под ногами, было ночное звездное небо, рисунок созвездий был абсолютно незнакомым, не было знакомого с детства Млечного Пути. Луна тоже отсутствовала. Казалось, что паришь в небе, не было никакого ощущения страха или падения. Ближе к центру помещения ночь под полом сменялась днем, небо постепенно переходило от черного к голубому. Имелось там и солнце, видимый размер которого не превышал пяти метров. На звезду можно было смотреть невооруженным взглядом, ее свет не ослеплял, на поверхности огненного шара можно было легко рассмотреть султанчики протуберанцев.
– Нет планет, – сказал Ричард, придирчиво, как директор планетария, рассматривая звезду.
– Это наше теперешнее солнце, Борис Сергеевич? – спросил Адам.
– Точно еще не знаю, возможно. Вы обратили внимание на вход?
– Попробовали бы мы не обратить, – проворчал Ричард, – когда вы появились как тень отца Гамлета.
Мазаев рассмеялся.
– Вход не просто защитная голограмма реального участка стены, а защитное поле, пропускающее только людей.
– Как проверили? – спросил Адам.
– Криди‑младший пытался войти со своим спаниелем на поводке, – улыбаясь, сказал Мазаев, – сам вошел и чувствует, что поводок натянулся и не пускает. Мальчик выглянул наружу, а его собака не может войти, скулит. Вот так опытным путем и проверили.
– Все как всегда, – улыбнулся Адам, – первыми испытали на собаках. Что с источником энергии?
– Все в порядке, можно хоть сейчас ставить генераторы.
Мазаев нажал кнопку связи на передатчике:
– Николай, вы слышите меня?
Верховин ответил сразу же, как будто ждал вызова.
– Да, слышу, только уровень помех выше среднего.
Из динамика доносился характерный треск.
– Здесь мы бессильны. Мне кажется, что стены Башни мешают нормальному прохождению радиоволн, а может быть, помехи из‑за того, что мы находимся рядом с источником энергии.
– Возможно.
– Николай, как идет выгрузка генераторов?
– Нормально, первые генераторы мы сможем установить минут через пятнадцать.
– Николай, это Адам, – Фолз подключился к разговору по своей рации, – передайте третьему батальону, чтобы они начали разворачивать заградительную сетку. Пусть возьмут с собой столько народу, сколько Дюморье сочтет необходимым.
– Солдаты уже растягивают заграждения, Майкл уже распорядился.
– Молодцы, спасибо.
– Оперативно работают, – сказал Ричард, посмотрев на часы.
– Одни мы с тобой прохлаждаемся, – сказал ему Адам.
– Это ненадолго, к тому же нам нужно было осмотреться, – успокоил его Ричард.
– Как вам кажется, Борис Сергеевич, может быть, это защитное поле на входе Хозяева Стихий имели в виду, когда говорили, что Башня будет крепостью, которую сейры будут не в состоянии захватить? – спросил Адам.
– Вполне может быть.
– Как же тогда сейры смогли победить всех слуг Хозяев, если они не могли войти в Башню?
– Ты не учитываешь самый простой факт, Адам, – сказал Ричард, хитро прищурив глаза.
– Какой же?
– Рано или поздно защитникам Башни нужно было выйти наружу.
– Зачем?
– Запасы пищи и воды имеют тенденцию заканчиваться. Им пришлось бы умереть с голоду или погибнуть в драке с сейрами.
– Вода, кстати, в башне есть, – сказал Мазаев, проводя раструбом счетчика Гейгера по направлению к колонне, – в подвальных помещениях есть резервуары, наполненные проточной водой, вероятно, из артезианской скважины под башней. Я смог определить, что весь объем воды обновляется с периодичностью в четыре часа.